Игорь Тихоненко - Рюрик

— Тятя, меня что убили? Не плачь, мне совсем не больно, только холодно.

Взор девушки замер. Крепосил прокусил себе губу до крови и зарычал, как раненный медведь. Затем он вскочил, желая поквитаться с убийцей дочери. Но варягов уже и след простыл.

— Что же это твориться, люди добрые? — возмутился один из горожан, стоявший возле кожемяки. — Варяги уже совсем распоясались. Они уже наших дочерей посреди бела дня убивают. Надо призвать их к ответу.

— Надо собирать Вече, — предложил старик из толпы. — Пусть их князь покарает убийцу. Все на площадь. Ударим в набат.

Люди одобрительно загудели и двинулись в центр города. По дороге число их увеличивалось, к ним присоединялись другие жители Белозера. Через некоторое время послышался тревожный голос набата. На главной площади собирали Вече.

Принц Синав находился в доме у местного князя Волича, когда раздался звон набата.

— Что это? — поинтересовался Синав, обращаясь к Воличу.

— Кто-то решил собрать Вече, — пояснил князь. — Наверное, что-то случилось.

Принц с князем вышли во двор. К ним навстречу поспешным шагом направлялся Новгородский воевода Караган. Он прибыл в Белозеро с небольшой дружиной новгородских воинов вместе с войском Синава.

— Беда, принц, — ещё на ходу сообщил Караган. — Один из твоих воинов убил девушку дочь какого-то мастерового. Народ требует справедливого суда над убийцей. Слышишь, уже собрали Вече.

— А за что он её убил? — спросил Синав.

— Точно не знаю, — неуверенно произнёс Караган. — Говорят, ни за что. Случайно всё произошло. Ну, сейчас начнётся. Горожане уже давно были недовольны выходками твоих воинов. А уж теперь они точно взбунтуются. Я не один раз предупреждал тебя, принц, чтобы ты окоротил своих ребят, а то беда будет. Вот и дождались несчастья.

— Ты думаешь, воевода, я испугаюсь каких-то там буйных горожан? — спросил Синав. — Тоже мне, нашёл, чем пугать. Да у меня две тысячи воинов. Если потребуется, то я силой позагоняю их в дома. Будут сидеть в своих норах, как крысы и не пикнут. Эй, стольник Сван, бери две сотни воинов и следуй за мной на площадь. Сейчас посмотрим, что это у вас за Вече такое. Слишком много вы воли даёте своим людям, вот поэтому и нет порядка у вас в стране.

Отряд вооружённых до зубов варягов двинулся на площадь. Там уже собралось множество народа. Даже примыкающие к центру улицы были заполнены людьми. Варяги с помощью копий и мечей проложили себе путь к возвышенности, где находился набат. После этого воины оцепили центр площади. В середине живой изгороди, поднявшись на холм, расположились принц Синав, князь Волич, воеводы Дюжич, Караган и стольник Сван.

Из толпы вышел кожемяка Крепосил и сурово произнёс:

— Князь Синав, один из твоих воинов убил мою дочь Зоряну. Я требую его смерти.

Люди на площади дружно одобрительно зашумели. Принц Синав поднял вверх правую руку, дождался, пока стихнет гул, и тогда сказал:

— Мне стало известно, что это была случайность. Девушка сама виновата, что так случилось.

— Как это сама виновата? — поразился Крепосил. — Ты, князь, говори, да не заговаривайся. Твой воин хотел обесчестить мою дочь прямо на моих глазах. Я защитил её, а другой из твоих разбойников набросился на меня с мечом сзади. Дочь попыталась вмешаться, чтобы прекратить свару, а этот негодяй заколол её. И ты, князь, говоришь, что она сама виновата?

