Евгений Штейнберг - Индийский мечтатель

— О нет! — успокоила ее старуха. — Если бы он узнал, то несдобровать ни тебе, ни мне. Просто он ревнует тебя к Суон-сахибу и не хочет, чтобы ты посещала его театр.

— Что же делать? — плакала девушка. — Неужели все пропало?

— Успокойся, дочка, ничего не пропало! Завтра отправлюсь к твоему брату и посоветуюсь с ним.

— Да, да, непременно пойди! — с волнением говорила Кавери. — Вот тебе за твои заботы!..

Девушка вынула из шкатулки две золотые монеты и протянула их старухе. Та с жадностью спрятала монеты за пазуху.

На другой день дайя прибежала в спальню Кавери с плачем и причитаниями. Она побывала в бунгало Суон-сахиба, но не нашла ни Сону, ни самого хозяина. От слуги Чанда она узнала, что английский сержант в сопровождении трех сипаев с ружьями увел обоих.

Известие об аресте Лебедева словно громом поразило Голукнат Даса и Рам Мохан Роя. Оба находились в совершенном недоумении: в чем могут обвинить этого человека? Зная его безупречную честность, они не допускали и мысли о каком-либо преступлении. Повидимому, произошло ужасное недоразумение. Должно быть, кто-нибудь оклеветал его. Последнее предположение казалось тем более вероятным, что Чанд доверчиво рассказал Голукнату уже, казалось, давно забытую историю своей роковой встречи с владельцем Вокс-холла.

Да, похоже на то, что этот арест — дело рук Джекобса. Повидимому, он встревожен успехом лебедевского театра и старается избавиться от конкурента… Так решил Голукнат Дас. Но Суон-сахиб ни в чем не виновен, рано или поздно все разъяснится.

Голукнат должен сделать все, чтобы помочь другу.

Происшествие это обеспокоило и братьев Голукната. Лебедева они лично не знали и симпатий к нему не питали, но, к сожалению, его дружба с Голукнатом была известна всем, а главное, капитану Ллойду! Тогда удалось уладить дело за пятьсот рупий — теперь оно может грозить полным разорением.

Финансовые дела братьев Дас изрядно пошатнулись.

Огромную сумму налога пришлось внести в казну. Имение приносит одни убытки. А теперь еще предстоит выплатить Голукнату стоимость его доли! Он согласился немного подождать, но и новый срок уже на исходе… Ох, этот Голукнат, от него одни только неприятности!..

И вдруг Рагхуната осенила блестящая мысль…

Час спустя он сидел в кабинете капитана Ллойда.

— Узнав о том, что русский музыкант заключен в тюрьму, — говорил он Ллойду, — я счел своим долгом принести извинение в том, что наша усадьба служила приютом этому преступнику. Ни я, ни Руплал Дас в этом невиновны, однако третий наш брат…

— Не беспокойтесь, бабу, — милостиво прервал его капитан, — вам ничто не угрожает!

— Благодарю, сахиб!.. Однако третий наш брат, Голукнат Дас, действительно виновен в том, что укрывал этого человека, а быть может, и помогал ему также другими способами. Ему-то бунт райотов не принес ущерба: ведь он продал нам свою часть имения. Не кажется вам это странным?

Ллойд с недоумением посмотрел на собеседника:

— Зачем вы мне это говорите? Ведь я обещал, что никто из братьев Дас не пострадает. Обещание свое я сдержу!

— Нет пределов нашей благодарности, сахиб… Но, будучи преданными слугами британского раджа, мы глубоко огорчены поведением одного из членов нашей семьи. Ни я, ни младший брат и компаньон мой — Руплал не имеем намерения брать его под защиту. Пусть свершится правосудие!

Ллойд продолжал пристально смотреть на Рагхуната, стараясь разгадать, что кроется за этими лицемерными тирадами.

— Пусть благородный сахиб великодушно извинит меня за то, что я не уплатил мой долг сполна, — продолжал Рагхунат. — Вот причитающийся с меня остаток…

— Можете быть спокойны, бабу…

Голукнат Дас был вызван в полицию. Он отправился туда совершенно спокойно, скорее с радостью: представлялся удобный случай похлопотать за друга. Жаль только, что в этот день он чувствовал себя совсем худо. Было трудно дышать… и эта мучительная боль в груди!

К его великому удивлению, вместо того чтобы спрашивать о Лебедеве, ему самому были предъявлены обвинения: сообщничество с заговорщиками, подстрекательство райотов к бунту. Голукнат не верил ушам своим.

— Обвинения эти ложны от начала до конца, — сказал он, с трудом произнося слова; от волнения дышать становилось еще труднее. — Всем известно, что я никогда не занимался политическими делами… Да и как мог я подстрекать к бунту крестьян, если земли, которые они арендуют, принадлежат моей семье!

— Однако незадолго до известных событий вы почему-то отказались от принадлежавшей вам части этих земель и продали ее братьям, — язвительно заметил капитан. — Уж не потому ли, что заранее предвидели бунт и не хотели терпеть убытки?

— Как вам не стыдно предполагать такое… такую подлость! — воскликнул Голукнат задыхаясь.

— Осторожно, бабу! — заорал англичанин. — Много себе позволяете!.. Здесь вы не брахман и не пандит, а такой же подданный, как другие туземцы. И если я приду к убеждению, что вы виновны, то немедленно посажу вас под замок!

Голукнат дышал прерывисто и трудно, как рыба, вынутая из воды. Только бы прекратилась эта боль! Хоть на время… на несколько минут!..

Боль действительно чуть стихла, и старик сказал тихо:

— Я думал, что времена Уоррена Хастингса миновали. Оказывается, это не так!

— Не болтайте вздор! — грубо оборвал его Ллойд. — Известно ли вам, что после долгого разбирательства процесс мистера Хастингса окончился его полным оправданием? Уоррен Хастингс — один из выдающихся деятелей нашей истории, и нечего каждому грязному индусу порочить его славное имя!

— Можете делать со мной все, что вам угодно!.. — сказал Голукнат с достоинством. — Повторяю: обвинение ваше ложно. Что касается мистера Лебедева, то считаю его честнейшим человеком и очень горжусь дружбой с ним.

— О да, — сказал Ллойд язвительно, — дружба у вас действительно очень тесная! Говорят, вы даже согласились уступить ему жену?

Голукнат Дас медленно поднялся с места. Он стоял выпрямившись, величественный и страшный в своем справедливом гневе. Капитан Ллойд понял, что хватил через край.

— Не обижайтесь! — пробормотал он. — Это просто шутка.

Голукнат поднял руку, как бы занеся ее над ничтожным человеком, и вдруг пошатнулся. Он схватился за спинку кресла, ища опоры, и вместе с ним рухнул на пол.

Рагхунат и Руплал, сопровождаемые многочисленной свитой, отправились в полицию за телом умершего брата.

Капитан Ллойд встретил их смущенно, бормоча извинения и оправдания…