За золотым призраком - Владимир Иванович Буртовой

– Что ты, что ты, Амрита, – зашептал смущенный и пораженный Вальтер, робко обнимая девушку – впервые за долгие годы знакомства, за годы, когда почти с детства росли и жили в одном доме. – Это ты несравненная богиня утренней зари, моя Аврора, моя Амрита… Дозволь, только губами, прикоснуться к твоей щеке…

– Можно, милый… мой милый. Я сама тебя поцелую… Вот, видишь, какая я сегодня смелая, да? Вальтер, что э т о со мною случилось, скажи? Ты старше меня, ты ученый, должен все знать… Скажи, это плохо, да? Ты не отвернёшься от меня после этого? Не разлюбишь?

– Это очаровательно, Амрита, очаровательно! Расскажи мне про вашего бога любви, какой он?

– Наш бог любви Прадйумна очень красив и вечно молод, как сама любовь, как цветок розы, который только что распустил лепестки и куда еще не загладывала ни одна пчела… и которому никогда не увянуть. Это случилось давным-давно, как пишут в наших священных книгах. За какое-то ослушание бог любви Кама был испепелен гневом господа Шивы, но так как люди не могут жить без любви, то он не исчез окончательно, а растворился в теле красивого и достойного человека по имени Васудевы. И для того, чтобы бог любви обрел новое живое воплощение, сам господь Кришна дал жизнь в лоне Рукмины, жены Васудевы. Поэтому новый бог любви и родился, как сын Кришны и прославился под именем Прадйумны. Поскольку отцом его был сам господь Кришна, он своей отвагой и красотой очень похож на господа Кришну… Ты улыбаешься, не веришь? Мне отец читал это в древних книгах с красивыми цветными картинками.

– Верю, моя богиня любви, верю. У вас очень красивые боги, я тоже видел эту книгу у твоего отца Али, он показывал мне рисунки… Мне кажется, что ты во сто крат красивее нарисованной Рукмины.

– Что ты, Вальтер! Возможно ли такое сравнение? Кто она и кто я, служанка в вашем доме, при кухне!

– Не спорь, Амрита! Ты – красивее! Она, должно быть, постарше тебя годами и не такая стройная… Скажи, милая, а что значит твое имя – Амрита? Как оно переводится на наш язык?

– О-о, Вальтер, мое имя из древней легенды…

– Я так и знал, догадывался, что ты вся-вся из легенды, иначе и не могло быть. Расскажи, прошу тебя. Мне хочется знать о тебе все-все!

Старенький дедушка Раджив рассказывал, когда я была совсем маленькой и любила сидеть у него на коленях… Индийская легенда говорит, что драгоценные камни красно-вишневого цвета – это капли амриты. Амрита – значит божественная жидкость, которая давала людям бессмертие. Однако боги решили так, чтобы амрита доставалась людям только в виде красивых драгоценных камней, тогда она утратит силу своего волшебства.

Вальтер засмеялся, поцеловал ее в губы, тоже красно-вишневого цвета, тоже волшебно-колдовские.

– Ошиблись, ошиблись древние боги! Ты живая и ты бессмертна! И я буду любить тебя и тоже стану бессмертным. О-о, моя несравненная Амрита! Еще один поцелуй, и меня унесет ветром, во-он туда, на вершину дерева… Можно?

– Молчи, молчи, Вальтер… Сегодня мой день, сегодня бог любви Прадйумна, похоже, вошел в мое тело… Ох, милый, обними меня, крепко обними, а то я закричу… от счастья и от боли…

– Не плачь, не плачь, я люблю тебя, жизнь отдам…

– Вальтер, что же теперь будет? Мы оба потеряли головы, ты и я, оба делаем что-то такое…

– Это счастье, моя Амрита, счастье… Пусть мы потеряли головы, но нашли друг друга. Нашли самих себя… Я люблю тебя, и мы никогда – никогда не расстанемся, не правда ли?

– Ни-ког-да! Даже на том свете, как говорят у вас, – прошептала Амрита, прижимаясь к Вальтеру, а тот собственного тела уже не ощущал.

– Какие у тебя хмельные губы, Амрита. А глаза – там искорки вспыхивают, когда я заглядываю в их глубину.

– Это горит мое сердце, Вальтер… Слышишь, как оно бьется? Вот сюда приложи руку. Не стесняйся, милый, теперь можно… Ведь я уже твоя, вся-вся твоя.

Под своей горячей ладонью Вальтер ощущает глухое биение молодого и сильного девичьего сердца, разбуженного первой весной любви. Большой палец руки невольно касается упругой груди Амриты, и Вальтер снова, в полусознании, склоняется к губам девушки, ее пальцы сцепились у него на затылке…

– Вальтер, Вальтер, ты видишь меня? Отчего у тебя глаза будто туманом затянуло?

– Амрита, я сойду с ума от нашей близости… Возможно ли такое счастье на всю жизнь? До последнего вздоха?

– Да, милый, да. Ведь ты меня не оставишь теперь? Не прогонишь от себя, как нехорошую женщину, ведь мы с тобой еще не обручены!

– Ни за что на свете! Даже если мне придется драться со всей несметной силой ада. Если погибну в этой драке, то и после смерти сверху или снизу, из-под земли, я не буду спускать с тебя своего любящего взгляда… Ну а не дай бог случиться обратному, что ты покинешь меня первой… Как несчастный Орфей за своей возлюбленной Эвридикой, так и я пойду вслед за тобой в царство сурового, но справедливого Аида[3].

– Нет, Вальтер, нет! Я верю, что ты победишь своих врагов, как бог любви победил злого демона Шамбара!

– Расскажи, Амрита! Я хочу знать не только про своего Бога и его сына Иисуса Христа, но и про твоих богов! У вас их так много, и они все молодые, красивые.

– Да, Вальтер, молодые и красивые, как и ты сам… Не смейся, я говорю правду. Слушай. В те времена, когда только-только народился бог любви Прадйумна, жил на земле злой демон по имени Шамбара.

Ему свыше было предопределено быть убитым Прадйумной. Вот поэтому злой демон, зная о своей судьбе и услышав, что Прадйумна уже появился на свет, обернулся женщиной и коварно похитил десятидневного ребенка прямо из колыбели. Поднявшись над морем, демон Шамбара бросил младенца в страшные волны. Но того, кого защищает Кришна, никто не может убить; точно так же того, кому предопределено быть убитым Кришной, никто не может защитить…

Амрита тихо шептала в ухо Вальтера, ерошила и гладила его белокурые волосы, смотрела в нежно-голубые с туманом усталости глаза, ласково проводила пальцем по припухшим, впервые исцелованным губам Вальтера, снова и снова целовала их и рассказывала. Вальтер, бережно удерживая ее голову на своем плече, перебирал длинные темные волосы Амриты, вдыхал их аромат, смешанный с ароматом лесной поляны, тихо и счастливо улыбался, ниоткуда не ожидая жестокого удара судьбы по своей только