Путь инквизитора. Том 1. Том 2 - Борис Вячеславович Конофальский

мазью, хотя мазь, в общем-то, уже и не нужна. Просто бинтуйте, и небольшие нагрузки для руки, небольшие! И никаких резких движений, слышите? Никаких дуэлей с этими молодыми разбойниками, они здоровые как кони, а на вас живого места нет. Давайте ногу.

— Нога в порядке.

— Давайте, давайте, раз пришли.

⠀⠀

Деньги отец Ливитус брать отказался, и солдат с братом Ипполитом пошли в библиотеку. Ипполит аж подскакивал на ходу от волнения, и говорил, и говорил сбивчиво, чуть заикаясь, но Волков терпеливо слушал, уж больно интересные вещи рассказывал молодой монах:

— Вы поймали людоеда, да. Но правильно называть его девурер кадаверум, — говорил он.

— Кадавр — значит труп, — вспомнил Волков. — А что значит девурер?

— Это значит — пожиратель. Пожиратель трупов. Попросту трупоед. Простые люди называют его упырем, но это все правильно только отчасти, на самом деле истинное название этого существа: сервус мортус.

Солдат остановился. Он знал, как это переводится:

— То есть, он чей-то слуга? То есть у него есть господин?

— Трупоед никогда не бывает один. Он слуга, а значит, у него есть хозяин.

— Откуда ты это знаешь? — Волков был явно недоволен, ему не хотелось в это верить.

— В библиотеке есть книга, называется «Маллеус де криатурис».

— Молот тварей? — спросил солдат.

— Да, — удивился Ипполит. Он не ожидал, что солдат знаком с древними языками. — Так вот, в ней все описано.

— Ну, пойдем, взглянем.

Они зашли в библиотеку. Огромный зал был заставлен стеллажами с фолиантами. На входе за большим столом сидел худой, лысый монах. Брат Ипполит низко поклонился ему и сказал:

— Это господин коннетабль из Рютте.

— Я знаю, кто это, — сухо заметил монах, — а что нужно тебе?

— Мы хотим взять «Молот тварей».

— Опять? Лучше б ты так писание читал.

— Писание, брат Теодор, я знаю наизусть, — отвечал Ипполит, — а книгу «Молот тварей» я хочу показать господину коннетаблю, он недавно упыря поймал.

— Благословляю, — закончил диалог брат Теодор.

Ипполит схватил из коробки, что стояла на столе, две свечи.

— Куда? Одну свечу. — Сказал смотритель библиотеки.

— Вторая для господина коннетабля, — пояснил молодой монах.

Брат Теодор махнул на него рукой, на этот раз благословляя безмолвно.

Ипполит стянул с полки огромную книгу, разложил ее на ближайшем пюпитре, приладил и зажег свечи, затем нашел нужное место в книге и произнес, тыча в строчки пальцем:

— Вот он.

Солдат поглядел на картинку, отдаленно изображение трупоеда напоминало холерного мужика, которого они с бароном поймали на болоте.

— Да, — сказал солдат задумчиво, — похож.

И начал читать. Он читал долго, не все понимая, перечитывая по нескольку раз, а иногда спрашивая пояснения у монаха. Тот знал язык пращуров гораздо лучше. Дочитав главу до конца, Волков задумался, а молодой монах терпеливо ждал, не торопил, и солдат заговорил:

— Значит упыри эти, трупоеды, всего-навсего слуги?

— Да, они обращены из людей. Мертвец обращает двух-трех людей в упырей, не убивая их, и они ему служат, ловят еду, охраняют его лежбище. Сам мертвец не любит солнце, а трупоеду все равно, оно его не печет, а охотится он ночью не из-за того что боится солнца, а из-за того, что ночью хорошо видит, а его еда — нет. А если сам хозяин сыт, то трупоед может поохотиться на себя, но для себя они людей ловят редко, но возьмет что полегче. Например, козу забьет.

— А, может, и кабана дикого, — заметил солдат.

— Про такое я не читал.

— А я такое видел. В лежбище этого трупоеда я видел кабанью башку обглоданную, — солдат задумался. — А кто ж его хозяин и где его найти?

— Его хозяин называется гуль-мастер, вурдалак по-нашему. И об этом надо спросить у слуги, он-то наверняка знает, куда еду носит.

— Вот дьявол, — выругался Волков.

Монах, переписывавший книгу, недалеко от них, неодобрительно посмотрел в их сторону.

— Господин коннетабль, — просительно произнес Ипполит, — в наших стенах…

— Да знаю. Просто думал, что все почти закончил, а на самом деле все только начинается, — он вздохнул и посмотрел на молодого монаха: — А почему все это так тебя интересует?

— Потому, что такой же упырь убил всю мою семью, — отвечал брат Ипполит абсолютно серьезно. — И когда я рассказывал об этом людям, то мне никто не верил. Говорили, что все это сказки. А меня ругали вралем.

— Понятно, — Волков торопился. — Ладно, мне нужно ехать, пока упырь не сдох.

— Подождите, господин коннетабль, я должен рассказать вам про господина.

— Позже, — солдат уже шел к выходу, — сначала мне про господина расскажет упырь. В книге написано, что некоторые из них сохраняют речь.

— Да, некоторые сохраняют, так написано.

— Вот я и хочу послушать, как он разговаривает.

⠀⠀

Ёган знал, что Волков очень бережет своих коней. И зря их гонять не любит, но сейчас солдат торопился, и пускал коня в бодрую рысь. Что было причиной торопливости, слуга не знал, а спросить не решался, уж больно лицо господина было сосредоточенным. Наорет еще. И слуга был прав. Солдат был сосредоточен и раздражен. И не мудрено. Еще вчера он почивал на лаврах героя, ловца людоеда, а сегодня вдруг выяснилось, что он только в начале пути. Волков прекрасно осознавал значимость поимки упыря.

Он видел, как засветился и засиял барон, когда к нему повалили гости, которых не было Бог знает сколько времени у него. Карл, хоть и причитал, что они его разорят, но был счастлив, как никогда. Он был рад гостям, а солдат был рад побыстрее получить награду, да уехать, как только из города приедут аудиторы. А вот барон, как казалось солдату, был бы не прочь, чтобы Волков остался подольше. Еще вчера ему казалось, что фон Рютте, нехотя, но согласится его отпустить. А теперь все решительно могло измениться. Если упырь был не один — значит, работа была не сделана. Да и написавшего записку, на ламбрийском, нужно было сыскать. Эти ночь и утро все изменили. Все изменили. Обещанная награда вдруг отдалилась. Как тут не гнать лошадей и не быть сосредоточенным. А еще он думал, что прекрасная Хедвига соврала, сказав, что ее служанка неграмотна. Не может быть неграмотным человек, знающий много баллад и анекдотов из жизни древних императоров. А зачем врала дочь барона? Зачем? Волков предвкушал то удовольствие, с которым он будет наблюдать за прекрасной госпожой, когда сержант и стражники поволокут ее уродливую, мужеподобную служанку в подвал. Будет ли она столь же заносчива и спесива, как всегда, или будет рыдать и умолять его. Или побежит жаловаться папеньке. Да и еще! Теперь он будет в разговоре называть