Большая книга по истории Ближнего Востока. Комплект из 5 книг - Мария Вячеславовна Кича

Vision 2040». Помимо того, Хейсам бен Тарик – большой любитель спорта и основатель Оманской футбольной ассоциации.

Спустя год после кончины Кабуса султан Хейсам внес изменения в конституцию, определив новый порядок престолонаследия. С 13 января 2021 года власть в Омане передается от отца к старшему сыну. Также введен титул наследного принца. Кронпринцем провозглашен Тейязин – первенец Хейсама.

Вступив на престол, Хейсам обещал продолжить миролюбивую и созидательную политику своего предшественника. Сейчас он ведет себя очень осторожно. Например, вопреки прогнозам, Маскат в 2020 году не заключил мирный договор с Израилем – хотя это сделали ОАЭ, Бахрейн, Марокко и Судан.

Оман продолжает открываться миру и питает самые радужные надежды относительно будущего. С каждым годом он привлекает все больше туристов, бизнесменов и гастарбайтеров. Здесь не угнетают женщин, не грабят иностранцев, не просят милостыню и не торгуют наркотиками. Эта спокойная и безопасная страна редко попадает в новостные сводки (главный признак того, что в султанате все хорошо). Действительно – тут не происходит ровным счетом ничего. Жизнь течет настолько неторопливо и размеренно, что заурядная автомобильная авария собирает толпы зевак. В арабском мире оманцев шутливо величают «джентльменами» – намекая на присущую им вежливость и благостную лень.

Впрочем, столетия бурной истории Омана наложили неизгладимый отпечаток на страну и людей. Саидиты пережили взлеты и падения, славу и позор, голод и процветание. Сейчас они страстно желают удержаться на вершине – и не дать султанату скатиться в пучину раздоров и мракобесия. Такой исход возможен всегда – каким бы сытым и благополучным ни казалось государство. Ибо в глубине души нынешний Оман – все та же пиратская империя. Недаром в 1959 году британский путешественник Уилфред Тессайджер назвал эту загадочную и непредсказуемую страну «наименее известным из обитаемых мест Востока, даже менее известным, чем Тибет».

Хранители жемчужного побережья: династия аль Сабах (Кувейт)

Глава 1

Царственные бедуины

Кувейт сделал себя сам.

Юсеф Хусейн аль-Габанди, кувейтский дипломат

В предыдущих разделах мы много говорили о Хашимитах и Саидитах – династиях, которые давно ведут оседлый образ жизни. Но среди монархий Джазиры преобладают семьи, происходящие из среды арабских кочевников-бедуинов. Одна из них, Аль Сабах, более 250 лет правит Кувейтом – крошечным и до недавних пор невероятно богатым эмиратом на северо-востоке Аравийского полуострова.

В недалеком прошлом кувейтцы скитались по пустыням Джазиры. Менее века назад их государство входило в число беднейших на планете. Но в XX веке все изменилось. Огромные запасы нефти преобразили эту маленькую страну. В конце столетия Кувейт оказался в центре внимания мировой общественности – после иракского вторжения под командованием Саддама Хусейна (1990). Международная военная коалиция во главе с США изгнала захватчиков и вернула эмират под власть династии Аль Сабах. Помимо этих фактов о Кувейте и кувейтцах на Западе мало что известно.

В арабском мире Кувейт пренебрежительно называют «корпорацией с флагом» – намекая на то, что у кувейтцев нет национальной идентичности, есть только бизнес-интересы. Большую часть своей истории эмират действительно находился под зарубежным владычеством. Сначала его контролировали османы, потом – британцы. Разумеется, подданные Кувейта всячески пытаются защитить себя и свои деньги – которые у них есть, в отличие от многих арабов. Помимо того, кувейтцы могут проследить свою генеалогию с первых веков нашей эры – от древних родов и кланов, населявших Аравию еще до возникновения ислама. Подавляющее большинство арабов – за исключением старых авторитетных семей – не может похвастаться подобным.

Также над Кувейтом насмехаются из-за его скромных размеров. Площадь эмирата составляет 17 818 км2 (это меньше площади Коннектикута или Нью-Джерси). В османскую эпоху Кувейт входил в состав иракских провинций Порты, что позволяет нынешним иракцам считать его частью своего государства. Данного мнения придерживался и Саддам, оккупировавший эмират в 1990 году. Но кувейтцы отрицают османское господство над Кувейтом – ведь это частично оправдывает претензии Ирака на их родину.

Территориальная «ничтожность» Кувейта подчеркивается в массовой культуре. Например, согласно популярной легенде, в 1990-е годы в Кувейтский университет был приглашен турецкий профессор истории. На лекции местный студент задал ему провокационный вопрос: «Какое государство сильнее – Кувейт или Высокая Порта?» Турок улыбнулся и ответил: «Мой юный друг!

