За золотым призраком - Владимир Иванович Буртовой

извинениями выпустил ее похолодевшие пальцы. – Извините, Марта, но вам надо уйти, немедленно!

На вопрос сына Отто не ответил, он следил за пиратскими шлюпками, которые во всю силу крепких, привычных к гребле рук шли от «Медузы» в сторону бухты. С крутого берега прогремел сплошной выстрел, должно быть, это полицейский сержант решил упредить экипажи яхт об опасности, а не пытался образумить обнаглевших пиратов.

Отто вытянул левую руку с фонариком в сторону своей шлюпки и трижды мигнул красным светом. Кугель чиркнул зажигалкой и осторожно опустил спасательный круг на воду. От шашки густо повалил темно-серый дым, завихрился и во все возрастающей величине, гонимый несильным ветром, потянулся от каменной гряды поперек входа в бухту, словно чудесным магнитом притягиваемый к шхуне. На вражеских шлюпках возникло явное замешательство – полоса дыма вот-вот накроет их и лишит всякой возможности видеть яхты! Да и дышать в такой атмосфере – приятного мало!

– Поднять якорь, – скомандовал Отто полным голосом.

Боцман метнулся к шпилю помогать морякам, тут же к ним присоединились Фридрих и Карл, оставив пока свою шлюпку на канате у кормы.

Осталось две минуты!..

– Якорь чист! – едва не сорвав горло от радости, закричал боцман. – Можно давать полный ход!

– Штефан, полный вперед! Фридрих, зажги вторую дымовую шашку на корме! Пусть глотают дым, собачьи дети! Может, он им глаза повыедает! Вперед, ребята! На прорыв!

Яхта вздрогнула от толчка: это гребной винт отбросил первые струи воды, которая тут же забурлила у кормы «Изабеллы».

Два не сильных взрыва слились в один, с промежутком всего в несколько секунд. Ударная звуковая волна докатилась до берега, отразилась от густого леса и снова прошла над яхтой, а вслед за ней в густой полосе дыма яростно затарахтели автоматы, сначала два или три, а потом с добрый десяток.

– Всем лечь на палубу! В укрытия! – закричал Отто и облегченно вздохнул – Фридрих и Карл, успевшие взлететь на корму, теперь пятились, словно большие крокодилы, на животах, спасаясь от разгоревшейся дымовой шашки.

– Клаус – курс норд! Да присядь ты! Не торчи в полный рост! – И сам Отто распластался на палубе за ходовой рубкой, чтобы случайная шальная пуля не свалила замертво… Пули веером проносились над яхтой, три или четыре пронзительно звякнули о что-то металлическое, в дребезги разлетелось где-то стекло иллюминатора, а ближе к баку кто-то из моряков громко вскрикнул.

«Вперед! Только вперед! – сам себе командовал Отто. – Потом разберемся, что и как. Главное – выйти из бухты и спастись от обстрела! Славно вышло – со шхуны не смогли открыть стрельбу из пулеметов! Им было не до нас!»

Набирая скорость, «Изабелла» устремилась на север, пересекла полосы дымовой завесы, которую поставили Фридрих и Карл, и едва обогнув левый мыс бухты, резко повернула на запад, продолжая тянуть за собой непроглядную широкую полосу дыма. Беспорядочная стрельба за кормой так же внезапно оборвалась, как и началась, чему Отто тут же дал свое заключение, едва Кугель и старший сын подошли к ходовой рубке. Чуть позже подошел и Вальтер, нервно стиснув зубы и весь белый, словно его едва успели выхватить из-под вражеского танка…

«Бедный мальчик! Ты снова пережил такие же минуты, как и там, в горящем Берлине!» Поспешил всех успокоить:

– Все в полном порядке, мои дорогие, все так, как и всегда должно быть – воля и хладнокровие победили жадность и самоуверенность! Наконец-то пираты сообразили, что взорвались не наши яхты, а их собственная шхуна! Все ли у нас целы? Кто стонал? Боцман, ты где?

– Я здесь, у якорного барабана, господин сенатор! Меня, похоже, крепко задело, но жив вроде… – Боцман шутил, но шутил сквозь стиснутые от боли зубы.

– Держись, Майкл! – забеспокоился Отто и поспешил на помощь к боцману, который принял сидячее положение, прислонив спину к мокрым виткам якорного каната. – Сильно? Снимите с него куртку и рубаху! Вальтер, принеси быстрее аптечку! Фридрих, зажги еще дымовую шашку! Пусть за нами подольше тянется полоса укрытия. Клаус, правь вон в тот проход между островками!

– А там не мелко, господин сенатор? – заволновался боцман, видя, что яхта на полном ходу устремилась в довольно опасный узкий пролив.

– Проскочим не хуже, чем через Гибролтары! – ответил уверенным тоном Дункель, радуясь, что широкая полоса завесы накрывает море.

«Мне совсем ни к чему, чтобы “Виктория” еще раз увязалась за нами! – подумал он и с надеждой в душе добавил: – Хорошо было бы, чтобы она совсем отстала от нас вот в таком проливчике! Не кинутся Кельтмановы доглядчики вслепую догонять нас, отстанут, побоятся! А мне бы только выиграть несколько часов приличного хода! Тогда ищи вольного альбатроса в огромном океане!»

Вальтер, столкнувшись с баронессой в тесном коридоре, извинился, пропустил Марту на палубу, а сам быстро отыскал походную аптечку – она всегда у отца на видном месте – в углу на столике, около любимых книг. Поднявшись на палубу, сам уверенно обработал рану и наложил повязку на левую руку Майкла – к счастью, пуля лишь вспорола мякоть мышцы предплечья, не зацепив костей или сухожилия.

– Через неделю останется лишь шрам, – успокоил боцмана Отто. – Молодец, сынок, сработал профессионально, как опытная медсестра. – Увидел рядом Марту, озабоченно спросил: – У вас все в порядке?

– Да, слава богу! Но мне послышалось, что где-то рядом разбили камнем стекло!

Легкий, несколько нервный смех послышался за спиной Дункеля – это был красавец Роберт, с лица которого все еще не сошла бледность пережитого страха, как и у младшего Дукекля, только Вальтеру это напомнило давно бывшее, а Роберту быть под пулями прежде не приходилось. Смутившись от взгляда сенатора, Роберт сказал:

– Майкл, тебе не повезло дважды – это в нашей каюте пулей расколотили стекло иллюминатора!

Майкл пришел в себя окончательно, встал на ноги. Не увидел, как всегда, идущей следом «Виктории», в глазах промелькнула тревога, но заговорил не об отставших спутниках, а о себе:

– Похоже, мы и вправду спаслись! Спаслись, благодаря опытности господина сенатора. Не так ли, друзья мои? – Этот вопрос он адресовал своей команде. Моряки, кроме Степана в машинной отделении, дружно согласились со своим боцманом.

– Если бы не дымовая завеса, эти пираты из яхты сделали бы большой дуршлаг! – подтворил Клаус, улыбаясь во весь рот. – А так – теперь кое-кто из них сам кормит крабов! Вы слышали, как у них что-то рвануло на шхуне? Наверно, кинулись за нами в погоню, налетели на скалу сослепу, да и взорвались! Лихо, а?!

– А остальных полиция переловит! – поддакнул Роберт. Китаец и японец поочередно поклонились сенатору, а негр Джим улыбался по-детски