Ольга Крючкова - Небесный Сион

– Так почему же Прецептор так благоволит к моему сыну?

Франциск тяжело вздохнул, понимая, если он хочет вернуть семью, ему придётся многое рассказать.

– Бернар не обычный ребёнок… Прецептор считает, что он ниспослан нам Всевышним.

Граф сглотнул от волнения, во рту пересохло. «Откуда они узнали?..» – вихрем пронеслось у него в голове.

– Почему вы так решили?.. – спросил он.

– Луи де Ла Мон приказал начать подготовку мальчиков. Они выполняли различные физические упражнения, затем преодолевали препятствия, Бернар поранил руку…

– И что?!

– Вскоре рана затянулась, а ещё через какое-то время и вовсе исчезла, – признался тамплиер.

Невольно граф задумался: «Ничего подобного я не замечал… Может быть, Исидора? – она всегда была подле него… Наверняка бы она рассказала мне о столь необычной способности мальчика…»

– И что из этого следует?.. – с напускным безразличием спросил граф.

– Только то, что Прецептор благоволит к мальчику. Не удивлюсь, если он выберет его своим приемником, когда придёт время.

– Значит, вы готовы пожертвовать жизнью своих близких? – уточнил граф.

– Нет, не готов, – признался Франциск. – Но и помочь я вам не смогу…

– Тогда просто устройте нам встречу с Прецептором. – Предложил Эль-Кеф и покрутил золотой перстень, с явным намерением привлечь к нему взор тамплиера. И он не ошибся в своих расчётах. – Я вижу, вам нравится мой перстень… – медленно нараспев произнёс Эль-Кеф.

– Он похож на перстень царицы Савской или перстень её сына Менелиха… – заметил Франциск.

Эль-Кеф пришёл в неподдельное изумление.

– А разве было два перстня? Мне казалось, что согласно легенде царь Соломон подарил его своей возлюбленной Балкис, иначе говоря, – царице Савской.

– Да, – подтвердил Франциск. – Но затем, много лет спустя, она приказала изготовить точно такой же.

Эль-Кеф усмехнулся.

– И каким же, по-вашему, обладаю я? Перстнем Балкис или перстнем Менелиха?

Франциск пожал плечами.

– Они похожи, как две капли воды…

Эль-Кеф кивнул.

– Прекрасно… – Сказал он и добавил, обращаясь к графу: – Не сомневаюсь, что это перстень приведёт нас к Прецептору.

Древний старец, со сморщенным от времени лицом, белыми, как лунь длинными волосами, выцветшими голубыми глазами, казавшимися прозрачными, словно хрупкое римское стекло, восседал на деревянном кресле с высокой резной спинкой, украшенной стилизованным узором, гирлянды цветов изящно переплетали равноконечные кресты тамплиеров. Старец сцепил между собой длинные аристократические иссохшие пальцы и опустил их на колени. На указательном пальце его правой руки поблескивал перстень с изображением звезды Давида, точно такой же, как и у Эль-Кефа.

Подле него в зале, высеченном в горной породе, на простых стульях сидели четыре пожилых рыцари, в том числе и Луи де Ла Мон.

Франциск приблизился к старцу и опустился на одно колено. Тот смерил его цепким взором и произнёс:

– Можешь подняться, Франциск. Надеюсь, дело, по которому ты побеспокоил меня и почтенный капитул, действительно, того стоит…

Молодой тамплиер поднялся с колен, и немного поразмыслив, произнёс:

– Да, Прецептор. В Роху-Лалибелле появились двое французов, а точнее – провансальцев. С ними – египтянин… На руке этого египтянина я видел точно такой перстень, – Франциск глазами указал на сцепленные пальцы Прецептора.

В глазах почтенного старца блеснул интерес.

– Перстень? Возможно, это подделка… – высказал он предположение.

– Не исключено. Но в таком случае слишком искусная, – настаивал Франциск.

Прецептор устремил пронзительный взор на тамплиера.

– Почему ты так уверен? Ты что контактировал с этими людьми? – без обиняков спросил он. Франциск потупил взор. – Я требую ответа. Сейчас же!

По интонациям, проскользнувшим в словах Прецептора, Франциску было не трудно догадаться, что он начинает гневаться.

– Ты нарушил устав Приората?! – продолжал вопрошать Прецептор.

Молодому тамплиеру ничего не оставалось, как признаться.

– Да, Прецептор, я нарушил устав. Но прежде, чем покарать меня я прошу о милости: выслушайте меня.

Прецептор посовещался с почтенными рыцарями, сидевшими рядом с ним.

– Прецептор дозволяет тебе говорить, – сказал де Ла Мон. – Но помни, ты должен говорить только правду.

Франциск кивнул и, немного помедлив, рассказал всё, как было. О том, что иезуиты похитили его женщину и сына и просили устроить встречу с Прецептором, обещая в таком случае сохранить им жизнь.

Во время рассказа Франциска на лице Прецептора не дрогнул ни один мускул. Ничем старец не выказал своего смятения.

– Да, так могут действовать только иезуиты… – после некоторого молчания произнёс Прецептор. – Но ты не сказал: какую именно цель он преследуют? Неужели похищение организовано только ради встречи со мной?

– Точно не знаю, Прецептор. Возможно, иезуитам нужен Бертран. Один из них утверждает, что приходится мальчику отцом.

Прецептор и рыцари не ожидали такого поворота дела. Глава прецептории выказал неподдельное волнение.

– Только иезуитов нам здесь не хватало! Уж я знаю, они умеют добиваться своего любым способом! Неужели Папа Николай V желает заполучить Ковчег выставить его в Риме для всеобщего поклонения? Он не понимает, какую разрушительную силу хранит в себе Ковчег. Если иезуиты решатся завладеть им, пусть штурмом возьмут храм Святого Георгия!

– Мы можем покинуть храм по тайному тоннелю… – напомнил де Ла Мон.

Прецептор повернул голову в сторону говорившего.

– Если ситуация осложниться, то так и поступим. Но прежде… – он замолк, не закончив фразу, и задумался. – Начинать всё сызнова тяжело… Приорат сейчас не в том положении, что несколько веков назад. Если сюда поникли иезуиты, то жди беды. Я встречусь с ними. Можешь передать Франциск, что они могут войти в храм, не опасаясь, что их сразят кинжалом в спину.

Франциск почтительно поклонился капитулу и покинул зал.

Не успел он удалиться, как де Ла Мон обратился к Прецептору:

– Почему бы не убить их?

Рыцари поддержали де Ла Мона.

– Нет. Мы не можем этого сделать. Если мы убьём их, придут другие. Надо действовать по-другому. Если этот иезуит и, правда, – отец Бернара, то…

– Вы хотите убедить иезуита принять нашу сторону… – догадался де Ла Мон.

– Возможно… Но есть ещё один иезуит… – задумчиво произнёс он.

– Осмелюсь напомнить, – и египтянин. Тот, который владеет перстнем, – вставил де Ла Мон.

– Да, да… – кивнул Прецептор. – Надо всё хорошенько обдумать… А, что если это тот самый перстень, который Приорат не может заполучить вот уже сотни лет?