На задворках империи - Виктор Иванович Носатов

чтобы перевести разговор в другое русло, взглянув на оружие, развешанное на коврах, с удивлением добавил:

– Какая у вас, уважаемый Ислам-бек, богатая коллекция сабель и кинжалов.

Многозначительно хмыкнув в ответ, хозяин подошел к ковру, где висело наиболее ценное оружие, и, сняв оттуда кинжал в позолоченных ножнах, протянул его гостю.

– Прекрасный кинжал, – польстил хозяину Баташов, – но им можно пользоваться только в ближнем бою.

– Выберите из моей коллекции любую шашку, – услужливо предложил Ислам-бек.

Баташов, прекрасно зная, что, отказавшись от подарка, кровно обидит горца, прошел мимо ковра, увешанного богатым оружием, и неожиданно остановился возле сваленных в кучу, не раз побывавших в бою клинков. Недолго покопавшись, он выбрал себе довольно простую облегченную шашку, клинок которой был слабо изогнут. Рукоятка шашки была выполнена из рога, приклёпанного к широкому хвостовику тремя стальными заклепками, под которые были подложены серебряные шайбы, и заканчивалась маленькими изящными серебряными «ушками». Шашка полностью утапливалась в обтянутые кожей деревянные ножны с серебряными узорами, наверху оставалась только головкa рукоятки. Ближе к пяте на клинке стояло клеймо ханского арсенала. Взвесив клинок в руке, штабс-капитан удовлетворенно прищелкнул языком.

– Вот это настоящее оружие! Тем более что оно из арсенала самого Великого хана. За это я вас искренне благодарю.

Пока хозяин и гости рассматривали оружие, прислужник подал чай и медовые лепешки к нему.

– Прошу, – пригласил радушный Ислам-бек гостей снова к столу. Пока все рассаживались, полог шатра широко распахнулся, и на пороге появился богато одетый горец, который по мановению руки хозяина быстро приблизился к нему и сказал что-то на ухо.

– Говори громче, – сыто икнув, сказал благодушно Ислам-бек, – у нас нет секретов от русских друзей.

– Курбаши, нами остановлен небольшой караван. Купец требует встречи с вами, – по-военному доложил вошедший.

– Требует? – удивился Ислам-бек. – Ему недостаточно моего заместителя? С каких это пор торгаши, направляющиеся в Шамшал, что-то от меня требуют. Пусть платят установленную пошлину, или гони их в шею! – грозно сверкнув глазами, приказал он.

– Но купец говорит, что у него есть охранная грамота от самого Великого хана!

– Ну, тогда сопроводи его в крепость, я сам с ним поговорю, – сменил гнев на милость Ислам-бек.

Гости еще не успели допить чай, когда на пороге вновь появился горец.

– Курбаши, купец со своим караваном смиренно ждет вас во дворе, – звонким голосом доложил он.

Явно заинтересованные разворачивающимися в крепости событиями, Баташов и Порубий вышли из шатра вслед за хозяином.

У ворот они увидели трех доверху нагруженных товарами пони, рядом с которыми застыли в тревожном ожидании купец и два его помощника. Баташов, мельком глянув на прибывших и не найдя в них ничего интересного, направился к казакам, которые, отведав жирной козлятины, отдыхали, лениво переговариваясь друг с другом.

– Ну что, станичники, – обратился к ним Баташов, – не забижают вас хозяева?

– Никак нет, ваше благородие! – звонко ответил за всех вахмистр. – Мы сами кого хочешь обидеть можем. Но не хотим! – казаки благодушно рассмеялись.

– Господин штабс-капитан, – подойдя к Баташову, обратился есаул, – одного из подручных этого купчишки я уже видел. Это тот самый туземец, который ломал комедию в моей палатке, только сейчас он без бороды. У него на левой щеке еще красное пятно было, да и по комплекции подходит.

– Это интересно, – задумчиво промолвил Баташов, – если это и в самом деле тот туземец, то поздравляю вас. Купец, по всей видимости, и есть переодетый английский резидент, который здесь всю воду мутит. Только ни в коем случае не показывайте виду, что вы узнали его сподручного. Эти вражины не должны ничего заподозрить. Тем паче, что я хочу навязать британскому разведчику свою «Большую игру»!

Разобравшись с купцом, Ислам-бек пригласил его и русских офицеров в свой шатер.

– Это близкий друг Великого хана и спаситель наследника престола Рахим-бек, – представил он купца офицерам.

Узнав, что перед ним русские, купец делано удивился, но в следующее мгновение радостно всплеснул руками и торжественно объявил:

– Наследник Великого хана уже прибыл и с нетерпением ждет вас, уважаемый Баташ-хан.

– Ну какой я хан… – в свою очередь смутился штабс-капитан. – Я всего лишь офицер Российской императорской армии! – гордо добавил он.

– Сегодня уже поздно, да и довольно опасно возвращаться по узкому проходу обратно, – задумчиво сказал, теребя свою реденькую бороденку, Ислам-бек. – Великий хан, да будет жизнь его долгой и процветающей, не простит мне, если с вами что-то случится, – добавил он, внимательно глядя на Баташова. – Поэтому я приглашаю продолжить наше дружеское застолье в обществе нового гостя. Заодно мы будем рады услышать от самого спасителя об удивительном побеге из английского плена наследника Великого хана, да продлится царствие его многие века.

«Рахим-бек» с большим воодушевлением поведал своим внимательным слушателям сочиненную им же легенду побега, вызвав бурный восторг у коменданта крепости и чуть заметные скептические улыбки у русских.

Слушая рассказ купца, Баташов сразу смекнул, что хитрые англичане обманули не только наследника, но и его осторожного и подозрительного отца, который полностью доверился этому лжекупчишке.

«Узнай Великий хан, кто это на самом деле, наверное, три шкуры бы с него спустил», – думал он, глядя на словоохотливого купца, который, закончив повествование о побеге, теперь в подробностях красочно описывал ханский прием. Его так и подмывало спросить: «Who you really are Mr. “X”?»[9] и понаблюдать за реакцией этого Лже-Рахим-бека.

«Но нет! – мысленно сдерживал себя Баташов, – пусть он лучше подергает за ниточки в моем театре марионеток…»

Вскоре Ислам-бек, сославшись на срочные дела, оставил гостей в своем шатре, предложив им заночевать тут же на уложенных поверх кошмы, застилающей пол, толстых и пушистых персидских коврах.

2

В отсутствие гостеприимного Ислам-бека разговор, подогретый водкой, фляжку с которой есаул всегда возил с собой, принял несколько иное, неожиданное направление. Баташов, прекрасно зная, какую панику и истерику вызывают у англичан даже слухи о якобы планируемом походе русских войск в Индию, решил искусно подогреть это явное заблуждение, чтобы направить мысли и действия английского разведчика в нужном ему направлении. Незаметно перемигнувшись с Порубием, он начал искусно развивать идею российской колонизации Востока. «Купец», хлопая удивленно глазами, слушал его внимательно, не перебивая. И вот, будто разоткровенничавшись, штабс-капитан неожиданно заявил:

– Русская армия только и ждет сигнала, чтобы начать поход на Индию, – и видя, что «купец» от такого откровенного заявления начинает трезветь, подлил в его стакан водки.

– А что, есаул, пойдут твои станичники в Индию? – спросил он, вопросительно взглянув на Порубия.

– С пребольшим удовольствием! – ухмыльнулся казак.

– Не может быть! – прохрипел, опрокинув в рот стакан «огненной воды», Рахим-бек.

А штабс-капитан уже ярко, с размахом рисовал историческую картину развития «индийской мечты» русских первопроходцев, которой было