Стратегия победы. Разгрома 1941 года не было - Елена Анатольевна Прудникова

войск, ВВС, ПВО и флотов в полную боевую готовность. Части поднимаются по тревоге и выводятся из спящих казарм и палаток в ближайшие окустья – в район сбора. Бойцам выдаются, как положено, патроны на руки – по 90 штук на винтовку. А скинуть следом короткий приказ вскрывать пакеты – минутное дело…

Этот приказ, судя по всему, и ушел следом за директивой без номера – он-то и был настоящей «Директивой № 1» – после 2 часов, примерно в 2.30… У Павлова по его команде пакеты вскрывали в 2.30-2.40, в КОВО начальник штаба Пуркаев давал команду действовать по плану, и Рокоссовский показал в мемуарах – он пакет вскрыл по команде из армии, еще до нападения…)

…В чем же цель сего драматического опуса с тяжело думающим вождем и молчащими членами Политбюро (эта картинка потом перекочевала в озеровские киноэпопеи)? Цель понятна – доказать, что основная причина поражений в том, что Сталин «проспал» войну. Не в состоянии армии, не в раздолбайстве округов, не в работе самих Жукова и Тимошенко, которые это раздолбайство не пресекли, даже когда вермахт стоял у наших границ, не в предателях из армейской верхушки. Сталин виноват – «не пущал» военных привести войска в боевую готовность, вот ведь злодей!

Той же цели служат и сопровождающие это «воспоминание» размышления:

«Испытывая чувство какой-то сложной раздвоенности, возвращались мы с С.К. Тимошенко от И.В. Сталина.

С одной стороны, как будто делалось все зависящее от нас, чтобы встретить максимально подготовленными надвигающуюся военную угрозу: проведен ряд крупных организационных мероприятий мобилизационно-оперативного порядка; по мере возможности укреплены западные военные округа, которым в первую очередь придется вступить в схватку с врагом; наконец, сегодня получено разрешение дать директиву о приведении войск приграничных военных округов в боевую готовность.

Но, с другой стороны, немецкие войска завтра могут перейти в наступление, а у нас ряд важнейших мероприятий еще не завершен. И это может серьезно осложнить борьбу с опытным и сильным врагом. Директива, которую в тот момент передавал Генеральный штаб в округа, могла запоздать и даже не дойти до тех, кто завтра утром должен встретиться лицом к лицу с врагом».

Вдумаемся, что означает последняя фраза? А она как раз и означает сказку об армии, погибшей в казармах.

Проблема пространства и времени в Генеральном штабе

Но это еще что! Существуют три (!) официально и полуофициально признанных текста самой директивы, два времени ее передачи и одно несовпадение в объеме. Помните, адмирал Кузнецов назвал телеграмму «пространной»? Так же охарактеризовал ее в своих воспоминаниях и маршал Баграмян. Но пресловутая «Директива № 1» по военным меркам является как раз очень короткой. Обычно военные с редким занудством расписывают кучу мелочей (вспомним хотя бы директивы ПрибОВО, где не забыты даже воронки и ведра – а ведь писал штаб округа).

Теперь о собственно тексте. Впервые он был опубликован в мемуарах Жукова. Забавно, что маршал даже вкратце не упоминает, что содержалось в отвергнутом вождем проекте, зато окончательный вариант приводит полностью.

«Военным советам ЛВО, ПрибОВО, ЗапОВО, КОВО, ОдВО

Копия: Народному комиссару Военно-Морского Флота

1) В течение 22–23.6.41 г. возможно внезапное нападение немцев на фронтах ЛВО, ПрибОВО, ЗапОВО, КОВО, ОдВО, нападение немцев может начаться с провокационных действий.

2) Задача наших войск – не поддаваться ни на какие провокационные действия, могущие вызвать крупные осложнения. (Вот он – характерный сталинский повтор-разъяснение! – Е.П.)

Одновременно войскам Ленинградского, Прибалтийского, Западного, Киевского и Одесского военных округов быть в полной боевой готовности встретить возможный внезапный удар немцев или их союзников.

3) Приказываю:

а) В течение ночи на 22.6.41 г. скрытно занять огневые точки укрепленных районов на государственной границе.

б) Перед рассветом 22.6.41 г. рассредоточить по полевым аэродромам всю авиацию, в том числе и войсковую, тщательно ее замаскировать.

в) Все части привести в боевую готовность. Войска держать рассредоточенно и замаскированно.

г) Противовоздушную оборону привести в боевую готовность без дополнительного подъема приписного состава. Подготовить все мероприятия по затемнению городов и объектов.

д) Никаких других мероприятий без особого распоряжения не проводить.

Тимошенко, Жуков. 21.6.41».

Для удобства назовем этот текст «длинным» (почему – станет ясно чуть ниже). Вообще-то это самый надежный вариант: опубликован в мемуарах маршала Жукова и в сборнике приказов наркома обороны РФ за 1938–1941 годы с архивной ссылкой «ЦАМО РФ. Ф. 48-А. Оп. 1554. Д. 90. Л. 257–259. Подлинник».

Несколько лет назад с подачи Марка Солонина пошла гулять фотокопия последней страницы рукописного оригинала пресловутой директивы[92]. Последние три пункта там выглядят совсем по-другому (зачеркнутый в оригинале текст выделен подчеркиванием). Этот текст мы назовем «коротким».

в) Все части, расположенные в лагерях, привести в боевую готовность. Войска держать рассредоточенно и замаскированно и зарывшись в землю.

г) В случае каких-либо провокаций со стороны немцев или их союзников ни на какие провокации не поддаваться, приняв все меры к немедленному урегулированию недоразумений мирным путем.

Эвакуация. Ни каких других мероприятий без особого разрешения не проводить».

Где же пункт про ПВО? А его нет! Получается, маршал придумал его, чтобы особо подчеркнуть невиновность Генштаба в сокрушительных результатах первых бомбежек? Не спешите, все еще любопытней, поскольку существует и третий вариант. Дело в том, что в Западном Особом военном округе не стали писать собственные директивы, а переслали на места полученный приказ. В документах ЗапОВО пункт в) выглядит следующим образом:

«в) все части привести в боевую готовность без дополнительного подъема приписного состава. Подготовить все мероприятия по затемнению городов и объектов».

Назовем этот, гибридный текст «павловским коротким». Он был опубликован дважды. Первый раз – в 1958 году в сборнике боевых документов Великой Отечественной войны с архивной ссылкой «Ф. 208. Оп. 2454сс. Д. 26. Л. 69»[93]. Второй раз – в «Военно-историческом журнале» № 5 от 1989 года с архивной ссылкой «ЦАМО. Ф. 208. Оп. 2513. Д. 71. Л. 69. Подлинник»[94].

Но и это еще не все! В сборнике документов фонда «Демократия» под названием «1941» приводится еще один приказ Западного особого, по тексту совпадающий с опубликованным в мемуарах Жукова (назовем его «павловский длинный». При этом он имеет тот же архивный номер, что и «павловский короткий»: «ЦАМО РФ. Ф. 208. Оп. 2513. Д. 71. Л. 69. Машинопись».

И это тоже еще не все! В сборнике 1958 года на «павловском коротком» приказе есть пометка: отправлен в войска 22 июня 1941 года в 2 часа 25 минут. В ВИЖе пометки более детальные: документ поступил в штаб округа в 0.44, отправлен в войска в 2.25 и 3.35. А вот на «павловском длинном» приказе стоит