По ту сторону горизонта - Полина Сергеевна Павлова

class="p1">– Не знаю, чем ты там можешь быть полезен, – цедит сквозь зубы Спаркс, мужики с грязными лицами и руками огибают его, чтобы ненароком не зацепить, – но я сам тоже неплохо знаю и Колмана, и его вшивого капитана.

– Эй! Она сохранила жизнь лорду Кеннету! А я ей помог.

– Она его убила.

– И совершенно случайно! Очень потом сожалела, пыталась всё исправить. Исправила же!

Коряво, ценой жизни и проблем для них всех, но всё же нужно отдать должное – Моргана слово сдержала. Да и если бы не доброта и благосклонность самого Джеффри, Кеннет был бы растерзан Колманом. Так что Спарксу как минимум из-за этого стоит относиться к пирату хотя бы сносно. Он же многого и не просит.

– Даже несмотря на то, что вы швырнули меня в грязь, я всё ещё настроен… решительно. Я помогу вам!

– Идиот, ты только потратил моё время. Возвращаемся. И пока мы едем, думай, как будешь просить у лорда Кеннета прощения за своё враньё.

Глава 15. Пора вмешаться

Когда к концу вечера Бентлей не появляется в поместье, Валерия начинает ощущать беспокойство, даже служанка с коротким именем Мэри, приставленная к ней как компаньонка, не успокаивает её своим присутствием. В огромном доме, где немногочисленные слуги стараются не попадаться ей на глаза, да Коста ощущает себя тревожно. В углах ей мерещатся странные, подвижные тени. Одна напугала её и вовсе до икоты – в конце коридора ей примерещился огромный паук. С Кеннетом ей было бы спокойнее. Осознание, что где-то за стеной лорд драматично вздыхает, разочарованный жизнью, придавало хоть какой-то уверенности в стабильности их шаткого положения. Уж слишком много вещей решило произойти за последнее время, и все они выбивают землю из-под ног Валерии, не привыкшей к безумным переменам.

На родине всё всегда было стабильно, и большим потрясением для их семьи стало то, что отца назначили губернатором. Это знаменовало собой и переезд, и незнакомые трудности. Валерия не верила, что сможет прижиться на новом месте. Теперь же она вообще не уверена, что когда-либо вернётся в Испанию, и что стало с Матео – для неё загадка, которая кажется такой далёкой и несущественной в её нынешнем положении.

Валерия снова кидает взгляд на напольные часы. За спиной давно остался вечерний чай, и совсем скоро ей нужно будет отправиться в постель. Но чувство тревоги заставляет её отложить в сторону вышивку и, сложив руки на коленях, обратиться к единственному человеку, кто не отказывает ей в общении, Девону, с серьёзным вопросом:

– Лорд Кеннет не говорил, когда он должен вернуться?

И если в голове Валерии она произнесла всё это крайне серьёзно, то на деле – жалко и глупо. Словно маленькая девочка ждёт, когда же любимый отец вернётся с подарками домой. Нет, Кеннет точно не годится ей в отцы, хотя старательно делает вид, что иногда ему следует её воспитывать. Глупо и несправедливо.

Дворецкий качает головой:

– Нет, мисс Валерия. Лорд Кеннет никогда не сообщал о том, когда он должен вернуться.

– Но ведь такая задержка для него не характерна?

Девон молчит. Хороший дворецкий не должен слишком много болтать о своём хозяине, кто бы о нём ни спрашивал. А Девон хороший дворецкий, и предан Кеннету он гораздо больше, чем Спаркс. По крайней мере, именно так кажется Валерии, как человеку стороннему, склонному делать выводы, основываясь только на услышанном и увиденном. Оливер Спаркс вообще не вызывает у неё никаких положительных эмоций. И даже пугает своей чрезмерной серьёзностью, хмуростью и пустотой в злых глазах. Недовольство, раздражение сочатся из него, как смола из ранки дерева в том месте, где только-только спилили ветку.

– Ведь так, Девон? – чуть надавливает на седоволосого мужчину да Коста. Она поднимает на него взгляд в надежде увидеть в глазах отражение хоть какого-нибудь ответа. Как-то ведь у других получается читать по глазам, что творится у собеседника в голове.

Но сталкивается девушка только со стеной отстранённости: мужчина аккуратно переставляет белоснежную сахарницу, украшенную пёстрыми цветами, на низенькую тележку. И ей становится так грустно из-за этой отстранённости. Неужели даже единственный человек, который, как ей казалось, улыбается не только из вежливости, считает, что так просто можно оставлять вопросы без ответа.

И вот когда Валерия поджимает губы, готовая вскочить со своего места, Девон тихо и спокойно произносит:

– Лорд Кеннет, должно быть, решил остаться у своей родной тётушки. Не думаю, что нам стоит беспокоиться понапрасну. Сэр Кеннет не будет просто так подставляться. Даже за ним маленьким я никогда не замечал склонности попадать в неприятности.

На мгновение голову Валерии посещает мысль, каким забавным, наверное, был маленький Кеннет. Она неосознанно сравнивает его со своим младшим братом Лукасом – мальчишка слишком озорной. Бентлей же чудится Валерии маленьким джентльменом, шаркающим ножкой подобно отцу. Ей остаётся только додумывать, ведь свидетелем таких событий она никак не могла быть. В силу хотя бы своего юного возраста.

Валерия чуть качает головой, отгоняя от себя хоть и приятные, но совершенно глупые размышления.

– И всё же, мистер Девон, я не думаю, что Бентлей стал бы оставаться в Лондоне. Согласитесь, у него ведь и здесь полно работы. Зачем ему оставаться?

Лорд Кеннет как минимум захватил бы с собой дневник капитана О'Райли. Но сквозь щель в двери да Коста видела, что истрёпанная, истёртая записная книжка покоится на столе в самом центре, на голой древесине, пока все остальные документы и неизвестные бумажки лежат аккуратной стопкой рядом. Одержимый идеей Бентлей не стал бы бросать важную вещь, если бы не намеревался вернуться в скором времени.

Дворецкий ставит на тележку чайник и пустые чашки, а Валерия встаёт на ноги.

– Мистер Девон, пожалуйста, давайте поедем за лордом Кеннетом. Я не знаю, что происходит, но мне кажется, что он в большой беде.

Их судьбы переплелись по странному и необычному стечению обстоятельств, и как бы да Коста ни старалась думать иначе, теперь она просто обязана находиться рядом с Бентлеем, чтобы суметь предотвратить что-то чудовищное. Девон неодобрительно качает головой. Валерии остаётся уповать исключительно на своё природное очарование и обаяние. Она мягко улыбается, склоняет голову набок, стараясь тем самым показать исключительную доброту своих намерений и искренность своего беспокойства.

Это действует на дворецкого. А может, он и не собирался отказывать да Косте.

– Я прикажу подать вам тёплые вещи. Погода осенью в Лондоне обычно чрезвычайно капризна. Думаю, проверить никогда не будет лишним. Тем более, как сказал мне кучер,