Джон Боуман - Остров Демонов

— Пустите меня! Пустите меня к нему! Тигр, не оставляй меня!

— Что происходит? — в ужасе спросила Маргерит.

Сан-Терре тихо переговорил с солдатом и вернулся к ним.

— Ничего особенного, мадемуазель, вам не стоит волноваться.

— Но что?.. — Маргерит направилась к кричащей женщине, которая, почувствовав интерес к себе, бросилась ей в ноги.

— Спасите меня! Позвольте мне ехать! Вы понимаете, я люблю его!

— Идем, милая… — начала Бастин, но замолчала, заметив слабый румянец на щеках своей воспитанницы и слезы в ее глазах, которых она не видела с тех самых пор, когда Маргерит узнала о смерти Пьера.

— Кто она? Почему она не может поехать с ним?

— Эта женщина, — сказал офицер извиняющимся тоном, — жительница этого города. Этот человек был освобожден из местной тюрьмы, и теперь она хочет ехать с ним.

Женщина перестала кричать и слушала, затаив дыхание. Потом она разразилась мольбой.

— Ради Бога, сударыня! Я люблю его! Он мой!

Маргерит посмотрела на девушку. Та была молода, ненамного старше ее самой. Затем удивленно повернулась к обросшему каторжнику. Тот скорчил просительную мину.

— Умоляю вас, мадемуазель. Она — моя маленькая любовь.

Маргерит перевела взгляд на Сен-Терра.

— Но почему?.. — спросила она. — Когда столько людей отказываются ехать…

— Она не подходит, мадемуазель.

— Не подходит? — Маргерит осмотрела потерянные и отчаявшиеся лица, грязные лохмотья и сбитые кандалами руки и ноги.

Бомон решительно шагнул вперед.

— Разве это нужно обсуждать? — сказал он, обращаясь к Сен-Терру. — Если мадемуазель желает!..

— Конечно, — торопливо согласился лейтенант. — Если мадемуазель желает этого!

— Я желаю! Желаю! — с нетерпением закивала Маргерит.

Женщина опустилась на землю, выражая облегчение потоком слез. Каторжники и остальные несчастные путешественники неожиданно завопили:

— Да здравствует принцесса! Святая! Святая!

Прежде чем кто-то успел его остановить, Тигр поймал полу накидки Маргерит и поднес ее к губам.

Маргерит отшатнулась, ужаснувшись диким крикам и его прикосновению. Бомон зло отшвырнул каторжника ногой.

Взгляд Тигра был глубоким и печальным.

— Я буду молиться за вас, мадемуазель. За ваше счастье… и вашу любовь!

Некоторое время она оторопело смотрела на него, а потом вдруг по ее щекам потекли слезы.

— Спасибо! — прошептала она. — Спасибо!

Отвернувшись, она заторопилась к трапу.

ГЛАВА 32

Каюта полубака находилась довольно высоко в носовой части корабля, но ее преимущества подавлял гигантский ют, возвышавшийся над судном подобно неустойчивой башне. Открытая палуба находилась почти вровень с ватерлинией. Каюта вице-короля располагалась на корме, и Маргерит была благодарна разделявшей их палубе, заваленной различной оснасткой и бухтами канатов.

Она совершенно не обращала внимания на ворчание Бастин относительно неудобств их каюты, предназначенной на Бог знает какое время стать их домом. Маргерит постояла в дверях, а потом вышла на палубу.

Происшествие на пристани взволновало ее, разбудив ощущения, которые, казалось, уже умерли в ней. Слова женщины: «Вы понимаете, я люблю его!»— снова и снова звучали в ее сознании. Так же отчаянно она любила сама, и эта любовь оказалась трагической. Невероятно! Даже Бастин не могла поверить, что любовь — это все! Она прошла на корму и облокотилась на перила. Ей не хотелось ничего чувствовать. И все же это казалось приятным и ненавистным одновременно: эти глубокие чувства и разбуженная реальность. Маргерит досталось так мало счастья, но оно так много для нее значило!

Давно забытые слезы снова ослепили ее. Внезапно она угадала, что сзади к ней приближается Бастин, и закрыла глаза рукой. Только бы не еще одна сцена, подобная той, что разыгралась в каюте. Бастин бранилась, а Маргерит лежала на кровати, пытаясь подавить рыдания.

— Вице-короля еще нет?

— Думаю, что нет, — выдавила Маргерит.

— Какой сегодня чудесный день, не правда ли?

Девушка посмотрела на яркое солнце, разноцветные паруса рыбачьих лодок, мелькающие среди голубизны моря, на две башни — Святого Николая и Цепную, которые охраняли гавань подобно двум братьям по оружию, высокому и низкому.

— Это доброе предзнаменование. Мы должны отплыть сего дня.

— Монсеньер де Сен-Терр подтвердил, что мой дядя намеревается это сделать. — Маргерит посмотрела на пристань. — Мы уже почти загрузились.

— Смотри! — показала Бастин. — Дикарь!

На пристани стоял мужчина, одетый по-дворянски, отличавшийся от остальных рыцарей только ростом, цветом кожи и словно гравированным профилем.

— Одна из девушек сказала мне, что он будет здесь, — возбужденно воскликнула Бастин. — Его взял в плен Картье и привез в подарок королю, и теперь он стал таким же французом, как и любой из нас, и даже перешел в нашу веру. Он остается здесь и женится на француженке. Только представь себе! Он пришел посмотреть на наше отплытие.

Маргерит была поражена его проницательным взором, который, казалось, видел через море тот лес, где он бродил когда-то, обнаженный, как младенец. Она вспомнила небрежное отношение Турнона к пленным туземцам и свою собственную реакцию. Как странно, должно быть, переместиться в другой мир, из которого нет возврата. Маргерит чувствовала его ностальгию и жадно смотрела на свою родину, которую ей, возможно, не суждено было больше увидеть. Вид нескольких отчаявшихся эмигрантов, которые все еще ждали, что их загонят в трюм корабля, тронул ее сердце. Возможно, они были добровольцами, разочаровавшимися в своей никчемной жизни, и настроились смотреть в лицо опасности в надежде на лучшую жизнь. Женщины не плакали, а мужчины не раболепствовали. Их лица были напряжены. Для них это был прыжок в неизвестность.

Изучающий взгляд Маргерит неожиданно наткнулся на молодого офицера, ожидающего приказа грузить своих подчиненных. Он не обращал внимания на каторжников, а внимательно смотрел на Маргерит, что в конце концов и привлекло ее взгляд.

Она почти уже отвела глаза, но вдруг изумленно застыла, а ее рот открылся.

— Маменька! — вскрикнула она и схватилась за перила.

Бастин подскочила к ней.

— Боже мой!

Офицер прижал палец к губам.

— Пьер! — ей показалось, что она закричала, но на самом деле ее голос был едва слышен.

Она ринулась к трапу, но Бастин сильно одернула ее.

— Ты хочешь его смерти?

Маргерит закрыла глаза.

— Это он? Это он?

— Слава Богу, он! — Бастин обняла девушку и почти силой повела в каюту.

ГЛАВА 33