Большая книга по истории Ближнего Востока. Комплект из 5 книг - Мария Вячеславовна Кича

Союзное государство Египта и Сирии распалось через три года,[63] но его создание протекало под панарабскими лозунгами. ОАР воспринималась как феномен: арабы считали ее первым шагом на пути к национальному единству. Хусейн и Фейсал II в пику Каиру основали Арабскую Федерацию Ирака и Иордании. Однако хашимитский союз продлился всего шесть месяцев. Когда в Багдаде произошла революция, Хусейн ничего не мог поделать – его называли «маленьким королем» не только из-за роста, но также из-за размеров и потенциала королевства.

Как мы помним, в июле 1958 года – незадолго до расстрела иракских Хашимитов – антимонархический заговор был раскрыт в Аммане. Его также организовали при содействии Египта и Сирии, но мятежных офицеров удалось вовремя схватить. Впрочем, все они упорно молчали. Агенты ЦРУ, помогавшие королю Хусейну, поняли, как «расколоть» одного из обвиняемых. В США у него обнаружили любовницу и незаконнорожденного ребенка, о существовании которых иорданская жена преступника, разумеется, даже не подозревала.

К арестанту прислали некоего Питера – адвоката польского происхождения, которого якобы делегировал для защиты обвиняемых сам монарх. Что было дальше – описывает Джек О’Коннел, сотрудник ЦРУ, принимавший участие в тех событиях и впоследствии ставший другом и советником Хусейна:

«Питер посетил заключенного и как бы между делом спросил, слышал ли тот что-то в последнее время от Элис. У обвиняемого упала челюсть.

Питер продолжал:

– Вы знаете, она недавно родила вам сына и, возможно, планирует приехать в Иорданию.

Мужчина упал на колени.

– Не переживайте, Его Величество узнал об этом и откупился от нее. Она не приедет.

– Это сделал Его Величество? – спросил офицер. – Он спас мне жизнь. Я не знаю, как отблагодарить его! Что я могу сделать для него?

– Скажите правду о ваших планах его свергнуть, – ответил Питер.

Арестант моментально сделал признание, которое чуть позже дал в письменном виде. В течение нескольких последующих дней Питер имел достаточно рычагов давления, чтобы получить письменные признания еще от четырех участников заговора».

Так страх ссоры с законной супругой и семейного бесчестия перевесил страх быть казненным за участие в государственном перевороте. Король Хусейн помиловал всех пятерых заговорщиков, давших признательные показания. Остальные были приговорены трибуналом к 10–15 годам тюремного заключения, но вышли на свободу досрочно. По воле монарха они вернулись в армию и верой и правдой служили Хашимитам. Недаром Хусейн славился добросердечием.

К началу 1960-х годов ситуация в Иордании нормализовалась – ибо полюс борьбы между консерваторами и радикалами сместился в Йемен.

Осенью 1962 года йеменские «Свободные офицеры», вдохновленные личностью Насера, осуществили военный переворот в Сане. Королевская династия Хамидаддинов была свергнута. Лидер мятежников полковник Абдалла ас-Саляль провозгласил республику. Началась гражданская война – и в 1970 году республиканцы победили.

Насер приложил руку к гибели йеменской монархии. В декабре 1961 года он поссорился с королем Ахмедом бен Яхъей – и на того со всей яростью обрушились египетские СМИ. Словом, в Сане повторился иракский сценарий 1958 года. Пока внимание арабского мира было приковано к Йемену, Иордания получила небольшую передышку.

Хусейн в это время занимался экономикой Иордании, желая наилучшим образом использовать скудные ресурсы королевства. Новое поколение иорданских политиков разделяло взгляды короля. Молодежь считала, что нужно трудиться на благо своей страны – и лишь потом интересоваться делами иных государств. Самым ярким политиком нового поколения был Васфи аль-Таль.

Аль-Таль считается весьма спорной фигурой. Журналист по образованию, он был панарабистом – и иорданским националистом; борцом за права палестинцев – и грозой палестинских радикалов; патриотом, который приобрел репутацию английского шпиона, – и реформатором, который на заре карьеры работал цензором. Но главное – альТаль ненавидел Насера.

В январе 1962 года аль-Таль впервые занял премьерское кресло. Он сформировал принципиально новое правительство, ни один из членов которого ранее не служил министром. Но все они имели опыт в той или иной сфере – например, министр экономики Халил альСалим являлся председателем Центрального банка Иордании. Половину министерских портфелей получили палестинские коммерсанты – аль-Таль показал, что готов урегулировать отношения между Восточным и Западным берегами. По воспоминаниям британского посла в Аммане, в те дни «Иордания дышала надеждой».

