Медведь - Дмитрий Вилорьевич Шелег

сделал вид, что потягивается ото сна. Покачиваясь, подошел к спящему Картузу, потрепал его за плечо и, не дождавшись ответа, махнул на него рукой. Повернувшись в сторону избы, исподлобья увидел, как занавеска задернулась.

* * *

Тихомир неспешно пошел к колодцу. Возле колодца стояло ведро, закрытое крышкой, на которой вверх дном лежал ковшик.

Он зачерпнул ковшиком воды и хотел выпить, как услышал негромкий голос:

– Погоди! Грех это – из ковшика пить!

Тихомир обернулся и увидел дедка, который стоял на крыльце избы.

В его руках была глиняная чашка.

Дедок спустился с крыльца и протянул чашку Тихомиру:

– Из чашки попей.

Тихомир кивнул в знак благодарности, взял чашку, отвернулся и, внимательно осмотрев ее чистоту, налил ковшиком воды.

Дедок молча смотрел, как Тихомир пьет воду.

Тихомир наигранно жадно осушил чашку и сразу же налил себе еще.

Выпив, он с легким поклоном протянул ее дедку.

Дедок по-доброму улыбнулся и сказал:

– Себе оставь. Поганая она после тебя.

Тихомир спросил:

– А чего уж такая поганая?

Дедок ответил:

– Не истинной веры ты, потому и опоганил ее. Как есть.

Тихомир спросил:

– А какая истинная?

Дедок предложил:

– Пойдем, присядем на крылечко.

Тяжело опустившись на крыльцо, дедок прокряхтел:

– Стар я стал. Как есть. Из избы редко когда выхожу. Теперь сыновья всем заправляют.

Когда Тихомир уселся рядом, дедок сказал:

– Зови меня просто – Онуфрий.

* * *

Тихомир кивнул.

Онуфрий спокойным, хорошо поставленным голосом начал рассказ:

– Истинная вера – это та, что Русь приняла с крещением. Молитвы, церковные обычаи были приняты вместе с православием и трепетно сохранялись. Православие нашло на Руси благодать. Здесь появились новые подвижники и проповедники слова Божия, были воздвигнуты церкви, подготовлены многие письменные труды о вере, написаны образа, составлены красивые службы, сложены песнопения.

Тихомир сказал:

– Я знаю, что после реформы Никона богослужение стали вести по новогреческим канонам. Тогда и произошел раскол Русской Православной Церкви.

Онуфрий согласно кивнул:

– Да, долгое время православных, не принявших Никоновых новшеств, именовали «раскольниками». Позднее их стали называть «старообрядцами», что говорило о главенстве обрядов. Но Старая Вера – это не только старые обряды, но и церковные догматы.

* * *

Спокойный голос Онуфрия завораживал, и Тихомир, как зачарованный, слушал.

Собравшись, он сбросил с себя пелену и спросил:

– Так не только обряды, но и догматы были изменены?

Онуфрий перекрестился и продолжил:

– Как есть. Старообрядцы сохранили неизменной богослужебную традицию, принятую еще от апостолов! Мы сохранили обряды, которые Никон заменил.

Мы ограждаем себя двоеперстным сложением при крестном знамении, а после реформы есть троеперстие.

Мы сохранили однолитерное написание имени Спасителя «Исус», в отличие от никоновского «Иисус».

Мы дважды возглашаем сугубую аллилуйю в отличие от троекратной в новой традиции.

Мы отпускаем земные поклоны во время церковной службы, а не в пояс – по-новому.

При крестных ходах направление нашего движения по солнцу – «посолонь», а не супротив.

Тихомир не услышал ответ на свой вопрос и уточнил:

– А что же догматы?

Онуфрий объяснил:

– Все течет, все изменяется, и в Церкви бывают реформы. С годами менялся устав церковной службы. Не сразу сложился корпус двунадесятых праздников – из двенадцати важнейших после Пасхи праздников в православии, менялись правила постов и количество постных дней. Однако изменения возможны в церковной жизни лишь в некоторой, в малой части. При этом стоит помнить, что внешнее служит выражением внутреннего, и замена внешних, обрядовых, частей влечет за собой и замену смысла того, что они обозначают. А такие изменения недопустимы!

Тихомир переспросил:

– Если изменяются обряды, то меняются и догматы? Как это понимать? Ведь Бог – один, что для католиков, что для православных! Значит, и догматы должны быть одинаковы. Какая разница, как креститься? Я знаю, что католики крестятся всеми пятью пальцами в знак «язв на теле Господа Иисуса Христа» – две на руках, две на ногах и одна от копья.

Онуфрий покачал головой, но так, по-отечески:

– Я вижу, что ты не понимаешь значения догматов. Я скажу тебе главное отличие православной церкви от католической. А ты потом сам рассуди. Главой православной церкви является Исус Христос, в католичестве церковь возглавляет наместник Исуса Христа, ее видимый глава. Кто это?

Тихомир произнес:

– Vicarius Christi!

Онуфрий согласился:

– Как есть. Папа Римский. Большая, по-твоему, разница?

Тихомир понурил голову.

Онуфрий поучительно промолвил:

– Поэтому нельзя рассуждать о догматах, ничего о них не зная!

Тихомир попросил:

– Так объясни!

Онуфрий вздохнул и начал:

– К примеру, ограждение себя двуперстным крестным знамением было для русского человека не просто культовым действием, но исповеданием веры. Указательный и средний персты протянуты вместе, при этом средний перст немного преклонен. Эти персты символизируют две природы Господа нашего Исуса Христа: Божественную и человеческую. Этим мы свидетельствуем о нашей вере в то, что Исус Христос есть истинный Бог и истинный человек. Преклонение среднего перста означает схождение Сына Божия на землю нашего ради спасения. Персты большой, безымянный и мизинец должны быть соединены вместе в знак того, что мы исповедуем Единое Божество в трех лицах: Отца, Сына и Духа Святаго.

Тихомир оживился и спросил:

– А что же троеперстие?

Онуфрий ответил:

– Слушай очень внимательно! Как есть, по учению ново-обрядческому троеперстие символизирует Святую Троицу, безымянный и мизинец при этом подобает «держать праздно». Как я сказывал, в старообрядческой традиции принято ограждать себя двуперстием, поскольку именно Христоса – Его божественную и человеческую природу – символизируют указательный и средний персты – «нас ради человек и нашего ради спасения» распялся на кресте. Когда мы крестимся двуперстно, мы вспоминаем Бога-человека Исуса Христа!!! А у новообрядцев получается, что на кресте была распята Святая Троица!!! А божество не может страдать!!!

Тихомир озадаченно закивал, у него не было слов…

Онуфрий продолжил:

– Изменение такой важной части православного обряда, как крестное знамение, возможно только на Соборе Русской Православной Церкви. А Никон заменил старое русское и древнегреческое крестное знамение новогреческим по своей воле. Каку нас говорят: «Скоро ослеп Никон от блеска Патриаршего».

Тихомир спросил:

– Уже столько времени прошло. Почему нельзя простить?

Онуфрий перекрестился:

– Простить можно и нужно. И мы прощаем сразу же, потому что научены прощать по заповеди Христа: «Любите врагов ваших, благословляйте проклинающих вас, благотворите ненавидящим вас и молитесь за обижающих вас и гонящих вас». А вот примириться… В вере может быть только одна истина. Примириться было бы хорошо. Но примириться нужно верно с истиной?

Тихомир задумался над словами.

* * *

Онуфрий помолчал, помолчал, да и спросил:

– Так что, останешься у нас в ските?

Тихомир не ожидал вопроса