Флетчер и мятежники - Джон Дрейк

— Вот он! — крикнул первый ворвавшийся в комнату и бросился вперед.

Света было мало, и я стоял на одной ноге, спрыгивая с подоконника, но я ударил его и раскроил бы ему череп, если бы удар пришелся как следует. А так я лишь сбил его с ног и пошел на второго. Похоже, они не были вооружены.

— Нет! — раздался громкий голос. — Оставьте, сэр! Мы вам не враги, мы здесь все люди короля Георга!

— Так точно! — крикнули они, и я замер с воротником человека в руке и с занесенным для удара кулаком.

На самом деле я держал не совсем человека. Это был юноша в мундире мичмана. Его глаза были белыми от страха, но я видел, что у него на боку кортик, а за поясом — пистолет. Он не вытащил ни того, ни другого, так что я опустил его, дал ему отдышаться, и в комнату вошел суетливый, хлопотливый человек и взял меня за руку.

— Я Рэтклифф, сэр! — сказал он. — Томас Рэтклифф. Я упустил вас в прошлом году, и теперь горд познакомиться.

Это был мужчина лет пятидесяти, с круглым лицом, оттопыренными ушами, постоянной сияющей улыбкой и непрерывным потоком болтовни, который лишь изредка давал сбой, обнажая совершенно иную личность. Его голос снова заставил меня насторожиться: он был американским.

— Что такое? — спросил я. — По-моему, вы не британец.

— Все в порядке, сэр! — сказал мичман. — Мистер Рэтклифф — лоялист.

— Рэтклифф? — переспросил я, вспомнив, что говорила Люсинда.

— Рэтклифф, сэр, так точно! — сказал он. — Я сражался за своего короля во время мятежа и видел, как мятежники после своей победы изгнали моих родных и соседей. Ибо все, кто был верен короне, бежали в Канаду с тем, что могли унести на спине. Земля, и фермы, и скот остались позади, сэр, на разграбление треклятым мятежникам!

— Ужасно! — сказал я, так как это, казалось, было к месту, но о Люсинде промолчал, не зная, что о нем думать, и оказалось, что это был тот самый, да. Тот, что задавал вопросы, только теперь я знал, что он спрашивал в интересах Британии, а не Америки.

— Ужасно, сэр, так точно! — сказал Рэтклифф. — И теперь, когда я вас нашел, лейтенант, я должен срочно переговорить с вами, ибо то, что мы должны сделать, нужно делать быстро!

— А! — сказал я, и мне это совсем не понравилось.

Хорошо, конечно, что это не янки пришли меня арестовывать, но мне не нравилось, когда меня называли лейтенантом, не нравился мундир мичмана и тот факт, что люди, толпившиеся в гостиной, были все как один моряками: британскими «смоляными куртками», судя по виду. Они связали Индейца Джо и уже брались за Стэнли, держа в руках конец каната.

— Отставить! — рявкнул я. — Никаких этих штук! Мистер Стэнли — джентльмен и мой добрый друг. Я не позволю и пальцем его тронуть!

Я инстинктивно взревел это с топа мачты, отчего «смоляные куртки» замерли на месте, вздрогнули и виновато посмотрели на Рэтклиффа, в то время как тот прямо-таки просиял от восторга и хлопнул меня по спине.

— Проклятье! — сказал он. — Вы — тот, кто нам нужен, без сомнения! — Он повернулся к мичману. — Мистер Пэрри, — сказал он, — будьте любезны, выведите своих людей наружу и несите вахту, пока я переговорю с лейтенантом Флетчером. Возьмите этого джентльмена, — он указал на Стэнли, — и охраняйте его хорошо, но не связывайте! — Затем он всезнающе посмотрел на меня, подмигнул и сказал: — Ну что, мистер Флетчер? Все еще утверждаете, что вы не морской офицер?

Его вывели, пока я размышлял над этим, а Рэтклифф подвел меня к столу Стэнли, и мы сели. Я уже не понимал, что происходит, и был готов слушать. Но то, что он выдал, было наполовину сказкой, наполовину кошмаром, потому что он все продумал и все понял неправильно.

— Мистер Флетчер, — сказал он, — у нас мало времени, так что я перейду к делу. Я знаю, что вы действуете по секретным приказам, и не жду, что вы будете что-либо подтверждать или отрицать. — Он посмотрел мне в глаза, весь такой благородный и искренний. — Я человек короля Георга, сэр!

— А! — говорю я. — Великолепно!

— Так вот, сэр, — говорит он, — я это знаю, так что не отрицайте: вы — британский офицер, тайно служащий в Королевском флоте.

— Вот как? — говорю я.

— Я знаю, что вы — эксперт по артиллерии. Знаю, что вы — отличный моряк с особыми познаниями в подводной навигации. И я знаю, как вы деретесь! — Он снова ухмыльнулся. — Без оружия, в одиночку, вы вчера одолели пятерых добрых молодцов, когда они на вас напали!

— Так это были ваши люди? — говорю я.

— Люди короля Георга, сэр! — говорит он. — Верные руки с «Калифемы». Верные, но глупые, иначе они бы вам представились.

— Что ж, — говорю я, — скажите этим болванам, чтобы в следующий раз просили вежливо!

— А-ха! — говорит он. — Вы мне нравитесь, сэр! Черт побери, если это не так! — Затем он яростно улыбаясь, перегнулся через стол. — А теперь вот какова ситуация, лейтенант: «Калифема» в руках мятежников. «Меркюр» ждет, чтобы ее забрать. Французский консул поддерживает связь с «Калифемой» и вот-вот убедит этих псов-предателей перейти на их сторону. А еще есть американцы! «Декларейшн» приказано не дать «Калифеме» уйти. Ей приказано не вмешиваться в дела «Меркюра» и всячески убеждать «Калифему» перейти к американцам. Капитан Купер в этом не слишком преуспел, и американцы считают, что корабль уже почти французский.

— А что насчет нашего флота? — говорю я. — Я видел, как сегодня утром вошел фрегат. За «Калифемой», полагаю?

— Верно! — говорит он. — Это флагман сэра Брайана Хау, «Диомед», предупрежденный мною о происходящем.

— Вы его предупредили? — говорю я.

— Да, — говорит он. — Я посылаю сообщения вверх и вниз по побережью британской эскадре.

— Неужели? — говорю я.

— Да, — говорит он. — «Диомед» попытается захватить «Калифему». Но если он это сделает, «Декларейшн» его остановит, и будет бой.

— А почему бы