Великая охота на ведьм. Долгое Средневековье для одного «преступления» - Людовик Виалле

указывает на то, что к началу XIII в. у еретиков не существовало институализированной церкви, потому невозможно говорить о «катаризме» как доктрине (в той мере, в какой мы говорим об их противниках).

15

Семь свободных искусств – система предметов обучения, сложившаяся в поздней античности и сохранявшаяся в средневековых школах и университетах. Дисциплины группировались в тривиум (грамматика, риторика, диалектика) и квадривиум (арифметика, геометрия, астрономия и музыка). Название означало, что эти дисциплины были достойным занятием свободного человека. В университетах семь свободных искусств изучались на младшем – «артистическом» (от лат. ars – искусство) – факультете. По завершении присваивалась степень «бакалавр искусств», после чего можно было продолжить обучение на одном из старших факультетов – теологии, права, медицины.

16

Семантическое смешение, о котором пишет автор, имело место в альпийских регионах – Сионском диоцезе (территория современной Швейцарии), Пьемонте, Дофине, которые стали последним прибежищем вальденсов в Европе. Как указывает О.И. Тогоева, деформация обвинения, которое теперь трактовалось как участие в секте ведьм и колдунов, могло быть вызвано к жизни незнанием местных жителей обычаев и верований чужаков (См.: Тогоева О.И. Еретичка, ставшая святой: две жизни Жанны д,’Арк. М.СПб, 2016. С. 105).

17

Подробный анализ процесса, обвинений в колдовстве содержится в фундаментальном исследовании Ольги Игоревны Тогоевой: Тогоева О.И. Еретичка, ставшая святой: две жизни Жанны д’Арк. М.: СПб., 2016.

18

2Автор использует слово dévotes, буквально «набожные», как описательный термин.

19

Епископа Камбре звали Гвидо из Коллемаццо, разброс дат первого осуждения «Зерцала простых душ» соответствует времени его правления в диоцезе.

20

Ш. Л. Филд объясняет эту ситуацию тем, что клятва уже содержала признание своей вины, подразумевая принадлежность к некой группе. Произнеся эту клятву, человек сам сознавался в участии в неком сообществе и принимал на себя обязательство рассказать о других участниках (в формулировке de se et de aliis – «о себе и о других»). Как пишет Ш. Л. Шилд, клятва в этой формулировке противоречила нормам канонического права, но широко использовалась в инквизиционной практике. После ареста Маргариты инквизитором Гийомом в Париж прибыл некто Гияр из Крессонессара, намеревавшийся защищать ее на суде как свидетель. Он также отказался принести клятву в начале инквизиционного процесса, после чего был арестован. Гияр изменил свою позицию после того, как инквизитор постановил передать обвиняемых «в руки светской власти» (то есть на казнь), и дал показания, касавшиеся собственного мистического опыта. В них Гияр провозгласил себя «ангелом Филадельфийской церкви» (Откр. 3:7), посланным на защиту истинно верующих в Господа. Гийом Парижский передал это свидетельство на рассмотрение каноникам, исследовавшим извлечения из «Зерцала простых душ», и те признали утверждение явной ересью. Маргарита продолжала хранить молчание и была казнена. По свидетельству хронистов, вместе с ней был предан огню некий крещеный иудей, который был изобличен в том, что тайно продолжал соблюдать требования своей религии. Field S. L. Debating the Historical Margueritte Parete // A Companion to Marguerite Porete and The Mirror of Simple Souls. Leiden & Boston, 2017. P. 9–37.

21

Судьба «Зерцала простых душ» сложилась неожиданным образом: несмотря на осуждение сочинения и казнь сочинительницы, книгу продолжали переписывать на протяжении ближайших двух столетий. Как показало исследование Джастина Л. Тромбли, мистический диалог Маргариты был переведен с пикардийского диалекта (язык оригинала) на французский, итальянский, английский и латынь. Дж. Тромбли с удовольствием цитирует маргиналии переписчиков, например o quam bene dicit (о как хорошо говорит!). (См. Подробнее: Trombley J. L. A Diabolical Voice: Heresy and the Reception of the Latin Mirror of Simple Souls in Late Medieval Europe. Ithaca and London, 2023.) Распоряжение Гийома Парижского, данное им в день казни, – дабы те, у кого есть эта книга, приносили свои списки в обитель доминиканцев, очевидно не возымело своего действия.

22

Конфликт развивался вокруг тезиса абсолютной бедности, который был частью учения Св. Франциска, настаивавшего на том, что он и его последователи не должны иметь ни личного, ни коллективного имущества. Этот вопрос был принципиальным – нищенствующие ордена противопоставляли себя традиционному монашеству (бенедиктинцам, цистерцианцам), поскольку средневековый монастырь был крупным собственником, а его аббат в реалиях Священной Римской империи германской нации по статусу был равен князю и участвовал в рейхстагах. Это проявлялось на уровне терминологии – францисканцы (как и доминиканцы) не использовали по отношению к себе терминов «монах» (только «брат») и «монастырь» (только «конвент»). В процессе становления ордена как института собственность появилась, и францисканцы разделились на две группы – конвентуалы, допускавшие смягчение первоначальных правил во благо ордена в целом и каждой обители в частности, и спиритуалы, сторонники радикальной бедности. Папа Иннокентий IV, идя навстречу конвентуалам, предложил формальную уловку, – он провозгласил, что все имущество ордена принадлежит Апостольскому престолу в Риме, а францисканцы только пользуются им. Спиритуалы в ответ провозгласили, что не признают установлений «плотской» (то есть официальной) церкви, но подобно первым христианам участвуют в церкви духовной (отсюда происходит и название движения). Позиция спиритуалов была близка радикальным еретическим группам, и потому это движение францисканского ордена стало объектом инквизиционного преследования.

23

Структура францисканского ордена состояла из трех частей. Первый орден был основан для мужчин святым Франциском – в него входили «братья», постоянно живущие в конвентах. В отличие от монахов бенедиктинского Устава, они имели право перемещаться между конвентами в пределах орденской провинции. Второй орден был основан Св. Кларой для женщин – «сестер ордена Св. Клары», живущих в отдельных от мужчин конвентах по более строгим правилам: им запрещалось перемещаться между конвентами (хотя обращением Франциска к «сестрам» было «мои госпожи»). В 1289 г. был учрежден Третий орден – для мирян, принявших на себя обеты в соответствии с уставом, но продолжавших жить в миру. Самая известная терциарка францисканского ордена – Анджела из Фолиньо (1248–1309), книга ее видений была записана на латыни ее духовником братом Арнальдо. Практика терциариев перенималась и другими орденами, прежде всего доминиканцами. Святая Екатерина Сиенская (1347–1380) фактически была терциаркой еще до официального утверждения Устава третьего ордена доминиканцев в 1406 г.

24

Бегинаж – официально существующее общежитие бегинок в средневековых городах.

25

Дискуссионное утверждение автора, поскольку статус «живых святых» использовался также в отношении терциарок доминикаского ордена в провинции Ломбардия (Северная Италия) в первой половине