Ирена Асе - Шпионские игры царя Бориса

— Императору нет дела до переживаний брата. Рудольф II пригласил к себе лучших звездочетов Европы — Тихо Браге, Иоганна Кеплера и просит их предсказывать будущее, чтобы реализовать интересы только одного человека — самого себя.

А разве не так ведет себя и твой царь Борис?

— Царь ищет дружбы с христианским императором. Но знаешь, какой подарок он прислал турецкому султану? Султан отправил в Москву к Борису Федоровичу посла с ценными подарками и подношениями, ища его дружбы, но государь всея Руси отослал ему всё это обратно с таким ответом: «Поскольку ты являешься исконным врагом христианства и брата нашего императора римского и прочих, мы не можем и не хотим быть твоим другом, а будем, пока живы, твоим врагом и что только можно будем делать тебе наперекор».

Мой царь послал также турку в виде ответного дара шубу из выдубленной добела свиной кожи в большом, крепко зашитом кожаном мешке, который был покрыт кусками блестящей парчи и наполнен свиным навозом. Этот подарок был принят турецким султаном с таким «почтением», что до настоящего времени от него в Москву не приезжал больше ни один посол.

Красавица улыбнулась. Власьев подумал, что его любовница оценила шутку — послать чуравшемуся свинины правоверному мусульманину свиной навоз и шубу из свиной кожи! Оказалось, Эльзу развеселило иное:

— Ты хорошо славишь своего цезаря, не будь у меня десяти поколений предков, участвовавших в придворных интригах и переговорах, я, пожалуй, могла бы поверить твоей шутке. А сейчас слушай внимательно. Я скажу тебе то, что никогда не сказала бы, если бы спала с тобой по приказу Рудольфа II.

Афанасий Иванович был поражен: «Да, что же, эта прекрасная ведьма мысли мои читает?».

А Эльза легонько дернула его за длинный ус:

— Только не говори, что не думал о такой возможности. Ты для этого слишком опытен. А теперь, повторюсь, я скажу тебе то, что никогда не сказала бы, будь я агентом Рудольфа.

Она слегка погладила явно забавлявшую ее окладистую бороду собеседника, а Афанасий вдруг обратил внимание на то, как увлекся разговором. Он уже не стеснялся того, что сидел обнаженным перед прекрасной женщиной. «Да кто она: ведьма-ведунья или ангел?» — растерянно подумал он.

А его чудесная любовница продолжила:

— То, почему император Рудольф не хочет посадить своего брата эрцгерцога Максимилиана на трон Польши, действительно загадка. Ведь, казалось бы, это выгодно для империи. Но, хотя Рудольф капризен, временами впадает в депрессию, а настроение Его Величества непредсказуемо, в политике он ничего не делает без причины. И, если вопреки очевидному, не хочет бороться за польский трон для брата, на то должны быть основания. Быть может, Нидерланды?

— А при чем тут Голландия? — Власьев перестал понимать ход мыслей собеседницы.

— Рудольф рано осиротел, воспитывался при дворе испанского короля. Если он и способен принять близко к сердцу что-либо кроме личных интересов, так это интересы испанских Габсбургов. А испанцы теряют свои нидерландские владения, для продолжения борьбы ищут союзников по всей Европе, заигрывают даже с Польшей.

Прекрасная австриячка встала, дав послу возможность полюбоваться собой в полный рост. Он восхищался тем, как Эльза гармонично сложена: сильные ноги, плотные, отнюдь не худые бедра, крепкая, пышная грудь (а ведь призналась уже, что не девочка, замужем побывала, 30 лет уже исполнилось, сын растет) и ни грамма жира. Искусительница вставила в подсвечник новые свечи, вместо почти сгоревших, зажгла их, чтобы любовник мог любоваться ею и дальше, после чего невозмутимо продолжила разговор о политике:

— Но все же то, что мой кузен Рудольф…

«Так вот, в сколь близком родстве с самим императором эта красавица!» — поразился Власьев…

— … не хочет попытаться свергнуть Сигизмунда не может быть связано только с пожеланиями испанцев. Что-то мешает ему начать сейчас войну с Польшей. Поймешь, что именно, поймешь и всё остальное. Быть может, дело все-таки в ситуации на Балканах. Она там меняется очень быстро и заставляет сильных мира сего менять свои решения. Подумай об этом. И вот еще о чем подумай, мой московит.

Обнаженная красавица ласково, почти призывно погладила его бороду.

— Подумай вот о чем. Быть может, сейчас, по мнению императора, обстоятельства складываются неблагоприятно для реализации плана твоего царя. Но в будущем все может измениться и, потому советник Румпф обещал тебе, что пришлет посла в Москву — возможно, император не хочет навечно отказываться от того, что предлагает твой царь.

Афанасий совсем иными глазами посмотрел на графиню Эльзу. Оказалось, она не только обворожительна, но и чрезвычайно умна. Восхищение вызвало желание, и посол стал ласкать любимую. Ее тело тут же отозвалось на его прикосновения и им стало не до разговоров о политике…

Утром появился Божан, накрыл стол. Эльза не стеснялась, что накрытая одеялом лежит при слуге в чужой постели. Когда француз вышел, при Афанасии оделась и, словно верная жена, позавтракала с ним. Запивая завтрак пивом (а что же еще пить в Пльзене?), спросила:

— Но что ты сделаешь, чтобы остаться в Пльзене?

— Для начала я заболею.

— Как так?! Ты болен?

Афанасий слегка улыбнулся — умнейшая женщина Эльза, а не поняла его примитивной хитрости. Он пояснил:

— А кто может определить, здоров я или болен? Тем более, врач у меня теперь свой — бывший студент Пражского университета. Ну а выгонять из города больного посла никто не станет. Сначала поболею в Пльзене, потом потребую встречи с эрцгерцогом Максимилианом. И мы еще будем вместе. К тому же у меня будет время, чтобы разобраться, почему император не хочет согласиться с планом моего царя.

Вот в последних фразах дипломат немного сместил акценты. Главным для него, как ни прекрасна была кузина императора, оставалось его поручение. Ну а, если необходимость пребывания в Пльзене совмещалась с возможностью поддерживать отношения с одной из красивейших аристократок Европы (а в том, что Эльзу можно назвать именно так, Афанасий Иванович не сомневался), доказывало лишь одно: жизнь прекрасна!

К тому же, буквально через несколько недель Афанасий Иванович убедился, насколько точно его мудрая любовница определила причину, по которой император Рудольф II отказывался заключить антипольский союз с царем Борисом. Произошло это, после того, как он познакомился с послом валашского господаря Михая Храброго, Петром Арменопулом.

Глава 13. В пороховом погребе Европы

…Знаменитый коронный канцлер и коронный гетман Польши Ян Замойский впервые в жизни столкнулся с тем, что польские гусары могут бежать с поля боя. А седовласый канцлер Польши за свою долгую жизнь много чего повидал. Еще в юности он ездил в Париж к принцу Генриху Анжуйскому уговаривать того принять польскую корону. В зрелом возрасте Ян Замойский обеспечил избрание польским королем знаменитого Стефана Батория, после чего женился на его племяннице. Уже будучи пожилым, коронный гетман разгромил армию эрцгерцога Максимилиана, взял его в плен и тем обеспечил польский престол нынешнему королю Сигизмунду.