Опер Екатерины Великой. «Дело государственной важности» - Корчевский Юрий Григорьевич

– Капитан, мне необходимо составить опись найдённых ценностей.

– Пойдёмте ко мне в каюту, там вам будет удобнее.

– Момент! – Андрей завязал узел с монетами и отдельно – с драгоценностями. Для очистки совести он заглянул в рундук ещё раз, тот был пуст.

Выйдя в коридор, капитан распорядился:

– Боцман, мерзавца – под замок.

– Это как? – растерялся тот.

– Сунь его в каюту, только не развязывай. У двери поставь матроса для охраны, чтобы не сбежал, – посоветовал Андрей.

– Дык, куда ему бежать-то? Вода вокруг.

– Делай, что велено! – тоном, не терпящим возражений, бросил капитан.

– Слушаюсь.

Боцман как пушинку поднял Петра и швырнул его в каюту. Раздался глухой удар. «Как бы боцман башкой Петра ненароком обшивку корабля не проломил», – усмехнулся Андрей.

В каюте капитана разложили на столе ценности. Андрей брал в руки серебряное или золотое изделие, разглядывал его, диктуя капитану, а тот записывал:

– …серьги золотые в виде ладьи с распущенным парусом.

– Записал, – отзывался капитан.

– Серьги золотые в виде бабочки… – продолжал Андрей.

Когда опись была составлена, Андрей и капитан скрепили её подписями.

– Ну, осталось последнее – чтобы потерпевшая опознала свои ценности, – сказал Андрей.

– Где же её взять, потерпевшую? – усмехнулся капитан.

– Минутку терпения.

Андрей пошёл за Елизаветой. Та его встретила негодующе.

– Где вы ходите? Я чуть было не уписалась.

– Ну так иди, вон – по коридору, только недолго.

Андрей ещё договорить не успел, как Лиза убежала. Вернулась довольная.

– Пошли.

Андрей повёл её за руку в каюту капитана, усадил на стул. Ценности были увязаны в узелок, и Лиза их пока не видела.

– Капитан, возьмите, пожалуйста, список в руки. Лиза, перечисли всё, что у тебя украл Пётр Иваницкий.

Лиза без запинки перечислила все украденные ценности – кому, как не хозяйке, знать свои украшения?

– Ну, капитан, сходится?

– Абсолютно всё.

– Вот и сама потерпевшая перед вами. Её обокрал всё тот же Пётр – он же Иона, укравший судовую кассу «Ерша».

– И тут он? – ахнула девушка.

– Да, представьте себе. Каторга по нему плачет.

– Так я не ошиблась, это был Пётр?

– Он самый, только представился Ионой Селезнёвым.

Лиза вскочила.

– Где он, этот подлец? Я хочу его видеть!

– Он под арестом, заперт. А зачем он тебе?

– Хотела пощёчину дать.

– Это уж потом. Спасибо, капитан. Деньги, ценности, список обнаруженного при обыске и протокол я заберу с собой. По приходе судна в Санкт-Петербург негодяй пойдёт под суд.

– Каков мерзавец! – воскликнул капитан. – Спасибо, Андрей. Я вижу – вы мастер своего дела.

Андрей кивнул, взял ценности, деньги, бумаги и вышел из каюты. Сияющая Лиза последовала за ним.

– Ура! – едва войдя в комнату, она бросилась Андрею на шею. – Все украшения снова у меня. Можно, я их надену?

– Пока нельзя, я должен их вернуть по описи твоему папеньке.

– У, противный! Без них я как нищая.

– Коли разрешит папенька, наденешь. Так что смирись, потерпи немного. Скоро уже будешь дома.

– Ну хоть на палубу можно выйти?

– Можно, иди, но только постарайся не попасть ещё в какую-нибудь передрягу. Неприятности к тебе так и липнут.

До Петербурга дальнейшее плавание проходило благополучно. В полдень корабль входил в Неву, ошвартовался у причала на стрелке Васильевского острова.

На корабль взошёл таможенник и служитель порта. Таможенника команда и пассажиры не интересовали – только груз. А вот служитель порта прицепился к Андрею. Собственно, даже не к нему, поскольку документы у розыскника были в порядке, а к Елизавете и Петру, которым он не дозволял спуститься на берег.

Андрей спорить не стал, сбежал по трапу, прыгнул в первую же с краю пролётку из множества стоявших в ожидании пассажиров.

– Гони к юстиц-коллегии!

Лязгин, на счастье, оказался на месте.

