Приказ Шарпа - Бернард Корнуэлл

опустил винтовку и с отточенным мастерством нажал на спуск, плавно и безопасно опустив курок.

— Тебе когда-нибудь приходилось сталкиваться с уланами, Ричард? — спросил Хоган, кивнув на Терезу, которая держала пику наизготовку.

— Приходилось.

— Мерзкая штука, — сказал Хоган.

— Фокус в том, — сказал Шарп, — чтобы проскочить мимо клинка, и тогда ублюдок с древком — легкая добыча.

Раздался двойной щелчок, это Хэгмен снова взвел винтовку.

— Стоять, Дэн.

— Стою, мистер Шарп.

Хэгмен взвел курок, потому что Эль Эроэ, похоже, и сам додумался до этого фокуса. Он отбил саблей клинок эспонтона в сторону, а затем прыгнул вперед, миновав узкое лезвие, и снова занес саблю для размашистого рубящего удара, целясь Терезе в голову.

— Боже! До чего ж она быстра! — выдохнул Хоган. — Как она это сделала?

Тереза, очевидно, предвидела этот маневр, потому что с молниеносной быстротой провернула эспонтон так, что теперь на Эль Эроэ смотрел его подток[47]. А подток пики был снабжен небольшим шипом, дюймовым куском металла, предназначенным для того, чтобы пикинер мог упереть оружие в землю, если ему противостоит кавалерия. Она пригнулась под диким ударом сабли и с размаху ткнула этим шипом Эль Эроэ в грудь. Ударила сильно. Так сильно, подумал Шарп, что могла сломать ему ребро, и удар остановил испанца и заставил его ахнуть от боли. Тереза снова ткнула подтоком, и Эль Эроэ отступил, опустив саблю, явно страдая от боли.

Тереза тоже отступила. Достаточно далеко, чтобы развернуть пику и снова нацелить на Эль Эроэ клинок. Затем она шагнула вперед, делая выпады лезвием в сторону врага, который вздрогнул, поднимая саблю, чтобы отбить пику.

— Сломано ребро? — предположил Хоган.

— Ага, она его ранила, — радостно сказал Харпер.

Еще один выпад пикой, и на этот раз Эль Эроэ удалось ударить саблей по древку, но Тереза предвидела этот парирующий удар и так крепко держала пику, что легкий клинок сабли почти не сдвинул тяжелое оружие. Она рванула его вверх и сделала выпад, ударив Эль Эроэ в руку с саблей чуть ниже плеча. Он взвизгнул, когда она повела клинок вниз, и на желтом рукаве расплылось новое кровавое пятно.

— Она ему руку калечит, — одобрительно сказал Харпер.

— Ему недолго осталось, — радостно сказал Хоган.

— Но сначала она заставит его помучиться, — сказал Шарп.

— Неужели? — тихо проговорил Лав.

— Она его ненавидит, — сказал Шарп, — и есть за что. Он не умрет легкой смертью.

Тереза нашла свой ритм, раз за разом нанося удары тяжелой пикой. Она не вонзала длинный узкий клинок глубоко, а довольствовалась тем, что рассекала кожу Эль Эроэ, пока его ярко-желтый мундир не покрылся кровавыми пятнами на руках, груди и бедрах. Ни одна из ран не выводила его из строя, но каждая приводила в ярость и унижала. И каждая вызывала оглушительный рев наблюдающих красномундирников. Эль Эроэ был в отчаянии и все время пытался отмахнуться от пики, и каждый взмах сабли, очевидно, причинял ему боль, когда грудные мышцы натягивались на сломанном ребре.

Наконец, мощный размашистый удар сабли выбил пику в сторону так неожиданно, что она вылетела из рук Терезы и с лязгом упала на брусчатку.

— О, Господи Всемилостивый! — выдохнул Лав.

— Нет, Дэн! — крикнул Шарп, увидев, что Хэгмен вскинул винтовку и приготовился к выстрелу. — Не стреляй.

— Стреляй, парень! — приказал Хоган.

— Нет, Дэн! Нет!

Хэгмен опустил винтовку. Тереза опустилась на одно колено, и Эль Эроэ, увидев свой шанс, прыгнул вперед, занеся саблю для последнего, смертельного удара. Он взревел от торжества, не обращая внимания на жгучую боль в груди, когда начал роковой удар сверху вниз, но рев сменился ужасающим воплем. Сабля вылетела из его руки, он обеими руками схватился за пах и снова завопил.

— У нее всегда есть второй нож, — спокойно объяснил Шарп. — Она держит его в левом рукаве.

— Боже, храни Ирландию, — сказал Харпер, — какая славная девушка!

— Весьма свирепая, — добавил Хоган.

Тереза почти припала к земле перед тем, как нанести удар снизу вверх, а теперь откатилась в сторону, вскочила на ноги и обошла своего вопящего врага, чьи бедра были залиты кровью.

Хэгмен рассмеялся:

— Прямо по яйцам!

Эль Эроэ скорчился, все еще держась за пах и продолжая выть.

— Да ты не держись за них, дурень! — взревел Харпер. — Пересчитай, все ли на месте!

— Бедолага, — пробормотал Хоган, и тут Тереза пнула воющего мужчину под зад, опрокинув его на камни, где расплывалась кровь. Затем она подняла маленький нож в правой руке и поклонилась Шарпу, который послал ей еще один воздушный поцелуй. Красномундирники дико ревели, пока Эль Эроэ истекал кровью в центре двора.

— Она… сделала то, о чем я думаю? — лейтенант Лав побледнел.

— Сделала, — сказал Шарп, — и провернула клинок.

— Так умирают предатели, — сказал Хоган. — А теперь закончим то, за чем пришли.

Разделить Сульта и Мармона, уничтожив мост.

Шарп спустился во двор, где в кишащей мухами луже крови лежало тело Эль Эроэ. Двор все еще был полон народу, хотя солдаты обходили труп стороной. Прибыл генерал Хилл, его лицо сияло. Увидев Шарпа, он подозвал его.

— Мне доложили, что именно вас мы обязаны благодарить за эту победу, майор Шарп.

— Благодарности заслуживает каждый, кто участвовал в деле, сэр.

— Верно, верно! И форт Рагуза тоже наш?

— Благодаря лейтенанту Лаву, сэр.

— Купидон нанёс свой удар, а? — с улыбкой спросил Хилл. — Я прослежу, чтобы он получил по заслугам. Но генерал Говард и полковник Кадоган говорят, что вы первым перебрались через вал?

— Уверен, двое людей полковника опередили меня, сэр.

Хилл кивнул.

— Грязное дело, эта эскалада, — сказал он и взглянул на труп. — И мне сказали, ваша жена устроила тут целое представление!

— Он был предателем, сэр, и получил по заслугам.

Тереза, увидев Шарпа с Хиллом и его адъютантами, держалась в стороне, но теперь генерал подозвал ее. Он поклонился ей.

— Мадам! — сказал он. — Мне доложили, что вы расправились с Эль Эроэ?

— Он был испанцем, — холодно ответила Тереза, — так что это было моей обязанностью как испанки убить его.

— Благодарю вас за это, — сказал Хилл, снова кланяясь. — С такими союзниками, как