Игорь Тихоненко - Игорь

— Ну, положим, я этого не говорил, — поправил его Игорь. — Я просто сомневался, что бывают такие огромные кабаны, о каких ты рассказывал.

— Я и сам сейчас не захотел бы встретиться с таким зверем, о котором я рассказывал, — сказал Братич. — Надеюсь, что таких сегодня не будет. Ладно, пора подавать сигнал загонщикам, а то просидим здесь до ночи бестолку.

Воевода приложил ладони ко рту и прокричал точно так, как кричит тетерев, когда подзывает свою самку. В противоположной стороне леса воевода Волховской, внучка Славля и двадцать дружинников уже выстроились в длинную цепь и дожидались условного сигнала. Как только прозвучал крик тетерева, воевода Волховской произнёс:

— Ну, ребята, пошли. И шуму, шуму побольше. А ты, Прекраса, держись поближе ко мне. Если с тобой, что-нибудь случится, Славль голову мне оторвёт. И зачем я только согласился взять тебя с собой?

Загонщики двинулись вперёд, издавая при этом невообразимый шум. Они кричали и гикали, а так же стучали длинными охотничьими ножами друг о друга. Игорь и Братич замерли в засаде, и старались даже дышать через раз. Пока до них долетали только звуки, издаваемые загонщиками. Но вот над деревьями поднялись в воздух сороки и дружно затарахтели. Братич дотронулся рукой до плеча Игоря и тихо спросил:

— Слышишь? Похоже, что идут. В той стороне раздаётся топот.

И в это время послышался треск ломаемых сучьев и веток. Земля буквально загудела.

— Ого, — сказал Игорь. — Прямо как под копытами конницы во время атаки.

— Приготовься, сейчас начнётся, — предупредил Братич.

Князь и воевода взяли в руки копья.

Загонщики продолжали шуметь и продвигаться вперёд в направлении, указанном им Братичем. Прекраса увидела впереди ломающиеся кусты и услышала сильный треск.

— Смотри, вот там, — прокричала девушка, обращаясь к Волховскому, и указала рукой.

— Кабаны там, — сказал воевода, — все туда.

И отряд повернул в то место, куда указывал Волховской, ещё больше усилив шум.

На поляну выскочили несколько маленьких полосатых кабанчиков. Они без остановки проследовали через прогалину и свернули в лес. Игорь и Братич не трогали их. Добыча была слишком маленькой. Но через мгновение на поляну, выворачивая на своём пути деревья, вылетел огромный кабан. Высотой в холке он был больше полутора метров. Круглые бегающие глаза вепря сверкали красными огнями. Два здоровенных жёлтых клыка нижней челюсти, торчали из его пасти и достигали до самых глаз. Кабан остановился на краю поляны, поднял свой нос вверх, напоминающий большой пятак, и потянул воздух ноздрями. Затем вепрь несколько раз взборонил снег передним раздвоенным копытом с такой силой, что полетели клочья земли из-под снега. Игорь и Братич вышли из своей засады и приготовили копья для метания. Вепрь наклонил голову вниз, присел на лапах и бросился вперёд прямо на князя и воеводу. Из-под его копыт вылетали комья земли. Расстояние между охотниками и зверем быстро сокращалось. Когда оставалось всего несколько метров до кабана, Игорь метнул копьё. Но зверь, как будто почувствовал опасность, и сделал прыжок в сторону. Копьё князя ударилось о загривок вепря и отлетело в бок, не причинив зверю никакого вреда. Кабан нёсся прямо на князя, ещё мгновение и Игоря уже ничего бы не спасло. В это момент воевода сделал шаг навстречу движущемуся чудовищу и выставил вперёд копьё. Вепрь боднул его головой и отбросил Братича в сторону на несколько метров, а сам пробежал ещё несколько шагов и остановился. Затем он резко развернулся в направлении Игоря. Из бока у кабана текла кровь. Но зверь от этого стал ещё злее и опаснее. Из оружия у Игоря был только длинный охотничий кинжал. Князь крепко сжал его в правой руке, а левой дотронулся до амулета из волчьих клыков, который висел у него на шее. «Ну, сила волка, защищай меня, — подумал Игорь». В этот момент кабан бросился на князя. На край опушки выехала Прекраса и увидела, как на Игоря несётся разъярённый кабан, а у князя в руках только нож. Она сразу же сняла с плеча лук, достала стрелу и натянула тетиву. Князь приготовился встретить вепря, до которого оставалось не больше трёх метров. Вдруг возле головы у Игоря что-то просвистело, и князь увидел, как чудовищу в глаз вонзилась стрела. Кабан по инерции продолжал лететь на Игоря. Князь сделал шаг в сторону и всадил зверюге в левый бок кинжал по самую рукоятку. Вепрь остановился и повернул свою морду к Игорю. Из глаза у кабана, где торчала стрела, текла кровь. Вепрь оскалил клыки, потом пошатнулся и рухнул на снег. Вокруг него сразу же образовалась огромная лужа густой тёмно-красной крови. Игорь стоял и молча смотрел на убитое чудовище. Он никак не мог прийти в себя от пережитого. К князю подошёл, прихрамывая Братич, который держался рукой за живот.

— Ну и здорово же он боднул меня, — проговорил воевода, указывая другой рукой на вепря.

— А ты был прав, воевода, — произнёс Игорь. — У вас здесь действительно не кабаны, а настоящие чудовища.

— Да, честно говоря, я такого сам в первый раз вижу, — признался Братич. — И откуда он только такой взялся? Получается, что это я накаркал.

— Я уже думал, что мне конец пришёл, — признался Игорь. — Если бы не выстрел из лука, он бы точно меня затоптал. А кто же это стрелял.

Воевода и князь посмотрели на край поляны. Там они увидели всадницу, которая держала в руках лук.

— Да это же внучка воеводы Славля, — поразился Братич. — Выходит, это она тебя спасла, да и меня тоже. А мы не хотели брать её на охоту.

Игорь с удивлением посмотрел на Братича и спросил:

— Когда это я не хотел брать её на охоту? Что-то я такого не припомню.

— Ну, я не хотел, — поправился Братич, — какая разница. Хорошо, что взяли. Ладно, надо привести наших коней.

Братич отправился в лес. К Игорю подъехала Прекраса и поинтересовалась:

— Кабан не помял вас, князь?

— С этого дня, я разрешаю тебе называть меня просто Игорь, — сказал князь, не ответив на её вопрос. — Теперь я твой вечный должник. Выходит так, что ты мне жизнь спасла. А как твоё имя?

— Можешь называть меня Прекрасой, можешь Ольгой, — проговорила девушка.

— Как это? — не понял Игорь. — У тебя, что два имени?

— Да, — подтвердила девушка. — Мой покойный отец назвал меня Прекрасой, так звали его бабушку. А моя мать дала мне норманнское имя — Ольга. Она ведь из норманнского рода. И никак они не могли между собой договориться. Вот так я и стала, для одних Прекраса, для других Ольга. Выбирай, которое тебе больше нравится?

— Я буду звать тебя Ольгой, — произнёс Игорь. — У меня тоже норманнское имя. Вот мы и будем вместе с норманнскими именами.