Едва поздоровавшись, Андрей выпалил:

– Привёз на судне сбежавшую девицу – дочь купца, и полюбовника её. В Любеке он украл у неё ценности и судовую кассу со своего судна прихватил и сбежал, бросив Лизу. Только вот служитель порта не дозволяет им сойти на берег – оба без документов. Выручай, Иван Трофимович!

Лязгин без лишних слов надел шляпу.

– Идём.

Ехали на пролётке юстиц-коллегии.

Прибыв в порт, Лязгин быстрым шагом взошёл на судно.

– Где он?

– Был в каюте капитана.

Служитель порта и в самом деле всё ещё находился там.

– Начальник розыскной экспедиции юстиц-коллегии, надворный советник Лязгин, – представился официально Иван Трофимович.

– Служитель порта Аксаков, – вскочил в испуге служитель.

Вид Лязгина не предвещал ничего хорошего. Классный чин Ивана Трофимовича соответствовал армейскому подполковнику – званию высокому.

Лязгин начал сурово.

– Ты чего же, любезный, препятствуешь несению службы моими подчинёнными?

– Никак нет, ваше высокоблагородие!

– Жалуется вот сотрудник мой, говорит – с великим трудом разыскал и доставил в город опасных преступников, а ты их с корабля не отпускаешь.

– Так документов нету, – выдохнул Аксаков.

– И что теперь – обратно в Любек их отправить или прямо на судне повесить?

Служитель порта побагровел.

– Не могу знать!

– И кто только тебя такого сюда поставил?

– Начальство моё!

– Веди к нему.

Служитель засеменил в управление порта, периодически снимая фуражку и вытирая рукавом лоб.

– Туточки, – остановился он перед дверью начальника.

Лязгин вошёл один, дав Андрею знак подождать в коридоре.

Путилов и Аксаков терпеливо ждали, однако минуло полчаса, а их так никто и не вызвал.

Андрей прислушался. Из-за двери доносились едва слышимые звуки разговора. «Что-то они долго», – забеспокоился розыскник.

– Может, заглянуть? – спросил Андрей у также теряющего терпение служителя.

– Вы что? Начальник у нас крут! Я лучше подожду.

– А я всё же загляну! – решил Андрей.

Постучав в дверь и не получив ответа, он приоткрыл её. Взгляду его открылась странная картина. В расстёгнутых сюртуках сидели друг против друга Лязгин и начальник управления порта. Но даже не это поразило Андрея. Они пили вино! Такого Андрей сроду за своим начальником не наблюдал. Одна бутылка вина была уже пуста, в другой оставалась едва половина.

Завидев Андрея, начальник управления порта досадливо махнул рукой – закрой, мол, дверь, с той стороны. Но Лязгин остановил его:

– Это м-мой человек. Так м-можно ему людей с судна забрать?

– Хоть вм-месте со всем экипажем в придачу! – пьяно хохотнул начальник. – Эй, Аксаков, з-зайди!

Служитель зашёл, вытянулся в струнку и вытаращил глаза, стараясь не пропустить ни одного начальственного слова.

– Пропусти!

– Обоих?

– Ты что, не понял? – стал багроветь начальник.

– Слушаюсь, ваше высокоблагородие! – и, пятясь, служитель выскочил за дверь.

Андрей с удивлением наблюдал за происходящим в кабинете. Он вопросительно посмотрел на Лязгина.

– Понимаешь, Андрей, радость такая у нас. Сослуживца встретил. Вместе ещё в Семёновском полку лямку тянули, – извиняющимся тоном сказал Лязгин. – Ты меня не жди, забирай людей и пролётку. Только пролётку потом сюда вернёшь. – Лязгин пьяно погрозил пальцем.

Смущённый Андрей вышел, прикрыл дверь и перевёл дух. Таким Лязгина он ещё не видел – Иван Трофимович на службе не употреблял. Да и про службу своего начальника в Семёновском полку Андрей слышал впервые. Плохо он, видно, знал своего начальника. Лязгин неожиданно открылся ему с неведомой стороны.

– Чего там? – шёпотом спросил Аксаков.

– Пьют, – тоже шёпотом ответил Андрей.

– Пойдём отсюда, – служитель дёрнул Андрея за рукав.

Они вернулись на корабль. Грузчики уже вовсю разгружали трюмы.

Служитель передал разрешение начальника порта капитану.

Андрей вывел Петра со связанными руками в коридор – под охрану матроса – и забежал в каюту.