Полководцы Сталина - Виктор Стефанович Кожемяко

начальником штаба Северо-Западного фронта. С мая 1942 года заместитель начальника Генерального штаба, а в июле того же года назначен командующим войсками Воронежского фронта. Командовал также Юго-Западным (октябрь 1942 г. – март 1943 г.), повторно Воронежским (март – октябрь 1943 г.) и 1-м Украинским (с октября 1943 г.) фронтами. В феврале 1944-го был тяжело ранен, после чего 15 апреля того же года скончался.

Генерал армии с февраля 1943 года. В 1965 году посмертно присвоено звание Героя Советского Союза.

Беседую с руководителем Межрегиональной общественной организации «Выдающиеся полководцы и флотоводцы Отечества» профессором Александром Сухаревым

Как матери, пусть будет дорог он родной стране

– Александр Яковлевич, мне хочется не совсем обычно начать наш разговор об этом несомненно выдающемся полководце Великой Отечественной. От других командующих фронтами Николая Федоровича Ватутина отличает то, что он, как и еще один командующий, тоже генерал армии – Иван Данилович Черняховский, погиб, не дойдя до Победы. Но, согласитесь, внес в ее достижение огромный вклад.

– Бесценный! Его славные боевые дела свидетельствуют об этом весьма убедительно. Известно, что воинский талант Ватутина высоко ценил Верховный Главнокомандующий. Есть даже мнение, что Сталин числил его в своем военно-кадровом резерве особой надежности, имея в виду дальнейшие перспективные выдвижения. Ведь вдобавок ко всему Николай Федорович, как и Черняховский, был молод, когда погиб: лишь 42 года. Сколько еще мог бы сделать для армии нашей, для народа и Родины! Так что верно кем-то из писателей было сказано: Ватутин – это человек высокого и трагически срезанного полета.

– Сегодня в связи с тем, что происходит на Украине, по-особому воспринимаются и обстоятельства гибели этого советского полководца.

– Да, смертельное ранение Николай Федорович получил в схватке с бандеровцами, которые по-бандитски подло напали на машину генерала и его сопровождение. Они стремились убить (и убили!) того, под чьим руководством совсем недавно после тяжелых боев войска Красной армии освободили от фашистов Киев – столицу Советской Украины. И вот словно за это с ним свели счеты. По-моему, один этот факт исчерпывающе говорит, на чьей стороне реально были и в чью пользу действовали те «поборники незалежности», которых изо всех сил превозносит нынешняя украинская власть.

– Знаете, когда я думаю о Николае Федоровиче, нередко мысленно представляю картину прощания с ним в киевском Дворце пионеров, продолжавшегося два дня, – и мать у гроба сына. Это же поразительно, сколько выпало перенести русской женщине, пожилой крестьянке Вере Ефимовне Ватутиной в те дни и месяцы 1944 года! В феврале получила она известие о смерти от боевых ран своего сына-красноармейца Афанасия Ватутина. Через месяц, в марте, погиб на фронте младший сын Федор. И вот теперь, в апреле, она пришла к гробу третьего… Два рядовых солдата и генерал армии, рожденные в одной семье, отдали жизнь за Родину. Как символично видится через такие факты действительно всенародный характер той нашей Великой войны!

– Видится опять и происхождение наших советских военачальников. Сейчас все время повторяют, что Великую Победу завоевал народ, и это в принципе правильно. Однако он же, народ, выдвинул из своих глубин талантливых полководцев, которые повели его к Победе. Так разве можно их забывать или, еще хуже, – шельмовать, клеветнически противопоставлять солдатам генералов и маршалов! Напомню, что наша общественная организация «Выдающиеся полководцы и флотоводцы Отечества» создана в первую очередь для того, чтобы хранить, восстанавливать и в лучшем смысле слова пропагандировать светлую память этих замечательных людей, достойных низкого поклона всей страны.

Сам Фрунзе напутствовал юного красного командира

– В анкетах и автобиографиях Николая Федоровича место рождения значится так: село Чепухино, Валуйский уезд, Воронежская губерния. А теперь – Белгородская область, село Ватутино.

– Ну да, это была трудовая многодетная крестьянская семья. Жили в постоянной нужде, и Коле при всех его способностях после окончания церковно-приходской школы и двухклассного земского училища «светило» выйти в подпаски. Правда, нашелся учитель, который, болея за судьбу одаренного мальчика, с невероятным трудом добился для него от земства небольшой стипендии и пристроил в коммерческое училище, находившееся в городке Уразово Валуйского уезда. Только стипендии той не надолго хватило…

– Всегда думаю, что Ватутину ведь пришлось немало воевать буквально в тех местах, где родился и рос, или совсем поблизости. Был Воронежский фронт, была Курская битва…

– Конечно. Скажем, знаменитая Прохоровка, где произошло величайшее в истории танковое сражение, находится на территории нынешней Белгородской области, а во время войны здесь проходил фронт, возглавляемый им, Ватутиным. Но до командующего фронтом предстояло еще дорасти.

– Начался этот рост с Полтавской пехотной школы?

– Сюда его направили после того, как в 1920 году девятнадцатилетним он вступил в ряды Красной армии. Впрочем, сначала пришлось повоевать с махновцами под Луганском. Да и учеба в пехотной школе перемежалась с тревогами и боями: вокруг было очень неспокойно – всевозможные банды не давали людям жить. В боях он проявил незаурядную храбрость, а в ученье – исключительные любознательность и упорство. Будучи курсантом, стал в 1921 году членом РКП(б).

– Это правда, что удостоверение красного командира после окончания школы в 1922 году ему вручил лично Михаил Васильевич Фрунзе?

– Точно так. Не только ему, разумеется, а всем выпускникам. И произошло это, представьте, на историческом поле знаменитой Полтавской битвы, где в свое время русские войска под руководством Петра I наголову разбили шведских захватчиков.

Замечу, что книги, статьи, выступления Фрунзе, очень много сделавшего для строительства Красной армии, судя по воспоминаниям близких к Ватутину товарищей, постоянно привлекали большое его внимание. Например, он считал программным для себя такое обращение крупнейшего советского военного деятеля к командирам, отобранным на академическую учебу:

«Только тот из вас, кто будет чувствовать постоянное недовольство самим собой, недовольство и неполноту своего научного багажа, вынесенного из стен академии, кто будет стремиться к расширению своего кругозора, к повышению своего теоретического и практического багажа, – только тот не отстанет в военном деле, будет идти вперед и, быть может, поведет за собой десятки и сотни других людей».

– Именно таким стал Ватутин?

– Он все силы вкладывал, чтобы повседневно следовать тому, к чему призывал Фрунзе. Куда бы ни направляла его переменчивая военная судьба – в Артемовск или Луганск, в Харьков или Чернигов, в Северо-Кавказский округ или Сибирский, всюду сослуживцы могли сказать о нем так, как один из ближайших соратников охарактеризовал Ватутина уже по военным годам: «Это был необыкновенный трудолюбец».

– Мне тоже немало довелось читать в воспоминаниях, с каким напряжением и подъемом работал этот человек, не оставляя подчас и минуты для досуга. А двигало, наверное, недовольство собой.

– И категорическое неприятие самоуспокоенности, а тем более зазнайства. Вот еще один отзыв