Александр Сурков - Пираты сибирского золота

   Уже был случай, когда в Иркутске на пути от пристани в банк бесследно исчез казачий урядник вместе с казаком, доставлявшие восемь килограммов золота в счёт кредитных процентов. Люди и золото пропали вместе с сопроводительными документами. Их искали, но не нашли. Полиция оказалась бессильной. В течение конца второго и весь третий год работы вблизи прииска было задержано и после опроса отпущено 12 человек охотников, звероловов, китайских торговцев мелочью и таёжных бродяг.

   Однажды прямо у домиков прииска была остановлена семья тунгусов, невесть откуда взявшаяся и на подходах не замеченная охраной. Узколицый кривоногий мужичок вёл коня, тянущего волокушу со скарбом, поверх которого сидел старик. За ними шла женщина и трое ребятишек. Когда их под конвоем вывели за территорию прииска и казаки вернулись, их начальник, бывший жандармский офицер, высказал предположенье о том, что это были не тунгусы, а манджуры. Он когда-то служил на границе и знал, хотя и очень плохо, китайский язык. Он только сейчас сообразил, что в их коверканном русском языке проскальзывали китайские слова и характерная интонация. Понимая свою промашку, он с тремя казаками кинулся за ними, но те как растворились в тайге.

   Дело в том, что после тяжёлого ранения Родюков нанял его в Иркутске, когда искал человека для охраны прииска, по рекомендации. Бывший «голубой мундир»[58] знал не только дело по охране, но и по сыску. В нём сочетались некое добродушие и строгость во вверенном деле. Охрану он наладил правильную, проверяя её в любое время суток, а вот здесь ошибся.

   Семейство «тунгусов» после того, как казаки вывели их в тайгу и уехали, быстро преобразилось. Немощный старец резво вскочил с волокуши и сбросил с неё скарб.

   Кривоногий быстро освободил лошадь от волокуши, распряг её. Из мешков, изображавших груз, вытряхнули в речку солому и траву, волокушу разобрали и её части забросили в тайгу. На тропе всё прибрали и очень быстро, почти бегом побежали, но не по тропе, а по берегу малой реки. Детишек посадили верхом на лошадь, и вся «семья» быстренько улетучилась.

   За час беглецы одолели почти пять километров и перевалили небольшой хребет, где у ручья, но уже текущего в другую речную систему, остановились на отдых.

   Казаки, преследующие их по следу волокуши на тропе, тормознулись там, где эти следы прервались. Двое поскакали вперёд, а двое других, спешившись, искали след здесь.

   Через полчаса вернулись ушедшие вперёд, сообщив, что следов дальше нет.

— Искать следы!

   Бывший жандарм с именем Пётр Фёдорович погнал людей в три стороны от оконечности волокушных борозд в тайгу, а сам, прихрамывая и кряхтя, лазил по ближайшим зарослям. Через некоторое время сыскал одну смену от волокуши и выстрелил в воздух из пистолета. Это был сигнал сбора. Вернувшиеся казаки начали шарить вблизи и нашли все перекладины и вторую слегу.

— Ишь, варнаки, налегке ушли. А почему?

     — Соглядатаи это были, — утвердился во мнении командир. — Вот бы сейчас воздушный шар нам. Вмиг бы нашли шпионов. А ну давай назад, если ветер позволит, попробуем поискать с воздуха.

   На обратном пути Пётр Фёдорович задумался. Он не любил своё имя, и когда кто-то его произносил, всё время мерещился царь Пётр III, убитый с молчаливого согласия его собственной жены Екатерины. Все свои жизненные неудачи он связывал с этим несчастливым именем. С другой стороны, он как мог препятствовал возможным неудачам силой своего разума и природной шустростью. Блестящая идея поискать скрывшихся от него китайцев с воздуха, а это точно, как он рассудил, были не тунгусы, пришла ему неожиданно, когда казачий урядник Гусев назвал его по имени-отчеству. Продолжая размышлять, он пришёл к тому, что мелкие разбойники не будут посылать много народа на разведку. На прииск явилось шесть человек, да ещё переодетых, которые очень ловко скрылись. Похоже, на вверенный его охране прииск надвигается что-то серьёзное. Интуиция и опыт забеспокоились в нём одновременно.

   Вернувшись на прииск, начальник охраны приказал готовить воздушный шар к полёту, а сам отправился к Валерию Петровичу и настоятельно посоветовал ему на время, день или два, остановить работу и приготовиться к возможному нападению. На этот случай всё было предусмотрено. Площадка перед входом в штольню освобождалась от приспособлений для дробления, вход закрывался массивными, очень толстыми и тяжёлыми воротами. Внутри два спиральных рудоспуска, верхний и нижний, очищались от породы. Там делалась ловушка для тех, кто попытается сломать ворота для проникновения в шахту. Снаружи дверь была завешена сеткой, сплетённой из коры, в ячейки которой был вплетён мох, превращавший её в сплошной зелёный ковёр. Эта «занавесь» скрывала вход и превращала его в уступ, покрытый пушистой растительностью. Толщина мехового плаща была с ширину ладони, и он представлял со склоном совершенно одинаковый вид. Кусками мха была закрыта и горизонтальная площадка перед воротами. Сюда притащили и положили в мох несколько покрытых естественным зелёным одеянием крупных камней.

   На склоне в направлении входа в шахту, когда ставили лестницу, вырубили плоские площадки под бревенчатые опоры. После разборки эти площадки, наподобие ступеней, также замаскировали.

   Гора приняла естественный вид. Наблюдательные башни разобрали и сложили недалеко в виде штабеля брёвен с небольшими пространствами между ними, где могли спрятаться люди. Была снята часть лестницы и трапы,  соединявшие лестницу с площадкой перед дверью на устье штольни. Промывочный прибор подняли и унесли, спрятав в глубине горной выработки.

   К этому времени в шахте имелось много десятков килограммов золота. Этот металл был не в слитках, а, как заказал будущий его покупатель, желавший изготовить из драгоценного металла статую, в  виде двух больших шаров. Эти золотые шары хранились в шахте и перед маскировкой устья шахты укладывались в верхнюю часть желобов спиральных рудоспусков.

   Всё было устроено так, что при попытке проникновения в шахту через вход эти шары были тем, что убивало любопытных. Как это происходило, знали Новиков и Родюков. Самое главное, что после срабатывания этой машины-охранника золото  оказывалось на дне каньона в русле реки и оставалось скрытым от тех грабителей, которые могли остаться живыми. Река же, несмотря на её бурный характер, унести столь тяжёлые предметы была неспособна.

   Пётр Фёдорович, Новиков и Клим после консервации производства и усиления охраны решили, что рабочих уведут на это время к пристани на реке и они займутся пока там заготовкой леса для крепления шахты.