Личная война Патрика Финнегана - Крис Райт

Потом подбородком указал мне на дверь. Я вышел наружу.

В лицо мне приветливо уставилось дуло дробовика — его держал незнакомый мне тип лет сорока, долговязый, с нервной вытянутой физиономией. Он вопросительно глянул на шерифа, и тот кивнул.

— Все в порядке, Джейк. Я держу его на мушке. Приведи его лошадь, а я пока скажу Джереми, что Брэди можно выпускать.

Долговязый Джейк кивнул и, опасливо косясь на меня, исчез в конюшне вместе с ружьем. Повинуясь указаниям шерифа, я вошел в дом Майка через заднюю дверь и, пройдя через кухню и столовую, оказался в гостиной.

Они были там, все трое — Майк, Энни и маленький Томми. Дюжий детина ростом не меньше шести футов и пяти дюймов держал их на прицеле. Томми глядел на него с ненавистью, его глаза были сухи, но под ними виднелись предательские дорожки слез. Энни была очень бледна. Майк выглядел мрачнее тучи.

— Пат! — увидев меня в наручниках, он качнулся ко мне, но замер, когда дуло дробовика качнулось следом.

— Все в порядке, Джерри, Финнеган у нас в руках, мы можем уходить, — сказал Браун, и Джереми кивнул, с явным облегчением опуская дробовик. — Хотя у меня руки чешутся арестовать тебя за укрывательство бандита, Майкл Брэди! Но у меня у самого есть сын, и я не хочу, чтобы твой рос сиротой, пока папаша гниет в тюрьме. Считай, что легко отделался, Брэди. Если попробуешь снова взяться за старое…

Томми сверкнул глазами и подался вперед, сжимая кулаки, но Энни стиснула его плечо так, что костяшки ее пальцев побелели. Он зашипел от боли, но промолчал.

— Пат… — пробормотал Майк.

— Все в порядке, приятель, — извиняющимся тоном сказал я. — Я не должен был сюда приходить. Прости, что втянул тебя в неприятности. Миссис Брэди, у вас замечательный сынишка.

Энни не ответила. Я коснулся полей шляпы на прощание и вместе с шерифом вышел прочь.

Глава 1 (ч.2)

Мой чубарый уже стоял у дороги, заседланный и взнузданный. Я забрался на него, шериф намотал его поводья на рожок своего седла, и мы двинулись в путь. Оба помощника шерифа, здоровяк Джереми и долговязый Джейк, ехали позади нас, и я чувствовал, как они сверлят меня любопытными взглядами.

— Вероятно, никогда не видели таких важных господ, — пробормотал я себе под нос.

— Что? — подозрительно переспросил шериф. Он держал поводья своего гнедого в левой руке, не выпуская из правой взведенного кольта. Шериф Браун всегда был очень основательным малым.

— Ничего, Браун. Я сам с собой. Дурная привычка, которая развивается в одиночной камере. Надо отвыкать.

— Не спеши, Финнеган, она тебе еще пригодится. Ты всерьез думал, что сможешь улизнуть от правосудия? Здесь, в нашем округе, где тебя знает каждая собака?

— Как ты меня выследил, Браун?

— Тебя видели двое старателей, которые моют золото на Снейк-Крике. Оба тертые калачи и хорошо помнят твою физиономию по плакатам. Они послали мне весточку, что ты направляешься к Солти-Спрингсу, и я сразу понял, что тебя следует искать у твоего старого приятеля Брэди. Ты идиот, Финнеган, на что ты рассчитывал? Так хотелось поквитаться?

— И это тоже, — задумчиво заметил я. — Глазастые ребята, эти двое старателей. Как их зовут?

Шериф поднял брови и неодобрительно покачал головой.

— Ты здорово изменился, Финнеган, — сказал он после недолгого молчания. — Ты, конечно, понимаешь, что я не выдам тебе своих свидетелей. Но предположим, я бы это сделал. Ты бы отправился мстить и им тоже? Случайным людям, которые просто увидели беглого бандита и сделали то, что требует от них закон?

— Кто говорит о мести, Браун? — примирительным тоном отозвался я. — Я просто хотел бы на них взглянуть, вот и все. Не скрою, в Солти-Спрингсе есть с десяток человек, с которыми я не прочь был бы свести счеты. Но твоих знакомых со Снейк-Крика это не касается.

Шериф усмехнулся не без самодовольства.

— И я один из этого десятка, верно, Финнеган?

— В точку, Браун. Я бы сказал, ты на самом почетном месте. Первый в списке, дважды подчеркнут красными чернилами и обведен фигурной рамочкой.

Шериф довольно крякнул и расправил левой рукой усы, не выпуская поводьев.

Дальнейший путь прошел в молчании. Вскоре впереди показался Солти-Спрингс, и я привстал в стременах, разглядывая его. Сердце забилось чаще, и я изо всех сил стиснул рожок седла скованными руками. Я сказал шерифу правду, но только часть правды. Людей, с которыми я хотел бы поквитаться, здесь было больше, куда больше, чем десятеро.

Весь Солти-Спрингс, за вычетом детей и женщин.

Было еще очень рано — наверное, около семи часов утра, — и город казался безлюдным. Бродячие собаки дремали в теньке, растянувшись в пыли на обочине улицы. Какой-то пьянчуга, сидевший на деревянном тротуаре, без интереса следил за нашей процессией, потом его взгляд метнулся к моему лицу — да так и прикипел к нему. Он разинул рот, к нижней губе которого прилип окурок потухшей самокрутки, потом протер глаза, как будто не в силах был им поверить. Я приветливо улыбнулся и отсалютовал ему. Бродяга подобрал наконец нижнюю челюсть, сглотнул и, не вставая, на четвереньках бросился прочь.

Мы проехали мимо гостиницы с вывеской «Приют Финнегана», и шериф ухмыльнулся.

— Прости, приятель, но сегодня Финнегану придется найти приют в другом месте. Не переживай, я устрою тебя в самой лучшей камере, по высшему разряду. Нечасто в наших местах бывают такие уважаемые гости.

— Я тронут до слез твоей заботой, Браун, — в тон ему отозвался я. — А как насчет «Последнего глотка Финнегана»? Уж на него-то я имею право?

Шериф заколебался.

— Ну же, Браун, — сказал я. — У меня в горле пересохло. Может статься, это мой последний шанс выпить стаканчик бурбона. Давай, прояви человеколюбие. Что ты теряешь?

— Что ты задумал, Финнеган? — шериф впился в меня взглядом.

— Ничего, Браун, честное слово, — ухмыляясь, заверил его я. — Ты боишься? Я один, без оружия и в наручниках, вас трое, и вы вооружены до зубов — и все-таки ты меня боишься?

— Иди к дьяволу, Финнеган! — побагровев, рявкнул Браун. — Никто не боится тебя в этом городе, слышишь ты, никто!

— А зря, — пробормотал я себе под нос.

— Что?

— Ничего, Браун. Ничего. Ну ладно, раз уж ты дал обет трезвости, что поделать, обойдусь без бурбона. Хотя с твоей стороны это свинство — ты выдернул меня с фермы Брэди, не дав даже позавтракать. А Энни Брэди печет такие восхитительные пироги!

Еще немного поколебавшись, шериф кивнул и перекинул правую ногу через круп коня.

— Ладно, черт с тобой,