Жан д'Айон - Заговор Важных

— Извините, атаман, я привел новичка. Убийцу, которого разыскивает полиция Буржа.

Главарь медленно поднялся с кровати, подошел к Луи и принялся с неподдельным любопытством рассматривать его. От него издалека разило вином. Изучая новоприбывшего, он даже несколько раз обошел его кругом. Кажется, осмотр удовлетворил его.

— Хорошо! — наконец промолвил он. — Нам всегда нужны люди, готовые без промедления пустить в ход кинжал. Дай ему портрет Фронсака и отошли к Шатле. Там всегда не хватает народу. Эй, слушай, а как твое имя?

— Кхм… Виселица, — уверенно заявил Луи.

Эшафот скорчил рожу, видимо означавшую улыбку:

— Превосходно! Такие имена мне нравятся!

Бандит дружелюбно хлопнул Фронсака по плечу и вернулся на кровать. Фронсак с провожатым вышли.

Луи показали уже известный ему портрет, и он сделал вид, что внимательно изучает его.

— Гнусная морда у этого нотариуса! А если я найду его, что с ним сделать?

— Убить, — мрачно ответил его новый друг.

— А если я ошибусь?

— Ничего страшного, мне кажется, по ошибке мы уже угробили троих или четверых.

Итак, Луи отправился охотиться на самого себя. Не имея возможности поесть днем, он за умеренную цену в пять су купил у разносчика жареную баранью ножку на куске хлеба. Затем, подстелив дырявый плащ, уселся прямо на землю и принялся есть и ждать, делая вид, что разглядывает прохожих. Дважды он видел, как прошел Гастон де Тийи, затем узнал Антуана де Дре д'Обре и с трудом удержался, чтобы не подойти к ним. Сидя на земле, он заметил еще нескольких субъектов, которые, как и он, дежурили возле входа в тюрьму. Дважды он заходил в ближайший кабачок и выпивал по стаканчику кислого вина.

К шести часам он вернулся в таверну «Два ангела». По дороге он обнаружил, что кое-кто из нищих, карауливших его возле Шатле, незаметно последовал за ним по пятам по улице Сент-Оноре. Значит, Эшафот не доверял ему, и он правильно поступил, проявив осторожность.

Сейчас зал таверны был полон. На входе стояли два верзилы и отсеивали приходящих. Они задержали его, и ему с трудом удалось им объяснить, кто он такой. Наконец явился вызванный Эшафот и лично велел пропустить его.

— Ну что, Виселица, нашел ты этого Фронсака? — спросил главарь, одетый в шелковый костюм, украшенный золотыми бантами.

— Нет, я вернулся ни с чем, — с унылым видом ответил Луи.

— Говорят, его видели на кладбище Невинно убиенных… Завтра надо бы наведаться в оссуарии. Если ты найдешь его там, можешь даже не хоронить! — хохотнул главарь. — А теперь давай иди, выпей вместе со всеми.

Он указал ему на группу головорезов, сгрудившихся вокруг нескольких сдвинутых вместе столов. Луи подошел к знакомцу Вальдрена, единственному, кого он здесь знал. Все были возбуждены и уже изрядно опьянели.

— Что происходит? — спросил Луи, хватая стакан своего приятеля и самовольно выпивая его.

От столь наглого поступка Луи бандит опешил, но, сообразив, что с Виселицей лучше жить в дружбе, подобострастно захихикал, явив свои редкие желтые зубы.

— Сегодня вечером отправляемся убивать итальянца, — ответил он, проводя рукой по горлу слева направо.

С виду Луи хранил спокойствие, но внутри у него все кипело. С грохотом поставив стакан на стол, он произнес:

— Вот это по мне! Я тоже не люблю итальянцев. Ну а чего вы его раньше не ухлопали?

— Да пробовали уже, — ответил тщедушный разбойник. — На этот раз будем ждать его в Лувре. Сегодня в девять… раз-два, и готово!

— А не слишком ли рискованно лезть прямо в Лувр? — спросил Луи, исподлобья взглянув на собеседника.

Тот благодушно покачал головой:

— Нет, Бофор нам все объяснит. А там мы все спрячемся в тени. Когда карета сицилийца будет выезжать из дворца, мы дадим залп и всех перебьем. И дельце в шляпе!

Луи одобрительно кивнул и отошел в темный угол.

Как предупредить Мазарини? Сам он выйти незамеченным не мог. Оставалось ждать и надеяться на случай. Разбойники пели и орали. Около восьми часов прибыли Бофор и Фонтрай, одетые с неподражаемой элегантностью. Желая остаться незамеченным, Луи еще глубже забился в угол.

— Друзья мои, — воскликнул Бофор, — сегодня вечером все решится. Эшафот поведет вас к Лувру, на мост, где вы и спрячетесь. Следите за третьим от реки окном на втором этаже дворца. Если лампа трижды погаснет и зажжется, действуйте, как только покажется карета. В противном случае не двигайтесь. А теперь — всем вина!

Канальи завопили «ура!», и Луи вместе с ними; кажется, ему удалось перекричать многих.

Спустя час Луи уже стоял за огромной чугунной тумбой, рядом с Луврским мостом. Про себя он решил, что, как только появится карета, он бросится наперерез и предупредит Мазарини. Возможно, кучер сумеет свернуть в сторону, и министр сможет бежать.

Ожидание казалось бесконечным. Временами Луи различал своих новых приятелей, прятавшихся под портиками и за углами близлежащих домов. Он также видел окно, откуда должны были подать сигнал. Иногда ему даже казалось, что он различает тени в окнах дворца. Бофор? Фонтрай? Вандом? Увы, разглядеть, кто из заговорщиков готовится подать сигнал, не представлялось никакой возможности.

Из ворот одна за другой выезжали кареты. Неожиданно послышался удивленный шепот: показалась карета кардинала, все узнали ее по гербам на дверцах, однако сигнала к нападению не последовало. Просидев в засаде еще час, они, повинуясь приказу, вернулись в «Два ангела». Покушение сорвалось. Но почему?

В полночь, когда бандиты, собравшиеся в кабачке, возмущенными криками выражали свое недовольство, появился Анри де Кампион, правая рука Бофора.

— Что скажешь? — подскочил к нему Эшафот. — Зачем ты заставил нас потерять уйму времени? Поверишь ли, нам есть чем заняться! За этот вечер мы вполне могли взять несколько домов! Из-за тебя мы потеряли деньги!

Одетый в мундир офицера королевской гвардии, Кампион небрежно извлек из кармана кошелек и швырнул его бандиту.

— В воскресенье придется повторить, — произнес он. — Завтра приедет Бофор и скажет, что потребуется от вас. А сегодня план пришлось изменить в последнюю минуту: когда Мазарини садился в карету, к нему подошел Принц и выразил желание поехать вместе с ним. Бофор не захотел, чтобы его дядюшка погиб в стычке, и предпочел отменить операцию. Но у Мазарини по-прежнему нет шансов.

Луи все слышал. Отлично! Значит, завтра покушения не будет. Он продолжит играть свою роль, а в воскресенье ему будет проще предупредить Гастона. И он вернулся ночевать на Смердящую улицу.

18