Первым делом аль-Таль затеял административную реформу. Сотни чиновников отправились на пенсию (по причине возраста) или в тюрьму (по причине взяток) – независимо от знатности семей, к которым принадлежали. Правительство установило строгие требования к госслужащим – особенно к дипломатическим работникам. Если раньше послами и консулами становились благодаря связям и богатству, то теперь дипломаты должны были иметь высшее образование.

В ноябре 1962 года прошли парламентские выборы. Оппозиционеры их бойкотировали, но в целом иорданцы охотно участвовали в голосовании. К радости аль-Таля, новый парламент оказался прогрессивным.

Ситуация складывалась весьма недурно, однако аль-Таль не сумел извлечь из нее выгоду. Например, глава кабинета внес в парламент на рассмотрение проект земельной реформы – но отказался хлопотать по поводу его одобрения. Надменный премьер-министр не желал быть ничем обязанным депутатам. Против проекта выступили народные избранники от Западного берега. Аль-Таль смертельно обиделся на всех палестинцев – и уволил иерусалимского губернатора Анвара Нусейбе. Клан Нусейбе является одним из старейших и влиятельнейших в городе. По легенде, в 622 году предки Анвара спасли пророка Мухаммеда, бежавшего из Мекки в Медину. Позже Нусейбе перебрались в Иерусалим. В 1187 году султан Саладин доверил этой древней династии ключи от храма Гроба Господня – и с тех пор мужчины из рода Нусейбе отпирают и запирают его двери.

Отставка Анвара Нусейбе произвела эффект разорвавшейся бомбы. Если изначально премьер-министр собирался примирить Западный и Восточный берега, то у него ничего не вышло. Иордания запомнила Васфи аль-Таля как безжалостного борца с палестинцами, а не как смелого и талантливого реформатора.

Однако королевство нуждалось в преобразованиях. Земледелие велось устаревшими способами. Доля сельского хозяйства в ВВП составляла всего 20 % – хотя в аграрном секторе трудилась половина взрослого населения. Почти 120 тыс. иорданцев не могли найти работу. На содержание армии в мирное время уходила половина госбюджета. Если бы подданные Хусейна гордились своей страной и были уверены в завтрашнем дне, то они вряд ли бы слушали Насера. Поэтому министры аль-Таля делали упор на развитие экономики.

За 1962–1967 годы Амман выделил $ 356 млн на повышение уровня жизни и борьбу с безработицей. Помимо инвестиций в сельское хозяйство, деньги предназначались для производства удобрений, добычи фосфатов и развития туризма. Военные строили дороги и рыли оросительные каналы.

Впрочем, неприятности не заставили себя ждать. Йемен раздирала гражданская война. Насер поддержал республиканцев, Саудовская Аравия – Хамидаддинов. Арабский мир был поляризован как никогда. В 1963 году в Ираке и Сирии власть захватили баасисты – и Дамаск возобновил контакты с Каиром.

Иордания опять очутилась в окружении врагов – Сирии, Ирака и Египта; но противоречия между ними нарастали.[64] К тому же на теле арабского мира надсадно ныли раны войны 1947–1949 годов. Ближний Восток жаждал крови. В итоге сирийцы, египтяне и палестинцы раздули тему конфликта с Израилем – второстепенную на фоне «арабской холодной войны». На поле боя каждая из сторон планировала решить свои проблемы. Каир хотел удержать первенство в регионе, Дамаск претендовал на это первенство, а палестинцы надеялись уничтожить Израиль – или хотя бы вернуть Западный берег и сектор Газа.[65]

В январе 1964 года на саммите ЛАГ Насер предусмотрительно «подружился» с Хусейном, саудовским королем Фейсалом и алжирским президентом Ахмедом бен Беллой. Хусейн обрадовался – ведь он оградил себя от антихашимитской пропаганды Каира. Кроме того, арабы обожали и боготворили Насера – а монарх давно мечтал о такой славе и теперь мог хотя бы греться в ее лучах.

По итогам саммита было сформировано единое руководство вооруженными силами арабских государств. Египет предложил кандидатуру Хусейна на пост главнокомандующего. Отныне на короля возлагалась ответственность за войну с Израилем. В 1948 году в аналогичной ситуации находился его дед Абдалла.

Также саммит одобрил создание Организации освобождения Палестины (ООП). Она должна была представлять интересы палестинских арабов и не вмешиваться в дела арабских государств. Основу ООП составляли боевики – фидаины (от араб. – жертвующие собой).[66]

Первым председателем ООП стал Ахмед Шукейри – известный