Игорь Тихоненко - Рюрик

— Вот уж никогда не подумала бы, — с улыбкой заметила Умила, — что вы, князь, такой женский угодник. Хоть я и понимаю, что такая неприкрытая лесть с вашей стороны вызвана какой-то необходимостью, но всё равно, спасибо за ваше внимание ко мне. Как поживает мой отец и мой брат? Здоровы ли они?

Печать грусти легла на лицо князя, и он с удивлением спросил:

— А разве Вам ничего не известно?

— Что именно мне неизвестно? — обеспокоилась Умила. — Что с моим отцом? Он здоров?

— Князь Гостомысл жив и здоров, хвала Перуну, — поспешил успокоить королёву Овдег. — А вот брата вашего больше нет. Его убил князь Вадим. Прескверная история.

— Как же это случилось? — поразилась Умила. — Это что-то невероятное. Я помню, что Волебог и Вадим дружили с самого детства. Они были, просто не разлей вода. Что же это такое творится в Новгороде?

— Это всё из-за жены Вадима, — пояснил со вздохом Овдег. Вадим из-за ревности убил Волебога. Волебог якобы хотел покуситься на честь жены Вадима.

— Волебог хотел покуситься на честь жены своего друга? — с недоверием переспросила Умила. — Этого не может быть. Тут что-то не так.

— Ну, как там у них всё это вышло, — проговорил Овдег, — мы знаем только со слов самого Вадима. Его за это преступление осудили на изгнание. А он теперь сговорился с королём Эриком, и хочет захватить Новгород и другие славянские города, чтобы самому править в наших землях.

— А как же мой отец? — спросила Умила. — Что с ним будет? Ведь сейчас в Новгороде он правит.

— Не знаю, — растерянно ответил Овдег. — Думаю, что князь Вадим его изгонит из Новгорода. И это в лучшем случае. Но мы решили противостоять Вадиму и королю Эрику. Только вот войск у нас маловато. Вот мы и приехали к королю Людбранду за помощью. Мы просим его, чтобы он двинул свою дружину на Белозеро, а мы бы защитили Новгород. По-другому у нас просто не хватит сил.

— И что вам ответил король Людбранд? — поинтересовалась Умила.

— Ваш муж король Людбранд сказал, что ему надо подумать, — ответил Овдег. — Он говорит, что король Эрик его дальний родственник, и поэтому дело это сложное.

— Ну, что же, — произнесла Умила, — узнаю своего мужа. Он, как всегда очень осторожен, когда дело касается его норманнских родственников.

— Королева Умила, я привёз Вам письмо от вашего отца, — сказал Овдег и протянул берестяной свиток, обмотанный синей лентой, которая была скреплена сургучной печатью.

Умила взглянула на отпечаток, выдавленный на сургуче. Оттиск был целый. Королева развернула манускрипт и принялась читать его. Князь Овдег терпеливо ждал, когда Умила закончит это занятие. Королева, дочитав до конца, положила свиток на стол и проговорила:

— Отец просит, чтобы я помогла вам, если в этом будет необходимость. Хорошо, я поговорю с королём Людбрандом. Постараюсь убедить его в том, что надо оказать вам помощь.

Князь склонил голову в знак благодарности, и вышел из комнаты.

— Да, это как раз тот случай, — подумала Умила, — когда интересы Новгородцев совпадают с моими собственными. Сегодня же поговорю с мужем. Сейчас нельзя терять времени. Уж очень подходящий случай для осуществления моей давней мечты.

Время уже было позднее, и королева встала и отправилась в спальню. Следуя по пустынным коридорам дворца, Умила всё время размышляла, с чего бы начать разговор с Людбрандом? Королева решила, что откладывать такой разговор незачем. Особенно её устраивало место, которое она определила для такой важной беседы. Умила была уверена, что именно в спальне, ей удастся уговорить короля оказать помощь славянам. По крайней мере, здесь у неё было преимущество перед Людбрандом. Ведь на супружеском ложе король переставал быть королём так, как выступал в роли просящего.

Умила переоделась в ночную сорочку, которая очень нравилась Людбранду, легла в постель и слегка прикрылась одеялом. Спать она не собиралась. Королева решила, во что бы то ни стало дождаться мужа.

Огонь в масляном светильнике стал мерцать, и Умила поднялась, чтобы поправить фитиль. В это время дверь отворилась, и в спальню вошёл Людбранд. Вид у короля был уставший. Он приблизился к Умиле сзади и обнял её за талию. Королева осторожно освободилась из его объятий и села на кровать. Сквозь тонкую ткань ночной рубашки просвечивались обольстительные части женского тела королевы. Умиле хоть и было уже больше сорока лет, но для Людбранда, она оставалась такой же желанной, как и в молодости, когда королева была совсем ещё молоденькой девушкой. Короля несколько удивил такой холодок в поведении жены, и он спросил её:

— Здорова ли ты, Умила?

— Да, я очень хорошо себя чувствую, — ответила королева, поправляя свои роскошные русые волосы рукой. — Но я бы чувствовала себя ещё лучше, если бы ты согласился исполнить одно моё желание.

— Какое желание? — удивился Людбранд. — Ты же знаешь, что я всегда исполняю твои просьбы. Говори.

— Я хочу, чтобы ты оказал помощь славянам, — твёрдым голосом произнесла королева.

— А, тебе уже стало известно, что прибыли послы из Новгорода, — догадался король. — И, как я понимаю, ты уже в курсе, зачем они прибыли. И ты посчитала, что спальня подходящее место для такого разговора? Умила, я очень устал. Давай, завтра поговорим.

— Ну, если ты так сильно устал, — зевая, произнесла королева, — то тогда ложимся спать.

— Ну, почему сразу спать, — забеспокоился король. — Я совсем не это имел в виду. Я просто считаю, что в спальне надо не государственные дела обсуждать, а совсем другим заниматься.

— Вот как, интересно, — с иронией проговорила Умила, — а когда мы с тобой детей наших делали в этой спальне, разве мы не государственными делами занимались. Рождение наследников такое же государственное дело, как и оказание военной помощи, другой стране. Какое между ними различие?

— Ладно, — сдался Людбранд, — говори, что ты хотела мне сказать. Я уже понял, что тебе всё известно об этом деле.

— Да, мне всё известно, — подтвердила Умила. — Я говорила с одним из славянских послов. И я не понимаю, почему ты тянешь время? Их просьба для нас очень выгодная. Разве можно упускать такой случай?

— А я и не собираюсь упускать случай, — возразил Людбранд. — Я хочу только подождать, чтобы славянские князья перебили друг друга. А потом я захвачу их города без особых усилий. Пусть себе берутся. А я подожду.

— Всё, что ты говоришь, — резонно заметила королева, — было бы правильно, если бы славянские князья дрались между собой, и больше бы ничего не происходило. Но с одним из них заключил договор о помощи король Эрик. И пока ты будешь ждать, он захватит Новгород и подчинит себе славянские города и земли. Король Эрик умный человек, и понимает, что распри славянских князей и ему на руку. Только он уже находится там, в гуще событий, а ты сидишь здесь в Упсале и ждёшь лучших времён. Поэтому у короля Эрика есть преимущество перед тобой. Ты можешь и не успеть захватить славянские города, если будешь просто выжидать, когда славянские князья перебьют друг друга.