Агасфер. Вирусный транзит - Вячеслав Александрович Каликинский

Выручил попавшего в переплет секьюрити Денниса эксперт ЮНЕСКО Аббас эль Дин.

Он решительно вклинился в толпу и что-то резко крикнул по-арабски. Толпа не желала отступать, и тогда Аббас, снова что-то крикнув, решительно выхватил из кармана бумажник и швырнул в хулиганов несколько крупных купюр «за обиду». Крики негодования мгновенно сменились снисходительным одобрением, молодчики нехотя расступились, и Аббас решительно потащил растерянного Денниса в ближайший бар.

Приведя себя в порядок, Деннис с чувством пожал спасителю руку и поинтересовался:

— Сколько я тебе должен, дружище?

Аббас покачал головой и отмахнулся: какие могут быть между друзьями счеты?

Как и следовало ожидать, уличный инцидент сблизил американца и араба. За оставшиеся дни семинара в Брюсселе они почти не расставались, но в прогулках по городу района «красных фонарей», не сговариваясь, избегали. А в последний день семинара Аббас эль Дин пригласил Денниса на прощальный ужин в ресторан.

Деннис никогда не был записным гурманом, и его вполне устраивала кухня невзыскательных заведений и уличных кафетериев. И выбор арабского приятеля произвел на него впечатление — это было одно из лучших заведений бельгийской столицы: ресторан «Sea Grill». Очутившись в изысканной атмосфере помпезного заведения в самом центре Брюсселя, он благоговейно покосился на мишленовские[58] звезды у входа и на правах доброго приятеля поинтересовался у Аббаса:

— Сколько же тебе платит ЮНЕСКО, друг мой, если ты позволяешь себе ужины в подобных заведениях?

— Человек живет на земле только один раз! — рассмеялся араб и отдал официантам пространное распоряжение.

Обслуживание в ресторане, специализирующегося на морепродуктах, было не менее впечатляющим, чем шикарный интерьер заведения. Сразу трое официантов принесли к столику омара под прессом, еще пара торжественно представила гостям сибас — морского окуня в соляном «панцире» и десяток оригинальных закусок от шеф-повара. Подошел к столику и сам шеф-повар — он ревниво поинтересовался впечатлением от его кулинарных изысков, и, получив восторженные отзывы, прислал гостям комплимент[59].

Во время обильной трапезы араб благоговейно молчал, и разговорился только за десертом:

— Друг мой, ЮНЕСКО платят своим экспертам довольно скудно, зато я много езжу по разным странам. А в своих разъездах по миру я завожу массу интересных знакомств, чтобы потом быть полезным своим новых друзьям. Ты, конечно, понимаешь, Джим, что все в нашем мире имеет свою цену. И услуги, которые я оказываю своим друзья, оплачиваются порой безумно щедро!

Помолчав, Аббас ненавязчиво поинтересовался:

— А какое, прости за нескромный вопрос, жалованье у тебя, друг мой?

Деннис нехотя назвал цифру, и араб удивленно поднял брови:

— Это месячное жалованье? Ах годовое… Да, с таким не разгуляешься…

— Что поделаешь — служба у «дяди Сэма» не предполагает зарубежных поездок и оказания приватных услуг друзьям, — хмыкнул Деннис.

— Недавно я вернулся из очередной поездки по Африке, — сообщил Аббас. — И познакомился с отличными парнями из Сьерра-Леоне — это на западном побережье континента. У них там небольшой, но весьма прибыльный бизнес. Ты слыхал что-нибудь о проекте «Побережье»?

Деннис помотал головой. Оставив восемь лет назад хлопотную службу спецагента в крупной международной корпорации, он был вполне удовлетворен спокойным местом шефа службы безопасности в референс-лаборатории и давно постарался выбросить из головы все мировые секреты.

— Это секретная правительственная программа ЮАР, имеющая отношение к химическому и биологическому оружию, — рассказал Аббас. — Проект был запущен еще в 1983 году для производства снаряжения оборонительного характера — противогазов, масок и костюмов химической защиты. Потом у них что-то пошло не так, и сотрудников обвинили в том, что программа вышла за рамки заявленных оборонительных целей. Пресса подняла вой, кого-то объявили в ЮАР персонами «нон грата» и даже отправили в тюрьму. Ну а основатели фирмы сумели не только вовремя удрать, но и вывезти в Сьерра-Леоне ценное оборудование. Усек, к чему я клоню, дружище?

Слегка осоловевший от еды и вина Деннис помотал головой.

— Не понимаешь? Ну как же! Для того чтобы создать качественный защитный костюм для биолаборатории, его нужно испытать в боевых условиях. Парням нужны опасные биологические агенты — возбудители лихорадки Эбола, болезни Марбурга, черной оспы, чумы. Мои друзья из Фритауна официально и под контролем ВОЗ ведут исследования в области микробиологии, но американские и европейские лаборатории не желают иметь с ними дело из-за сложностей в лицензировании. Все законно, друг мой! Законно и весьма щедро оплачивается. Вот меня и попросили раздобыть для их лаборатории в Сьерра-Леоне нечто особенное — ну, ты понимаешь, о чем я говорю?

Деннис понял и мгновенно насторожился. А Аббас, почувствовав настороженность собеседника, рассмеялся:

— Друг мой, неужели я похож на «черного микробиолога»? Я занимаюсь розыском предметов древнего искусства и ассирийской клинописью. А то, что я пытаюсь раздобыть для своих друзей нечто особенное — просто бизнес, разовая сделка! И если ты мне поможешь — то внакладе не будешь!

Деннис внимательно посмотрел на приятеля. Сытный ужин, вино и изысканная атмосфера заведения сыграли с ним злую шутку, и он решил немного поехидничать:

— Добыть для твоих африканских друзей что-нибудь особенное? А почему бы и нет? Я вырубаю охрану лаборатории, устраиваю в здании там пожар, а сам под шумок и вой сигнализации крадусь вдоль стеллажей хранилища и нагребаю в баночки образцы патогенов. Ха-ха-ха! А можно еще устроить наводнение…

Деннис поднял взгляд на араба — и словно подавился смехом и шуточками. Лицо араба исказилось свирепой гримасой, оливковые ладони яростно комкали край скатерти. Аббас выкрикнул какое-то ругательство, и Деннис тут же дал задний ход:

— Что с тобой, дружище? Ты сердишься? Но это ведь всего-навсего безобидная шутка!

Аббас начал успокаиваться и проворчал:

— Твоя глупая насмешка просто оскорбительна!

— Гм… Вот не думал, что ты не дружишь с юмором, Аббас! Извини!

— Я мусульманин, друг мой! И моя религия призывает к умеренности во всем. Если человек привыкнет все поднимать на смех, то из его сердца уйдет страх грехопадения. Такой человек постепенно забывает о смерти и об отчете за свои грехи. Так говорит Пророк, мир ему и благословение.

— О’кей, Аббас, я возьму эту мусульманскую истину на вооружение.

— И ты известишь меня, если появится возможность помочь нашим друзьям в Сьерра-Леоне, не так ли? Пойми: речь идет не о личном одолжении — парни платят очень щедро, а я беру за комиссию сущие пустяки.

Деннису очень не понравилась настойчивость Аббаса: араб прямым текстом склонял его к нарушению служебного долга. Неужели он дал понять, что готов к предательству?

— Все это так неожиданно, — промямлил он. — Не знаю, Аббас. Просто не знаю — смогу ли помочь тебе…

— Помочь не мне, а в первую очередь себе! — мягко поправил араб. — И потом: я не требую немедленного согласия, друг мой. А предлагаю