— Ты сам выбирай выражения, мастеровой, — пригрозил кожемяке князь Синав, — а то я могу тебя наказать за такие слова. У меня в войске разбойников нет. В моей дружине только храбрые и славные воины. Мы, между прочим, пришли в ваш город, чтобы вас защищать. А вы неблагодарные ещё и недовольны. Я повторяю, что произошёл несчастный случай, и погибла девушка. Я разберусь в этом деле, и виновный обязательно будет наказан. Я вам это твёрдо обещаю. По нашим законам с воина из княжеской дружины, который совершил убийство простолюдина положено взыскать штраф в пользу князя. Что я и сделаю сегодня же.

Люди на площади возмущённо зашумели. Послышались оскорбительные выкрики в сторону варягов.

— Нам не нравятся ваши законы, — возмутился Крепосил. — У нас другие законы. И штрафом твой воин не отделается. Пусть твоего воина судит наше Вече.

— Моего воина судить могу только я сам, — настаивал князь Синав. — И никто другой его судить не смеет. Хватит со мной пререкаться. Всё, собрание ваше, которое вы называете Вече, я закрываю. Все расходитесь по своим домам по-хорошему. А то я прикажу моим воинам разогнать вас силой.

Толпа тут же негодующе взревела, в сторону князя полетели камни и зазвучали угрозы. Синав подозвал к себе своего стольника Свана и повелел ему:

— Всё, прекращай этот балаган. Пусть наши ребята разгоняют горожан. Мне этот бедлам уже порядком надоел.

Сван сразу же скомандовал:

— Копья вперёд. Разогнать толпу.

Хорошо обученные варяжские воины стройной шеренгой двинулись на горожан. Люди начали нехотя отступать, чтобы не попасть под смертоносное оружие варягов. Воины ускорили шаг, и толпа, не выдержав жесткого натиска дружинников, беспорядочно побежала прочь с площади.

Князь Волич и воевода Дюжич, молча, наблюдали за столь вопиющим беззаконием, которое творил принц Синав. Такого самоуправства они от него не ожидали. В полной растерянности они не знали, что им и делать.

— Вот такие защитнички у нашего Белозера, — с горечью в голосе произнёс воевода Дюжич.

— Да, что и говорить, — поддержал его князь Волич. — Призвали варягов на свою голову. И что нам теперь с ними делать?

36. Княжеский сговор

Самая приятная погода бывает в середине августа. Когда осенние прохладные дожди ещё не пожаловали со своей тоскливой серостью, а невыносимая удушливая жара уже не печёт, а ласково согревает природу и людей. Вот таким сказочным днём двое всадников въезжали в главные ворота города Чуд. Городская стража, находившаяся здесь же, мало обращала внимания на прибывающих и покидающих Чуд людей. Дело было в том, что возле города расположился большой воинский лагерь. Да и в самом Чуде было столько войска, что местные жители и их правители вовсе перестали заботиться о своей безопасности. И в этом был свой резон, ведь какому сумасшедшему придёт в голову мысль, напасть на целую армию малой силой? А большое войско незаметно подойти к городу не могло в силу его природного расположения. Поэтому, стража и вела себя так беспечно. Всадники миновали главные ворота и двинулись по улице ведущей к центру города. Одеты они были как простолюдины. По виду их можно было принять за ремесленников или приказчиков. Единственное, что не вписывалось в общую картину, так это их славные кони. Это были холённые и породистые животные. Такие кони по тем временам стоили очень дорого. И совсем было не понятно, откуда у людей со средним достатком может быть такая роскошь. Ещё одна особенность бросалась в глаза, уверенное и умелое обращение с лошадьми. По их манере управляться с конями, всадников скорее можно было принять за воинов, чем за мастеровых или торговцев. Это были мужчины средних лет, с окладистыми бородами. Их одежда не отличалась изысканностью: кафтаны из грубой ткани, подвязанные кушаками, штаны из такой же материи, кирзовые сапоги и обычные матерчатые шапки. Всадники выехали на площадь и остановились. Один из них окликнул прохожего: