Загадки священного Грааля - Николай Павлович Дашкевич

крылатая слава не занесла и где не сделала известным имени бритта Артура? Кто, спрошу, не толкует о нем, когда он, как говорят сами паломники, возвращающиеся с Востока, почти известнее азиатским народам, чем бриттам? Об Артуре говорят жители Востока, как и жители Запада, хотя их разделяет пространство всей земли. О нем говорит Египет, не молчит уединенный Босфор. Деяния его воспевает владыка государств Рим, да и сопернику некогда Рима Карфагену известны Брони Артура. Деяния Артура прославляют Антиохия, Армения, Палестина»[31]. В свое время это влияние бретонских романов на общество было не без пользы для последнего – в западноевропейской словесности они имели еще большее значение, совершив громадный переворот в ней. Известно, как мало было светских элементов в литературе до XII столетия. Рыцарские романы порешили навсегда господство церковного элемента в общественной литературе. Они положили начало эпическому изображению современного человека, хотя все еще ставили его в далеком прошедшем. В них мы усматриваем одно из первых проявлений ключа живой новоевропейской литературы, а не поддельной и искусственно возращенной; правда, и в этих романах немало чужого и наносного, но при всем том они были полны жизни. Это первые литературные произведения нового времени, в которых широко пробилась обыденная жизнь. С появлением романов бретонского цикла в новоевропейской литературе упрочилось существование этого рода литературных произведений, играющего в настоящее время – и совершенно справедливо[32] – такую видную роль. Уже Данлоп указал на ту заслугу романов Круглого Стола, что они «вдохнули вкус к чтению». Сильно заинтересовавши общество, они сообщили литературе огромную распространенность, раздвинули круг значения ее в обществе и привлекли к ней множество деятелей. Они породили целую литературу, до сих пор еще не поместившуюся в печати, что и немудрено. Наконец, в бретонских романах в первый раз получили значение в крупных размерах чисто литературные элементы: свобода фантазии, красота отдельных эпизодов, а также «описание любовных томлений и ласк», «тонкий анализ чувства» и «красноречие, многословное, расплывчатое и изысканное, но проникающее страстью, отличавшей труверов бретонского цикла». В этом их «достоинство, совершенно отличное от достоинства Chansons de Geste и заставившее поблекнуть славу феодального и каролингского цикла»[33]. В местностях с кельтским населением романы Круглого Стола проникли в народ в первоначальном и чистом виде и вызвали целый ряд сказаний, не народное происхождение которых доказано только в последнее время[34]. Артур доселе еще живет в народной памяти, равно и Мерлин[35]. Последний, скажем словами одного издателя, пользуется в народе, в особенности в деревнях, почти европейской известностью. Скорее забудется история – ясная и точная – человека, память о котором не носит на себе ничего чудесного; но как забыть эту фигуру, которая, как бы она неопределенна ни была, беспрестанно носится во время вечерних сумерек, когда перед глазами запоздавшего крестьянина рисуется на туманном горизонте черный абрис одного из этих странных друидских памятников, которых отдаленное происхождение оставляет для догадок вполне свободное поле?[36] Несколько позднее бретонские романы повлияли на испанскую литературу, но зато нашли там крайне восприимчивую почву[37]. В Англии обработка сюжетов, данных в этих романах, не прерывалась все время начиная со Средних веков, и Артура избирали нередко героем драматических и эпических произведений. В других странах занимающие нас памятники также не скоро сошли со сцены. Романы Круглого Стола и их сюжеты даже в последнее время предлагаются читающему обществу в поэтических переработках, не только в оригиналах и переводах. Равным образом позднейшие произведения этой литературы держались почти до последнего времени и в среде низших классов, причем романы испытали общую судьбу всех великих и передовых в свой век произведений.

Из всего сказанного достаточно, надеемся, ясна важность бретонских романов в истории литературы, а вместе с тем и весь интерес вопроса об источниках их.

Решение этого вопроса имеет значение не только по отношению к специальным памятникам, но может быть не без пользы и для уяснения приемов средневекового поэтического творчества и характера средневековой литературы вообще. Известно, что наряду с двумя другими огромными кругами средневековых эпопей романы Круглого Стола составляли целый отдельный цикл.

Мы уже говорили о бретонских романах как о самых ранних памятниках рыцарства. Вместе с вопросом об истории основных их сказаний поднимается нераздельно вопрос о начале идеала, господствовавшего несколько столетий в высших классах западноевропейского общества. Выработка более общих идеалов относится к позднейшему времени.

Видение Святого Грааля королю Артуру и рыцарям Круглого Стола (из французской рукописи XV в.)

Как сказано прежде, видная доля участия в создании главных мотивов бретонских романов отводилась и теперь еще отводится некоторыми учеными кельтскому племени, занимавшему некогда немалую часть Европейского материка. Этим способом кельтофилы хотят как бы вознаградить покровительствуемую ими народность за то невнимание, какое она встречает в политической истории. Оказывается таким образом, что в том или ином приговоре по вопросу об источниках бретонских романов заинтересована до известной степени честь целого кельтского племени.

Наконец, этот вопрос не без значения и для древнейшей истории Британии. С отрицанием национального происхождения и содержания разбираемых легенд, с предположением, наоборот, проникновения их сюжетов в народ уже впоследствии придется сказать, что старые предания бриттов не дошли до нас вовсе.

Итак, в романах Круглого Стола науке дан весьма интересный сфинкс.

В настоящее время, когда сказания, легшие в основу бретонских романов, вызвали опыты объяснения с самых различных точек зрения, нередко решительно противоположных одна другой и не приведенных к соглашению, и когда являются попытки совершенно отринуть преобладавшие до сих пор взгляды, небесполезно, по нашему мнению, для успешного движения к последующему окинуть одним критическим взором добытые до сих пор результаты.

Задача настоящего труда в том и состоит, чтобы критически рассмотреть существующие в современной науке и имеющие ход в ней теории касательно основы романов Круглого Стола и тем содействовать постановке или, по крайней мере, движению этого вопроса на правильную дорогу; вместе с тем мы осмелились представить в настоящем исследовании и со своей стороны несколько соображений, могущих, по нашему мнению, способствовать решению вопроса.

Сообразно с целью нашей работы мы будем касаться лишь новейших гипотез, начиная с кельтской, и притом важнейших, т. е. более или менее оригинальных и обставленных научно; представляющих переделку и повторение мнений, высказанных другими, мы не