Восставшая из пепла - Сергей Анатольевич Шаповалов

рот. Пленника усадили на землю и, для острастки, приставили нож к горлу.

– Тоопека, – позвал Хемиша. – Ты знаешь их собачий язык. Я местного наречия не понимаю.

– Попробую.

– Спроси: куда идет эта дорога, и как нам лучше проскользнуть к перевалу.

Перепуганный митанниец рассказал, что дорога идет наверх в горы. Но по ней идти нельзя. Путь закрывает сторожевая крепость. Мимо нее не проскользнуть. Туда недавно выслали отряд копьеносцев. Если пойти по дороге в другую сторону, а через десять данн свернуть на запад, то можно проскочить через слабую заставу в Киццуватну.

– То, что надо! – обрадовался Хемиша.

Но путь не такой уж легкий: надо будет преодолеть реку в двух местах. Все мосты охраняются. На ближайший мост, только что отправили подкрепление. Скоро перекроют и эту дорогу.

– Надо их опередить. Спроси: есть ли здесь другая дорога к мосту?

Где-то поблизости есть, но очень крутая. Даже не дорога, а пастушья тропа, узкая и опасная – можно в темноте сорваться в пропасть.

– Выбора нет. Надо раньше митаннийцев попасть на мост, – решил Хемиша.

Отряд направился по узкой горной тропе. С одной стороны, возвышалась отвесная стена рыжего песчаника, с другой зияла пропасть. Из-под копыт, то и дело, предательски срывались камни. Но кони, привыкшие к таким опасным тропам, быстро и уверенно двигались вперед. Вскоре долетел шум бурлящего водоворота. Тропинка вывела в долину. Показался изгиб широкой голубой ленты реки. Несколько телег с грохотом катилось по прочному деревянному мосту. Два десятка копейщиков охраняли переправу. Примерно в двухстах шагах от моста Хемиша заметил колонну воинов. Это подкрепление для охраны моста неспешно двигались по дороге.

– Вперед! – скомандовал вождь.

Всадники легли на холки коней и отпустили поводья. Кони пустились в бешеный карьер, а наездники на ходу готовили оружие. Охрану смели и растоптали. Подкрепление так и не подоспело. Хауси вылетели на другой берег. Свернув на запад, дорога вновь пошла вверх к голубым вершинам, но, поднявшись высоко, к серым скалам, где вьют гнезда орлы, вновь побежала вниз. Хемиша приказал спешиться и дать лошадям отдохнуть. Вперед выслали разведчиков. Ждать пришлось недолго. Вскоре разведчики вернулись. С собой притащили связанного пленника.

Пленник сказал, что впереди стоит большое войско, около трех тысяч пеших. Еще есть колесницы. Войско направляется в Киццуватну. Проскочить нет никакой возможности. Горцы долго совещались. Решили попробовать прокрасться пешими мимо постов, а Хемиша, под видом табунщика, перегонит лошадей.

Дождавшись темноты, горцы выкинули с обрыва все лишнее, сняли с коней уздечки и чепраки. После, цепочкой бесшумно заскользили вниз, в долину. Хемиша и Тоопека погнали лошадей дальше по дороге. Впереди показалось множество костров.

– Стой, бродяги! – окликнул их дозорный. – Кто такие?

– Мы слуги достопочтенного Муруддиша, смелого военачальника, который возглавляет сотню колесниц из армии бесподобного и лучезарного правителя Тушратты, да будет он счастлив, – ответил Тоопека. – Земли нашего господина находятся недалеко, всего два дня ходьбы. В сражении наш господин захватил этих коней и приказал перегнать табун.

– А этот, второй, тоже слуга? – недоверчиво спросил митанниец, подозрительно оглядывая Хемишу.

– Да, он тоже слуга достопочтенного Муруддиша.

– Что-то рожа у него какая-то дикая. И одет он не по-местному, – усомнился другой стражник. – Я знаю почтенного Муруддиша. Он таких дикарей не держит.

– Это новый слуга – аккадец, – пояснил Тоопека. – Кто же лучше аккадцев умеет обращаться с лошадьми: лечить их приручать, объезжать?

– Аккадец? Больше на кассита похож, – оценил первый стражник. – Я понимаю аккадский язык. Пусть сам про себя расскажет.

– Не трудитесь. Он немой, – продолжал упорно врать Тоопека.

–Хватит болтать, – оборвал их спор подошедший старший воин. – Веди табун за лагерь. Ночью вы никуда не пойдете. Приказано через мост никого не пускать. С рассветом вновь двинетесь в путь. Наше войско направляется в Киццуватну. Погоните лошадей позади. Не хватало нам еще по вашему дерьму шагать.

– Но нам нужно срочно проехать, – умолял Тоопека

–Ты слишком много говоришь! – рявкнул начальник. – Веди табун туда, куда тебе я велел, не то прикажу надеть колодку на твою шею и отходить палками по спине. Если бы ты не был слугой Муруддиша, я бы тебя тут же изрубил на куски и скормил шакалам.

Всадники подчинились. Они отвели табун за лагерь. Лошадей оставили в загоне для скота, сами сели возле костра в круг копьеносцев. Им дали по чашке горячего бульона с чечевицей и по черствой ячменной лепешке. Хемиша незаметно толкнул спутника и тихо спросил:

– Кто такой Муруддиша?

– Один из сановников Тушратты. Я его когда-то лечил. Но он наверняка сейчас находится при дворе правителя, и нам нечего опасаться разоблачения.

После скудного ужина Хемиша пошел к лошадям, а Тоопека принялся осматривать раненых, которых всегда бывает много после сражений. Хемиша окинул взглядом лагерь. Заметил восемь новеньких колесниц. Легкие, на двух ездоков, по виду – ассирийские. Такими повозками легко править, и мчаться они быстро. Узкий корпус с высокими бортами защищал возничего по пояс, а сзади небольшая площадка, на которой удобно умещался лучник. Колеса высокие прочные с восемью точеными спицами. Видать, недавно пригнали. Он хотел подойти ближе. Можно было перерезать крепления или еще чего-нибудь испортить. Но колесницы охраняли, и Хемишу прогнали.

– Эй, немой! – сзади его кто-то грубо пихнул. Хемиша оглянулся и увидел перед собой митаннийца, державшего под уздцы гнедого коня. Конь еще не остыл от быстрого бега. От него исходил запах пота, и веяло теплом. – Посмотри, что у него с ногой. – Митанниец указал на переднюю ногу животного.

Хемиша кивнул головой и поднял ногу скакуну. Конь фыркнул, недоверчиво покосился на человека, оскалил зубы и пощипал Хемишу между лопаток. Но кусать не стал, почувствовав сильную руку. Бабка оказалась сбита почти у самого копыта. Небольшая, но глубокая рана забилась грязью и распухла. Хемиша подвел коня поближе к костру, бросил на угли нож и достал глиняную флягу с вином. Разбавив вино с водой, он осторожно промыл рану. Животное слабо заржало. Оно дико вскрикнуло, когда лекарь прижег рану раскаленным ножом. Хемиша крепко держал коня и не дал ему вырваться. Целебная трава и тугая повязка успокоила боль.

– Ну что с моим конем? – спросил высокий сухой человек у митаннийца.

– Им занимается ассирийский колдун.

Хемиша обмер. К нему медленно приближался Ибиссаха. Если он его узнает – это конец. Хемиша спрятался за круп коня. Рука крепко сжала нож. Можно будет всадить лезвие в шею Ибиссахе, вскочить на коня и попробовать скрыться. Но конь хромает. На нем далеко не ускачешь. Будь, что будет! Хемиша напрягся, готовый ринуться на Ибиссаху. А предатель подходил все ближе, припадая на одну ногу. Кровавые