Остров Корфу – последний бастион Византии - Евгений Викторович Старшов

естественное при этом обнищание трудового народа должно было неминуемо привести к катаклизмам – и привело. В XII веке на богатый остров положили свой хищный глаз норманны, а местные восставшие им при этом помогли.

Глава 2

Норманны на Корфу: Роберт Гвискар и Боэмунд

«Эпоха викингов» (или норманнов – «людей с Севера») началась в Европе, как известно, с 793 г., когда ими был атакован и разграблен англо-саксонский монастырь на острове Линдисфарн. Скудость Скандинавии в плодородной почве в сочетании с фанатичным презрением к смерти, воспитанном в скандинавах их религией (в Вальгаллу – «рай» верховного бога Одина – попадали лишь доблестно павшие в битвах воины; историк мирового пиратства Ф. Архенгольц усмотрел прямую связь между духом скандинавских сказаний о гибели богов и буйной жизнью древних северян: «Эта воинственная религия внушала обитателям Севера презрение к жизни, заставлявшее их слепо бросаться в самую очевидную гибель и искать смерти как конца трудов своих и начала жизни за гробом»), вызвало невиданный всплеск агрессии этих «драконов» моря по отношению сначала к сопредельным странам (Англии, Франции, фландрским землям), а потом и более дальним – мы застаем их и на Руси, и в гвардии и войсках византийских василевсов, и даже в Магрибе. Скандинавы быстро перешли от грабительских походов к завоеваниям и созданию государственных образований – Киевской Руси, Данелага в Англии, герцогств Фрисландского, Нормандского и др. (причем – парадокс! – на их-то родине развитые государства, как таковые, появляются позднее!). Эпоха викингов в Италии несколько отличалась от того, что происходило в иных частях континентальной Европы. Дело в том, что во второй половине X века изрядная часть Италии была под властью арабов, и когда туда прибыли викинги и столкнулись с арабами, то христианское население встретило этих язычников чуть ли не как освободителей. Поэтому первый этап истории норманнов в Италии и был посвящен борьбе с арабами. Покончив с ними, викинги стали наниматься на службу к разным властителям, а то и городам Италии, окрестились и только позже, поразмыслив, решили не лить воду на чужие мельницы, а поработать на себя. «Природным» скандинавам пришли в подмогу их сородичи из основанного Рольфом Ходоком (ок. 860 – ок. 932 гг.) Нормандского графства (лишь позднее ставшего герцогством). Живо организовавшись, северяне завоевали Сицилию и южную часть Италии и образовали из этих двух составных частей свое собственное Сицилийское королевство.

Биографию Роберта Гвискара (чье прозвище переводится как «Хитрец»; 1016–1085 гг., в 1057–1059 гг. граф Апулии, с 1059 г. – герцог Апулии, Калабрии и Сицилии) сложно вместить в небольшой абзац. По словам хрониста Вильгельма Апулийского, он превосходил хитростью Одиссея, а красноречием – Цицерона. Его удачных подвигов хватило бы, наверное, на нескольких полководцев! Он прибыл из Нормандии в Италию в 1046 г., следуя примеру своих девяти (из 12) братьев – сыновей Танкреда д’Отвиля (ок. 980—1041 гг., родоначальника многих дворянских родов Франции и Англии), и начал службу простым наемником. Тут же проявив свои незаурядные стратегические таланты, он становится во главе отряда; потом мы застаем его ни много ни мало пленителем римского папы Льва IX (1002–1054 гг., на кафедре с 1049 г.). Потом Гвискар завоевывает земли в Апулии, воюет в Калабрии. Вот он уже и граф Апулии после своего брата Онфруа и 13 лет своей жизни кладет на то, чтоб окончательно вытеснить византийцев из Италии (1071 г.). Вместе с тем он вместе со своим братом Роджером по папскому благословению завоевывает у арабов Сицилию; отношения с папством у него сложные – пару раз его отлучали от Церкви, но он был слишком нужен папам в их политической борьбе, и конфликты быстро улаживались; правда, в 1084 г. Гвискар захватил и сжег Рим. К 1080 г. у Роберта созрел план захвата самой Византии, тем более что у него был благовидный предлог – его дочь Елена, несостоявшаяся жена сына свергнутого императора Михаила VII (1050 – ок. 1090 гг., правил в 1071–1078 гг.), томилась в Константинополе в заточении. Он запланировал высадиться на Балканах и совершить быстрый марш-бросок на Константинополь, и первым шагом в этом предприятии являлся захват Корфу с целью создания на нем базы для дальнейших военных операций.

Ход дальнейших событий реконструируется с определенным трудом, налицо некоторые противоречия. Попробуем разобраться, насколько возможно.

Анна Комнина (1083–1153 гг.), дочь противника Роберта императора Алексея I Комнина (ок. 1056–1118 гг., правил с 1081 г.), пишет в своей «Алексиаде»: «Роберт стянул к Бриндизи все свои военные силы: корабли и воинов. Кораблей было сто пятьдесят, количество воинов достигало тридцати тысяч. На каждом корабле находилось по двести воинов с оружием и лошадьми в расчете на встречу с вооруженными всадниками противника на другом берегу. С такими силами Роберт должен был направиться к Эпидамну, городу, который мы, по укоренившемуся ныне обычаю, называем Диррахием. В его намерения входило из Гидрунта переправиться к Никополю, захватить Навпакт вместе с прилежащими землями и находившимися вокруг крепостями. Но так как пролив между этими пунктами был шире, чем между Бриндизи и Диррахием, он, выбрав более быстрый путь и легкое плавание, предпочел отплыть из Бриндизи. Ведь стояла зима, солнце двигалось к южным кругам и, приближаясь к созвездию Козерога, сокращало продолжительность дня. Даже если бы он вышел из Гидрунта с началом дня, пришлось бы плыть ночью и, может быть, попасть в шторм. Чтобы избежать этого, Роберт решил на всех парусах отправиться из Бриндизи в Диррахий. Этим он сокращал длину пути, так как Адриатическое море в том месте сужается. Он не оставил сына Рожера наместником Апулии, как намеревался прежде. Не знаю по каким причинам, но он переменил свое решение и взял его с собой. По пути к Диррахию Роберт снарядил отряд, который напал на хорошо укрепленный город Корфу и некоторые другие наши крепости и захватил их. Ожидалось, что Роберт, взяв заложников из Лонгивардии и Апулии и обложив всю страну денежными поборами и данью, прибудет в Диррахий».

Дополним вышеизложенное: флот норманнов в апреле 1081 года повел на захват Корфу Боэмунд, сын Гвискара, позднее известный как Боэмунд Тарентский или Антиохийский (1054–1111 гг., князь Таранто с 1088 г., Антиохии – с 1098 г.) – будущий герой I Крестового похода (1096–1099 гг.). Корфиоты не оказали ему никакого сопротивления и сдались «перед именем Роберта». Ожидали и прибытия самого Роберта, однако он завяз с осадой Диррахия (бывшего Эпидамна). Анонимная барийская хроника, видимо, ошибочно сообщает о захвате Корфу Робертом, приводя, однако же, точную дату – 10 мая 1081 г.

Анна пишет далее: «Тем временем Роберт явился в Гидрунт, передал своему сыну Рожеру всю власть над этим городом и самой Лонгивардией, затем выступил из Гидрунта и прибыл в порт Бриндизи. Там стало ему известно о прибытии Палеолога в Диррахий; он сразу же приказал соорудить на больших кораблях деревянные, обитые кожей башни, доставить на суда все необходимое для осады, а также погрузить на дромоны коней и вооруженных всадников. Торопясь с