Вильям Энсворт - Борьба за трон

— Это один из них? — тихо спросил Лент, пораженный его красивой наружностью.

— Это Бартоломей Уольмслей из Денкергальфа, — отвечал Роджер.

— Именно таким я и представлял его себе, — заметил предатель.

На самом же деле то был лорд Молинэ.

Чтобы окончательно сбить Лента с толку, мнимый Питер при входе незнакомца поднялся и отвесил ему почтительный поклон.

— А я не знал, что вы вернулись из Франции, мистер Уольмслей, — прибавил он.

— Я вернулся в Денкергальф уж более недели тому назад, — отвечал тот.

— Это мы запомним, — сказал Лент. — А это кто такой? — спросил он, увидя еще одного якобита.

— Лорд Молинэ.

— Ну, его милость не отличается внушительной наружностью и смахивает на обыкновенного горожанина, — заметил Лент.

Он продолжал еще всматриваться в мнимого лорда Молинэ, когда появился третий якобит, высокий, красивый мужчина в богатом костюме.

— Я, кажется, догадываюсь, кто это, — заметил Лент.

— Кто же это, по вашему мнению?

— Сэр Вильям Джерард.

— Верно, — сказал Роджер, едва удерживаясь от смеха.

То был сэр Роуланд Станлей.

— А вот этот, несомненно, сэр Роуланд Станлей, — продолжал Лент, подмигивая на вновь прибывшего посетителя.

— Верно. Вы очень быстро соображаете, сэр. Только не спутайте лиц.

— Я никогда не забываю лицо, которое однажды видел, — отвечал Лент. — Это кто такие?

— Первый — сэр Томас Клифтон, а тот, который идет за ним — мистер Вильям Диккенсон.

— Этот Клифтон удивительно похож да вас, Питер, — заметил Лент. — Можно подумать, что это ваш брат.

— Это мне очень приятно слышать, сэр, — громко сказал мнимый Питер. — Вот идут еще двое, — продолжал он. — Тот, который постарше, Филипп Лантон. Помоложе — Блонделл из Кросби.

— Мне всегда казалось почему-то, что Блонделл — молодой человек, — заметил шпион. — Ему, по-видимому, не больше лет тридцати. Это я отмечу в своей книжке.

Мало-помалу все нужные Ленту лица собрались. Усевшись посредине комнаты, они сделали вид, что о чем-то совещаются. Лент чувствовал, что вот-вот его вышвырнут отсюда вон и, желая предупредить такой случай, готовился уже исчезнуть из зала, как вдруг дверь широко отворилась и хозяин ввел нового незнакомца — сильного мужчину в малиновом камзоле, расшитом золотом, которого он называл мистером Траффордом.

Якобиты заволновались при его появлении.

— Извините меня, господа, что я помешал вам, — сказал Траффорд, снимая шляпу. — Я узнал, что вы здесь и приехал пригласить вас к себе в Траффорд, где я рад буду вас видеть.

— Что ж господа, едем, — сказал тот, которого Питер выдал за лорда Молинэ. — Нам здесь больше делать нечего.

— Конечно, — раздалось несколько голосов.

— В таком случае прошу вас следовать за мною, — сказал Траффорд.

И якобиты разом вышли из комнаты, оставив Лента в полном недоумении.

— Что это значит? — спросил он Роджера.

— Не могу понять сам, — отвечал тот. — Очевидно, собрание состоится у Траффорда в более интимной обстановке. Счастье, что они прежде всего заглянули сюда.

— Траффорд якобист и папист, но он не замешан в заговоре. Иначе мы могли бы их всех арестовать у него.

— Не советую вам этого делать. Если вы появитесь в доме Траффорда, то едва ли выйдете оттуда.

Между тем якобиты вышли во двор и, велев ожидавшим их слугам подавать лошадей, под предводительством лорда Молинэ, двинулись по направлению к Экклесу. Добравшись до этой деревеньки, славившейся в те времена своими пирогами, они сделали остановку.

— Я думаю, господа, что мы славно одурачили этого негодяя! — воскликнул лорд.

— По-видимому, нам это удается, — отвечал за всех Траффорд.

Поместье Траффорда, куда направлялась кавалькада, лежало среди прекрасного дубового леса, омываемого рекою Ирвелль. Дом был построен из черного и красного леса, как в те времена обыкновенно делалось в Ланкашире. Многие из этих домов впоследствии были срыты и уступили место новейшим зданиям, — такая участь постигла между прочим и дом Траффорда, — с которыми не было уже связано столько исторических воспоминаний.

Траффорды — один из древнейших римско-католических родов в Ланкашире — жили здесь еще до появления Вильгельма-Завоевателя. В те времена, к которым относится наш рассказ, все представители этого рода крепко держали сторону короля Иакова и пламенно желали вернуть ему престол. Но, отличаясь спокойным темпераментом, они не принимали участия ни в каких заговорах и уклонялись от всяких поручений сверженного короля.

Однако Траффорда нельзя было назвать равнодушным к — делу Иакова. Когда его друзья-якобиты обратились к нему в трудную минуту, он без колебаний дал им приют, навлекши таким образом на себя возможность судебного преследования. Прежде, чем явиться, как было у словлено, в гостиницу «Бычья Голова» в Манчестере, все участники этой мистификации собрались у Траффорда, который не хотел уже отпустить своих гостей, когда те сделали свое дело, и настоятельно просил их переночевать у него.

Мистер Траффорд устроил для гостей отличный ужин. Настроение царило самое веселое, и гости, сидя еще за столом, чокались стаканами, как вдруг вбежали дворецкий и несколько человек слуг и с испугом доложили хозяину, что прибыл капитан Бридж с голландскими драгунами и требует, чтобы его немедленно впустили.

Капитана Бриджа и в этой местности знали так же хорошо, как и в окрестностях Престона, и потому его появление привело в ужас все население Траффорда.

Что было делать? Следует ли сопротивляться? На этот вопрос все гости единогласно ответили отрицательно.

Дверь отворилась, и капитан Бридж, став у хозяйского конца стола так, чтобы ему видно было всех сидевших, сказал:

— Если бы мне не удалось застать вас всех вместе, господа, то я принужден был бы ехать к каждому из вас отдельно: мне приказано вас арестовать. Мистер Лент предупредил меня, что я застану всех вас у Траффорда. Так оно и вышло. Можно, стало быть, исполнить свою обязанность, не теряя много времени.

Раздались гневные крики, и плохо пришлось бы Ленту, если бы он оказался тут.

— Итак, вы не отпускаете нас домой! — вскричало несколько голосов. — У нас есть спешные дела.

— Никак не могу позволить это, — отвечал Бридж. — Я обязан отправить вас всех отсюда прямо в Лондон. Шестеро из вас будут заключены в Тауэр — лорд Молинэ, сэр Вильям Джерард, сэр Роуланд Станлей, сэр Томас Клифтон, мистер Бартоломей Уольмсей и мистер Вильям Дикконсон. Остальные будут посажены в Ньюгетскую тюрьму.

— Мне очень грустно расставаться с моими друзьями, — сказал Траффорд. — Не позволите ли вы им, — продолжал он, обращаясь к капитану Бриджу, — по крайней мере, остаться у меня до завтра.