Можно сказать, что Кувейт сильнее Османской империи, но придется учесть следующее. Порта состояла из 36 провинций – вилайетов, одной из которых был Багдадский вилайет. Багдадский вилайет включал в себя 20 средних административных единиц – санджаков, в том числе, санджак Басру. В санджак Басру входил 31 район – гадааа, например, гадаа Лахса. Гадаа Лахса объединял 80 деревень, в числе которых была деревня Абдул-Хаир. В состав же деревни Абдул-Хаир входили 20 самых маленьких поселений – мезра, и одна мезра называлась Кувейт».

На севере и западе Кувейт граничит с Ираком, на юге – с Саудовской Аравией, а с востока омывается Персидским заливом. Кувейтская бухта – одна из лучших естественных гаваней Халиджа. Исторически эмират, подобно Оману, зависит от моря. Сегодня оно по-прежнему играет важную роль, ибо кувейтскую нефть транспортируют на танкерах.

Эль-Кувейт – политическая и экономическая столица – дал название всей стране. Он является единственным мегаполисом эмирата, из-за чего Кувейт часто именуют «городом-государством». Прочие немногочисленные города раскинулись вдоль береговой линии: Эль-Ахмади, Эш-Шуайба, Мина-Абд-Аллах, Мина-Сууд и др. Они включают в себя обширные промзоны, крупные порты и морские терминалы. Индустриальное сердце страны – столичный пригород Эш-Шувайх. У побережья также расположены девять островов – необитаемые либо незначительные по размеру (Ауха, Бубиян, Варба, Кару, Куббан, Маскан, Умм-аль-Марадин, Умм-ан-Намил и Файлака).

Национальная валюта Кувейта – кувейтский динар – является самой дорогой в мире. Ее курс колеблется от $ 3 до $ 3,5 (для сравнения – оманский риал и бахрейнский динар стоят около $ 2,6, а эмиратский дирхам, саудовский риал и катарский риал не превышают $ 0,3).[121] При этом Кувейт контролирует 10 % мировых запасов нефти.

Запасы «черного золота» равны почти 100 млн баррелей, запасы газа – 1,5 трлн м3. Неудивительно, что кувейтская экономика полностью ориентирована на нефтяную промышленность.

Демографическая ситуация в эмирате – квинтэссенция того, что творится в Заливе. В Кувейте проживает свыше 4,6 млн человек, из них подданных – 34 %. Все остальные – гастарбайтеры. Годовой прирост населения – 3,6 %, причем 1,6 % – за счет трудовых мигрантов. Большинство экспатов – выходцы из Южной и Юго-Восточной Азии, а также из арабских стран (Ирака, Египта, Ливана и Сирии). Помимо работы в сфере сервиса и производства, иностранцы служат в армии, поскольку кувейтские призывники обычно получают отсрочку – например, для учебы.

Столь пестрое общество – это своеобразное отражение истории Кувейта, который испокон веков принимал разные народы. Археологические находки, обнаруженные на острове Файлака, датируются III тысячелетием до н. э. Сосед Кувейта, Бахрейн, когда-то был колыбелью древней цивилизации Дильмуна. Дильмунцы построили первые поселения на Файлаке около 2300 года до н. э. Позже здесь действовали знаменитые Законы Хаммурапи – царя Вавилона. Остров пересекали коммерческие маршруты в Персию и Месопотамию – поэтому греческие купцы и моряки, обосновавшиеся тут в эпоху Александра Македонского, основали на Файлаке торговую колонию. Греки назвали остров «Икарос» (греч. Ткарод), ибо невыносимая аравийская жара напоминала им о мифическом герое Икаре, который погиб, приблизившись к палящему солнцу.

Предки современных кувейтцев пришли из Неджда – Центральной Аравии. В Неджде обитали бедуины – арабские кочевые племена, не знавшие земледелия и ремесел. Они разводили скот и грабили караваны, груженные специями и китайским шелком. Будучи окраиной Неджда, Кувейт занимал стратегически важное положение на торговом пути, который связывал Центральную Аравию с Месопотамией и Персией.

Кочевое скотоводство было для бедуинов не добровольным выбором, но стратегией выживания. Суровый климат не позволял развивать сельское хозяйство. Верблюды и овцы за несколько недель опустошали скудное пастбище, вынуждая хозяев искать новое. Сама природа заставляла арабов держаться вместе. Семьи объединялись в кланы, кланы – в племена, а племена – в племенные союзы. Как правило, кланы и племена назывались в честь общего предка; например, племя Бану Халид происходило от некого Халида.

Согласно арабской традиции, Аравийский