Христиан Вульпиус - Ринальдо Ринальдини, атаман разбойников

— Ну, держись, храбрый Чинтио! — воскликнул Лодовико. — И защищайся как настоящий мужчина!

Под утро, после того как Ринальдо написал для обеих девушек письмо к графиням, он решил уходить из пещеры. Одарив девушек, он ускакал вместе с Лодовико…

В чистом поле, у родника под тополями они пообедали.

— Лодовико, — сказал Ринальдо. — Я решил испытать, не поможет ли нам наше счастье опять выйти на белый свет и постранствовать по свету.

— Все может быть! Счастье — это госпожа, а с женщинами вам всегда везло. Поглядим, что сделает для нас госпожа удача, и послушаем, что вы вознамерились предпринять. Если нам выходить на белый свет, что ж, на этот случай у меня есть небольшой запас фальшивых бород и носов. Малевать физиономии я малость научился. Два-три штриха — и рот искривится, несколько точек — и один глаз выпучится, а другой западет. Я могу разрисовать себя в старикашку и в юношу. Так что надо делать?

— Мы идем в Палермо.

— Хорошо! В тамошней сутолоке мы легко затеряемся. Святая заступница Палермо, Святая Розалия, тоже дама, а Розалии к вам не сказать, чтоб были нерасположены. Это обстоятельство кажется мне доброй приметой. Что ж, смело вперед — в Палермо!

— А оттуда на корабле в Калабрию. Там, в горах, закопаны мои сокровища.

— Мы их откопаем!

— И с ними — в белый свет.

Из близлежащего леса внезапно выскочила команда всадников.

— О святая Розалия! Спаси нас! — воскликнул Лодовико.

— Успокойся, — сказал Ринальдо, — только не хватайся за ружье и внимательно следи за выражением моего лица и за знаками, которые я тебе подам.

Они вскочили с земли и оседлали коней. Всадники остановились. Офицер хотел было заговорить. Но Ринальдо его опередил:

— Господин офицер! Вы поможете мне выйти из весьма затруднительного положения. Сегодня утром я счастливо, но с большим трудом, отделался от шайки карманных воров только благодаря резвости моего коня. Несколько пуль пролетело мимо меня, а плащ моего слуги продырявлен. Здесь мы отдыхали и размышляли, по какой дороге лучше нам ехать, ведь гора, что перед нами, сдается мне, не без пещер и укромных уголков. А под вашей защитой нам нечего бояться. Быть может, вам или одному из ваших знакомых принадлежит этот бумажник, он лежал под этими деревьями. Я же прошу, если кто-нибудь из ваших людей нашел, быть может, мой, вернуть его мне; я потерял его, спасаясь от воров.

Офицер спросил у своих конников, не находил ли кто из них бумажник. Все ответили отрицательно.

— А известно ли вам, — вопросил офицер, — что Ринальдини опять объявился здесь?

— Здесь?

— Да. Может, это Лже-Ринальдини, а может, и настоящий, но он себя так назвал, как доложил патруль.

— Странно!

— На нем был зеленый костюм и красный плащ, точно как у вас, и верхом он был на лошади рыжей масти, как и у вас, а его слуга, судя по описанию, был одет точно так же, как и ваш, и верхом был тоже на вороном, как и этот.

— Случай для меня весьма неблагоприятный!

— Безусловно!

— Я понимаю, что должен доказать вам, что я рыцарь де ла Чинтра. Но поскольку я потерял свой бумажник, так должен представить вам людей, меня знающих. А потому я убедительно прошу вас отвести меня назад, в замок графини Лентини, откуда я сейчас еду. Она меня знает.

— Графиня Лентини через супруга моя родственница. Я, не раздумывая, отнесусь с уважением к ее показанию.

Они поскакали назад. На следующее утро они подъехали к замку.

Офицер оставил своих конников за воротами, а сам с Ринальдо и Лодовико въехал во двор.

Графини дрожали. Леонора заперлась в своей комнате.

— Прекрасная кузина! — обратился офицер к Лауре. — Мы просим вас помочь нам выйти из затруднения.

Ринальдо объяснил, в чем дело. Лаура, кажется, уже взяла себя в руки.

— Я должна, — сказала она, — признать, что этого господина знаю уже давно как рыцаря де ла Чинтра.

Офицер откланялся и ускакал со своими конниками.

Леонора вышла. Узнала о случившемся и молча села на диван.

— Оплатила я теперь свой долг? — спросила Лаура.

— Великодушный друг!

— Несчастный ты человек! Какими несчастными делаешь ты всех, кто тебя знает!

— Впредь из-за меня никто больше не попадет в затруднительное положение, — сказал Ринальдо и, вытащив пистолет из кармана, быстро направил его в рот. Леонора вскочила, вырвала у него пистолет, швырнула в угол и спросила:

— Знаете ли вы, чем вы нам обязаны?

— О, Ринальдо! — воскликнула Лаура и рухнула на пол.

Леонора подбежала к невестке. Глубоко вздохнув, Лаура поднялась и сдавленным голосом сказала:

— Нам нельзя, мы не должны более видеться, господин рыцарь!

Тут в комнату влетел слуга с криком:

— Господин граф!

— Мой супруг? — вскричала Лаура.

— Он самый! — сказал граф, заключая ее в объятья.

Она, плача, бормотала:

— О, Боже правый!

— Что с тобой? Леонора! Что с Лаурой?

— Меня не спрашивай. От меня не жди ответа.

— Что это значит?

— Я стою перед тобой, убитая горем, словно во сне.

— Ничего не понимаю… — недоумевал граф.

Вперед выступил Ринальдо.

— Я разрешу сейчас эту загадку.

— Ваше имя?

— Ринальдини.

— Он сошел с ума! — крикнула Леонора.

— Графиня! Вы просчитались! Вам не следовало второй раз спасать мне жизнь. Граф! Я требую, чтобы вы не дали мне сбежать. Я в вашей власти.

— А я в вашей, — сказал граф.

— Брат! — закричала Леонора.

— Что ты говоришь? — удивилась Лаура.

— Я был во власти Чинтио. Три тысячи дукатов требовал он за мое освобождение.

— Мы не смогли их собрать! — откликнулась Леонора.

— Этого и я боялся! «Граф! — сказал Чинтио, видя, как мучаюсь я в тревоге, — вы свободны, свободны без выкупа». Я был поражен. «Кто же заплатил за меня?» — спросил я. «Ринальдини», — был мне ответ. «Ринальдини?» — «Он переночевал у вас в замке и уплатил за ночевку три тысячи дукатов. Вскоре я надеюсь с ним увидеться». И вот я свободен, я здесь, а… Ринальдини и есть мой спаситель.

Ринальдо, сконфуженный, выбежал из комнаты и бросился в сад. Леонора последовала за ним. Он не слышал, что она бежит за ним. Она догнала его, когда он вошел в беседку, и потребовала у него пистолеты.

— О Леонора! Дайте же несчастному умереть!

— Я требую ваши пистолеты! Здесь, у нас, вы не должны умереть!

— Нет! — приказал чей-то решительный голос. — Здесь ты не должен умереть!

Леонора в замешательстве отступила назад. Подошедший человек сбросил плащ, и перед Ринальдо оказался старец из Фронтейи.

— Как? — поразился Ринальдо. — Тебя и тут знают?