Личная война Патрика Финнегана - Крис Райт

— Спасибо, босс, — с чувством сказал Джейк, снял курки со взвода и бережно поставил дробовик на подставку для оружия. — Не хотел бы я караулить Финнегана ночью. Нет, сэр, ни за что!

Он вышел наружу, а шериф, проводив его мрачным взглядом, достал из стола связку ключей и отпер дверь моей камеры. Я сел на койке и протянул к нему скованные руки, широко улыбаясь. На мгновение мне показалось, что сейчас он меня ударит, но он сдержался и склонился над моими запястьями, расстегивая наручники. Сунув их в карман, он буркнул что-то нечленораздельное и вышел из камеры.

— Прости, Браун, — окликнул я его задушевным тоном, — я не расслышал, что ты сказал?

Он сжал кулаки, глубоко втянул в себя воздух сквозь сжатые зубы, беззвучно пошевелил губами, потом проговорил громко, в голос:

— Ты свободен, Финнеган. Забирай свои вещи и… и… И уматывай отсюда.

— Ах, вот оно что. Спасибо, Браун. Ты очень любезен.

Я неторопливо поднялся на ноги, отряхнул брюки от прилипших соломинок, пригладил ладонью волосы, потом вышел из камеры, прикрыв за собой дверь. Браун следил за мной с нескрываемым отвращением, и вид его перекошенной физиономии переполнял мою душу блаженством. Я придвинул стул для посетителей ближе к его столу, уселся поудобней, подтянул к себе чересседельные сумки и принялся проверять содержимое. Делал я это так медленно, как только мог, наслаждаясь каждой секундой и втайне надеясь, что Брауна от злости хватит удар. Он действительно был близок к этому, когда я начал у него на глазах тщательно пересчитывать деньги. Это было в высшей степени несправедливо с моей стороны: Браун, при всех его многочисленных недостатках, скорей сдох бы, чем прикоснулся к чужому. Я чувствовал себя так, будто плюнул старому законнику в лицо. Мне было очень, очень хорошо.

Снаружи послышались торопливые шаги, распахнулась дверь, и в помещение влетел мальчишка лет четырнадцати, крепкий, загорелый, одетый по-взрослому — в длинных штанах, заправленных в сапоги, клетчатой рубашке с закатанными до локтя рукавами, расстегнутом жилете и сдвинутой на затылок шляпе.

— Па, это правда? — возбужденно выпалил он с порога. — Ты арестовал Финнегана? Ты снова арестовал Финнегана?

— Чистая правда, сынок, — благодушно отозвался я, подбирая со стола кобуру и застегивая ее на бедрах.

Следует отдать должное Брауну-младшему — реакция у него была что надо. Остолбенев лишь на пару секунд, он тут же пришел в себя и, ни мгновения не раздумывая, метнулся к подставке для ружей, на которой стоял дробовик Джейка.

— Лапы вверх, Финнеган! — срывающимся голосом выкрикнул он, взводя курки. — Па, забери у него револьвер!

— Удивительное семейное сходство, Браун, прими мои поздравления. — Я поднялся на ноги. — Особенно в манерах. Давай, мальчик, стреляй. Не дай бандиту сбежать. Стань героем. Ну же!

Мальчик смертельно побледнел и шагнул назад, поднимая ружье. Теперь его дуло смотрело мне точно в грудь. Я улыбнулся. Мной владела странная эйфория.

— Не вздумай выстрелить, Джо, — сквозь зубы бросил шериф. Он тоже был очень бледен. — Финнеган, чтоб ты сдох, какого черта ты подзуживаешь парня? Сядь на место, не дразни его. Джозеф Браун, немедленно положи оружие! Кто тебе разрешил брать его в руки?

Мальчик облизнул губы и перевел на отца отчаянный взгляд.

— Но па… Ведь Финнеган сбежит! Забери у него револьвер, па. Я держу его на мушке.

— Будет крайне забавно, Браун, если твой отпрыск уложит нас обоих, — заметил я. — «Держу на мушке», подумать только! Он вообще представляет себе, какой разброс дает дробовик с укороченным стволом?

— Чтоб ты сдох, Финнеган, — с чувством повторил Браун.

— Я как никогда близок к этому, старина. Хочешь, попробую забрать у него ружье?

— Не вздумай!

— Я думал, ты хочешь, чтобы я сдох?

— Но не в моем же участке! — заорал вконец выведенный из себя шериф. — И не от рук моего сына! Джо, ты положишь ружье на место или нет, чертов неслух!

Мальчик заколебался, и дробовик в его руках начал опускаться. Я сделал два быстрых шага вперед и ударил ладонью по стволу, чтобы выстрел ушел в пол, но выстрела не последовало. Руки мальчика разжались, я без труда выдернул из них ружье, снял со взвода и поставил обратно на стойку.

— Я думал, он все-таки нажмет на спуск, — с сожалением заметил я. — Но он оказался умнее.

— Ну и мразь же ты, Финнеган, — устало сказал шериф. — Забирай свои вещи и проваливай.

— Провалю, когда захочу. Мне нужно сказать тебе пару слов, Браун, лучше наедине, но, впрочем, как знаешь. Особой тайны в этом нет.

Шериф тяжело вздохнул.

— Джо, выйди отсюда. Не мешай мне работать.

— Но па… Ведь Финнеган…

— Я не имею права задерживать его. Он не в розыске. Он не сбегал из тюрьмы. Он свободный человек.

— Ты хочешь сказать, губернатор помиловал его?

— Хуже. Его дело пересмотрено, с него сняты все обвинения.

— Это не может быть правдой!

— Это правда. Я запросил телеграфом столицу штата и судебный округ, и мне подтвердили. И то, что он оправдан, и насчет его полномочий.

— Полномочий?

— Патрик Финнеган, особо уполномоченный помощник федерального маршала1, — осклабился я, демонстрируя значок, пристегнутый к изнанке жилета. — Ты держал на мушке федерального служащего, сынок. Если бы ты спустил курок, карьера твоего отца закончилась бы очень, очень бесславным и унизительным образом. А теперь будь так добр, закрой дверь с той стороны. Мне нужно потолковать кое о чем с твоим стариком.

1 Служба федеральных маршалов США — (англ. US Marshals Service) правоохранительное ведомство федерального уровня, отвечающее за имплементацию судебных решений и поиск беглых преступников; исторически также за поддержание правопорядка на территориях, не имеющих локальных правоохранительных органов.

Глава 2 (ч.1)

Когда дверь за Брауном-младшим закрылась, я снова опустился на стул, достал из сумки кисет с табаком и папиросную бумагу, протянул шерифу. Тот покачал головой, я хмыкнул, выдернул себе листок и принялся сворачивать самокрутку. Браун угрюмо следил за моими движениями.

— Не о чем нам с тобой разговаривать, Финнеган, — сумрачно проговорил он. — Не представляю, каким местом думал тот, кто вручил тебе эту бляху, но для Солти-Спрингса ни она, ни твое оправдание ничего не значат. Мы здесь слишком хорошо знаем тебе цену, Финнеган, — куда лучше, чем все эти столичные шишки. Собирай свои вещи и убирайся из города, убирайся как можно дальше. Никто из нас никогда не поверит, что Финнеган решил начать честную жизнь.

— Придется поверить, Браун, потому что выбора у вас нет. — Я зажег сигарету и с удовольствием затянулся. — Мне кажется, ты толком не понял, что произошло.