Сесил Форестер - Трафальгарский ветер

— Готов.

— Хорошо. Через пять минут можешь подавать. Парни обедают?

— Заканчивают, Ваше Сиятельство.

— Прекрасно. Тогда вместе с кофе прихвати сержанта Рикардо. Понял?

— Слушаюсь, Ваше Сиятельство.

Миранда сел обратно за стол, задумчиво отхлебнул глоток бургундского из своего бокала и вынул еще одну сигару из сигарного ящика.

— Ну что же, сеньоры, — заговорил он, выпустив струйку дыма, — обед наш подходит к концу, и я должен буду сообщить вам свое решение. Что касается меня, то я согласен на все ваши условия. Но есть еще сержант Рикардо. Мы должны узнать и его мнение. Я почти уверен, что он поддержит меня, но спросить его я обязан, хотя бы из вежливости.

— Вы могли бы просто приказать. Рикардо — сержант, а вы — полковник, не так ли? — заметил Барроу небрежным тоном.

Миранда улыбнулся и со вкусом затянулся сигарой, прежде чем ответил на этот каверзный вопрос.

— А как вы думаете, сеньор Барроу, что внесет больше неразберихи в дела вашего Адмиралтейства — смена Первого Лорда или замена Первого Секретаря?

С деланным смехом Барроу вскинул обе руки, признавая свое поражение:

— Вы меня убедили, граф. Зовите своего сержанта, говорите ему, что хотите, а я жду не дождусь, чтобы увидеть это чудо в человеческом облике. Должен признаться, что за всю жизнь не встречал человека, которому мог бы довериться в той степени, в которой вы доверяете вашему Рикардо!

Стук в дверь возвестил о появлении Гонсалеса с долгожданным кофе. За поваром в комнату вошел мужчина среднего роста, одетый просто, но довольно живописно. На нем были кожаные штаны в обтяжку, шелковая сорочка с вышивкой, короткая кожаная куртка, расшитая серебром, и изящные мягкие полусапожки с серебряными шпорами. Смуглое загорелое лицо и черные волосы свидетельствовали о его испанском происхождении, но крупный нос с горбинкой наводил на мысль, что среди предков Рикардо встречались представители индейской расы. Черные глаза с веселой искоркой в глубине зрачков внимательно оглядывали гостей. Гонсалес поставил на стол кофейник, чашки и еще один хрустальный бокал, собрал грязную посуду и испарился. Рикардо, повинуясь знаку Миранды, придвинул к столу кресло и сел.

— Рикардо Перейра, мой заместитель и верный друг. Прошу любить и жаловать, сеньоры, — церемонно представил сержанта дон Франсиско. — Сеньор Барроу, секретарь Адмиралтейства… сеньор Хорнблоуэр, капитан Флота Его Величества…

Рикардо приветствовал каждого из представленных коротким поклоном и уверенным рукопожатием. Покончив с церемонией представления, он откинулся на спинку кресла и выпил полный бокал бургундского, который, не спрашивая, успел налить ему Миранда.

— Благодарю вас, Франсиско, — сказал он с облегчением, ставя бокал обратно на стол. — Сегодня жаркий день, да и на учениях с меня семь потов сошло.

— Как идут дела? Все в порядке? — спросил Миранда.

— Да, все нормально. Жаль только, в Англии нет настоящих гор. А по этим стенам наши парни скоро будут забираться ночью с завязанными глазами. Возможно, нам стоит перекочевать в Шотландию, а, Франсиско?

— Почитай-ка лучше вот это! — с торжествующей улыбкой Миранда протянул сержанту ордер военного министра.

Рикардо прочитал бумагу, аккуратно сложил ее и, ни слова не говоря, протянул обратно. Затем налил себе еще бургундского, взял бокал в руку и снова развалился в кресле. Воцарилось молчание.

— Ну, что скажешь? — первым не выдержал Миранда.

— И какому же дьяволу ты продал наши души за этот ордер, Франсиско? Морскому?

На лице графа появилось оскорбленное выражение.

— Как ты можешь так говорить, Рикардо! Сеньор Барроу сам привез мне распоряжение военного министра. Я ни о чем его не просил. Все это оружие принадлежит нам без всяких условий. Мы можем получить его хоть завтра.

— Ну конечно. А потом оно будет еще десять лет ржаветь на причале. Или ты хочешь поднять восстание в Англии?

— Я понимаю ваш скептицизм, сеньор Перейра, — вмешался Барроу, — но в данном случае он не имеет под собой никаких оснований. Существует предварительная договоренность о транспортировке в Южную Америку как вашего снаряжения, так и ваших людей.

— Предварительная?.. Не нравится мне это слово, сеньор. А когда, позвольте спросить, намечается отплытие?

— В конце года, Рикардо, — ответил вместо Барроу сам Миранда. — В Америку отправляется на нескольких кораблях экспедиция под командованием коммодора Кларка, а мы отправимся вместе с ней.

— Что-то тут не так, — покрутил головой сержант. — В жизни так не бывает. Мы торчим в этой глуши почти год, а нам не удалось выбить из этих сквалыг и десятка ржавых мушкетов. А тут вдруг такой подарок! Я чую какой-то подвох. Рассказывай, Франсиско!

— Ты прав, разумеется, друг мой, — заговорил Миранда со вздохом. — Эти англичане, как и евреи, ничего не делают бесплатно. В обмен на оружие и доставку нас просят оказать одну услугу. Мы можем отказаться, но тогда на кораблях сеньора Кларка может не найтись местечка для нас и наших боеприпасов. Предстоит сначала съездить в Испанию и натянуть там нос этому выскочке-корсиканцу. Дело опасное, не скрою, но для себя я уже решил дать согласие. Теперь твое слово. Однако сначала я должен тебя предупредить, что в случае неудачи нам всем грозит гаррота.

— Какая разница, от чего умирать, — сказал Рикардо, — да и сомневаюсь я, что тебе грозит ошейник. Вряд ли власти решатся казнить позорной смертью потомка самого Алариха.

— Мои предки не имеют никакого отношения к этому делу! — воскликнул Миранда, слегка покраснев при этом. — Я сам буду отвечать за себя и разделю участь своих братьев по оружию, что бы ни случилось!

— Да успокойся ты, Франсиско, ничего ведь еще не случилось. Так что мы должны сделать? Украсть кого-нибудь из маршалов Бони? Или почистить его конюшню? Хотя нет, лошадей он держит в Париже, а не в Мадриде. Слушай, а почему бы нам не украсть самого Бони? Вот был бы подарочек королю Георгу!

— Не надо паясничать, Рикардо, — устало сказал Миранда. — Дело весьма серьезное, и не все, быть может, вернутся живыми. Красть никого не надо, разве что на время. Нам предстоит заменить приказ Наполеона адмиралу Вильневу на подложный, чтобы тот вывел свой флот в море, где его будут ждать английские корабли. Для этого достаточно подменить либо пакет в сумке курьера, либо самого курьера. Лучше, конечно, первое. Второе слишком рискованно.

Сержант Перейра отхлебнул еще глоток, поднялся с кресла и положил руку на плечо Миранды.

— Хорошо, Франсиско, я согласен. По правде говоря, мне так осточертел этот монастырь, что я готов отправиться не только в Испанию, но и в самое пекло, и натянуть нос не только Бони, но и Его Сатанинскому Величеству. Если мы этого не сделаем, нас похоронят на этом острове, и мы больше никогда не увидим снежные пики наших гор. Предлагаю выпить за удачу, сеньоры!