Легионер - Гордон Догерти

Евагрий кротко улыбнулся и отвернулся. Неторопливо шествуя к лестнице, он думал о том, что в ближайшее время город будет целиком в его власти. Постепенно армия Господня увеличится, охватит всю империю — и контролировать ее будет только один человек. Патриарх Константинопольский.

ГЛАВА 49

Казалось, что на Боспоре царят одновременно все времена года. Летний теплый ветер кружил над весенней порослью травы, зеленым ковром одевшей долину, по которой шел легион; справа величественные сосны подпирали небо, на горизонте угадывались изломанные, резкие линии очертания гор, увенчанных снежными шапками. Воздух был пропитан хвоей, свежестью и горячим песком.

Паво взглянул налево — там, между травянистыми холмами мерцала и искрилась бирюзовая гладь Понта Евксинского. Вскоре она скроется из виду — когда легион уйдет вглубь полуострова. Паво задумчиво побарабанил пальцами по бронзовой фалере. Увидит ли он снова море?..

— Паво? — грубый голос Зосимы вывел юношу из задумчивости. — Я слыхал, ты кое-что знаешь об этих долбанных гуннах? Феликс говорит, ты Нерве байки про них травил.

— А? — Паво сердито покосился на опция. — Я просто кое-что о них читал.

Зосиму этот факт потряс.

— Ну, так давай, и мы послушаем, чего ты там вычитал.

Авит и Кводрат немедленно подтянулись поближе, чтобы ничего не упустить. Паво вздохнул, вспомнив страшные байки, которыми новобранцы делились на палубе «Аквилы». Что ж, тут и придумывать незачем, правда будет пострашнее.

— Ну... В библиотеке Константинополя есть комната, битком набитая свитками и пергаментами древних ученых. Там была целая связка свитков — труды одного египетского географа, Птолемея. Он очень много знал и писал о разных народах, живущих за пределами империи. Так уж совпало — о гуннах он тоже знал. Описал, как они живут. Они почти всю жизнь проводят в седле, даже спят, не слезая с коней! Еще они не селятся на одном месте, они все время кочуют. Правда, в его времена они жили только далеко к северу и востоку отсюда, но Птолемей считал, что из-за постоянной вражды гуннских вождей они скоро придут на запад, к границам империи — это только вопрос времени. Вот и все, что я знаю.

— Я лично думаю, что ты знаешь больше, чем мы все, вместе взятые... в два раза! — задумчиво протянул Авит.

— Это все хорошо, а что там насчет их армии? — спросил Зосима. — Есть у них легионы, как у нас? Как они поступают с пленниками? Ну, и всякое такое.

В голове у Паво вспыхнули воспоминания... как-то раз ему на глаза попался один свиток. На нем была изображена сцена на поле боя: гунны верхом на лошадях уходят прочь после победы, а в середине поля остается странная темная гора, вокруг которой кружат птицы... Паво смотрел прямо перед собой, и голос его звучал ровно и спокойно.

— Они не берут пленных.

Слушатели замолчали, словно им заткнули рты. Наконец, Зосима выпалил:

— Ну и демон с ними! Скоро они отведают вкус римского железа!

Авит и Кводрат рассмеялись — но смех звучал невесело. В этот момент по рядам пробежал ропот, впереди началось какое-то волнение. Мимо пронеслись несколько готов на лошадях — разведать, что происходит. Потом раздался громкий голос Галла:

— Впереди Феодосия! Колоннам — прекратить движение!

Паво нетерпеливо вытянул шею и привстал на цыпочки, чтобы рассмотреть открывшуюся впереди долину.

Город был окружен каменной стеной, из-за которой виднелись черепичные крыши домов. Он был похож на обычный римский город — правда, теперь он принадлежал готам. Однако что-то было не так...

Ни малейшего движения или звука. Город выглядел пустым. Совсем пустым. Без единого живого существа.

Шум в колоннах стих, все напряженно вглядывались в молчаливый город.

На стенах не было караульных. Дым не поднимался ни от одной крыши. Ни один флажок или штандарт не вился на ветру. Не блеял скот, не лаяли собаки.

Амальрик говорил, что его народ был истреблен — но здесь все выглядело так, будто люди просто исчезли. Испарились в одночасье.

Что-то было не так...

А потом они увидели зловещий круг стервятников в лазурном небе.

Галл повернулся к колонне и долго смотрел на первую центурию. Затем подошел ближе и негромко сказал:

— Авит, Зосима, Кводрат и Паво. Идете на разведку. Ищите малейшие признаки опасности, оставаясь невидимками — ключевое слово здесь «невидимка»! Я не хочу, чтобы легион угодил в ловушку, так что берегите свои головы и смотрите в оба. Нужно узнать, что случилось с городом. Авит, ты — за главного.

— Есть, командир! Так, благородные дамы, бросайте свои котомки и копья, с собой взять только мечи и щиты. Вперед! Шевелитесь, собачьи дети!

Все трое двинулись вперед неспешной рысцой под бодрое покрикивание Авита. Зосима благодушно ворчал:

— Воображает себя центурионом... коротышка!

— Кочан держи пониже! — огрызнулся Авит, хлопая Зосиму по затылку.

Вся четверка, пригнувшись, нырнула в высокую траву.

Возле ворот Паво ожидал увидеть стражу — но здесь никого не было. Ворота были приоткрыты, но недостаточно широко, чтобы разглядеть что-то внутри крепости.

— Командир! — шепнул Паво, задыхаясь.

— Потише, малыш.

— Командир, не стоит ли поискать другой вход?

— Ворота же открыты! Или... думаешь — это ловушка?

— Не знаю. Но все как-то... слишком легко!

Авит стиснул зубы и некоторое время молчал, полз вперед. Потом сдался и остановился. Следом за ним замерли в траве и три легионера.

— Ладно, мысль цепная, признаю. Кто станет оставлять городские ворота нараспашку? Какие предложения?

— Можно забросить веревку на стену! — предложил Кводрат, разглаживая мокрые от пота усы.

— Там должна быть калитка для караула. Если ворота открыты — может, и она тоже? — предположил Паво.

— Да! Точно! — с этими словами Авит принялся внимательно разглядывать стену с обеих сторон от ворот. Слева обнаружилась неприметная полукруглая деревянная дверца...

— Значит, так: Паво, идешь туда, тише мыши! Если все в порядке — покажешь нам со стены большие пальцы, и тогда мы пройдем через главные ворота. Если мы тебя не увидим... значит, ты попался.

Паво вздрогнул и сглотнул нервный комок в горле. Такой поворот он как-то упустил из виду...

— По... попался?

— Даже и не мечтай! — буркнул Зосима, не сводя глаз со стены. — Смотри на это дело веселей — никого там нет и быть не может, так что еще до заката мы будем за настоящими столами жрать