Российская империя и «страна пирамид» (Египет). История в датах и лицах - Игорь Петрович Сенченко

и генеральному консулу в Египте, подписать контракт [заключен 25.11.1875] с египетским правительством».

Согласно условиям этого контракта все принадлежавшие Египту акции Суэцкого канала переходили в руки Англии. Британское правительство выплачивало «хедиву 4 млн. ф. ст. [за 177 тыс. акций, что составляло 44% акций компании Суэцкого канала], а так как он еще в 1865 г. продал Обществу канала купоны на 30 лет, то Египет обязался платить 5% со стоимости акций в продолжение 19 лет».

Кроме того, группа английских банкиров предложила «хедиву купить у него за 40 млн. франков принадлежащее ему право [согласно концессии] на 15% с дохода, приносимого каналом, в случае если доход этот превысит 5%».

Помимо всего сказанного, сообщал И. М. Лекс, английские банкиры хотели «купить у вице-короля и земли по обеим сторонам канала», которые принадлежали тогда «Обществу пополам с хедивом»[157].

Состояние финансов в Египте требовало должной экспертной оценки и соответствующих предложений насчет того, что следовало бы предпринять. Хедиву не оставалось ничего другого, как обратиться за помощью к европейским странам. Выбор его пал на Британию. Он рассчитывал на скорое прибытие в страну нескольких английских специалистов в области финансов, которые предложили бы ему план погашения задолженности и выхода страны из кризиса.

«Два месяца тому назад, – говорится в частном письме И. М. Лекса (от 14.12.1875) директору Азиатского департамента МИД, – хедив обратился к английскому правительству с просьбой прислать в Каир 2-х опытных финансовых чиновников для приведения в порядок отчетности и для составления бюджета. Проходит какое-то время и вдруг является в Египет целая английская комиссия, имея во главе г-на Стивена Кейва, главного казначея Англии, одного военного представителя и 2-х чиновников Министерства иностранных дел»[158].

Задача их состояла в том, как полагал И. М. Лекс, чтобы собрать полную информацию о положении дел в стране, и, используя ее, утвердить в Египте свое финансовое и политическое влияние, а если удастся, то и вовсе подвести Египет со временем под вассалитет Англии.

«Хедив, – докладывал И. М. Лекс, – решил не допускать прибывшую к нему английскую комиссию к внутренним делам Египта. Дозволил ей только дать египетскому правительству некоторые финансовые советы, которые он сам решит принять или нет».

Подозревая, указывал И. М. Лекс, что Нубар-паша, тогдашний глава египетского правительства, «неправильно донес до английского правительства желания вице-короля», Исмаил-паша «сильно на него разгневался и держит в полнейшем загоне».

«Завтра [15.12.1875], – писал И. М. Лекс, – ожидается прибытие Лессепса». Едет он сюда, по словам египетских чиновников, «с намерением предложить хедиву купить у него принадлежащие ему права учредителя Суэцкого канала и владельца земли по берегам канала, которые уже теперь принадлежат Компании пополам с египетским правительством. Французы, видимо, опомнились, наконец, и не хотят дозволить, чтобы их произведение [Суэцкий канал] перешло окончательно в руки англичан»[159].

Результатом переговоров египтян с Лондоном и Парижем и компромисса, достигнутого между английскими и французскими держателями египетских ценных бумаг, стало создание Кассы египетского государственного долга (декретом хедива от 02.05.1876). Касса аккумулировала весь долг Египта – и консолидированный, и вексельный.

18 ноября 1876 г. был опубликован декрет хедива, содержавший постановления по Кассе. Долг подразделялся на несколько категорий и подлежал выплате в течение 65 лет. Представителем Англии в Кассе в составе четырех иностранных комиссаров (Англии, Франции, Италии и Австро-Венгрии) Лондон назначил Эвелина Бэринга (прибыл в Каир 2 марта 1877 года). До этого он четыре года состоял личным секретарем лорда Нортбука, своего кузена, занимавшего в 1872–1876 гг. пост генерал-губернатора Индии. Вслед за Бэрингом пожаловали в Египет и финансовые контролеры: барон де Маларэ, французский чиновник, уполномоченный наблюдать за расходами египетской казны; и английский чиновник М. Ромэйн, назначенный следить за доходами (с предложением об установлении «двойного контроля» выступила миссия Гошена и Жубера, посещавшая Египет в начале ноября 1876 года). Под контроль Кассы перешли налоговые поступления с четырех богатейших аграрных провинций Египта, а также таможенные табачные акцизы. Вскоре под международный уже контроль подпали железные дороги и порт в Александрии.

Опережая хронологию повествования, скажем, что в 1878 г., после работы, проделанной специальной комиссией по расследованию финансового состояния Египта, международный контроль распространили и на недвижимую собственность самого хедива. Расходы дворца ограничили цивильным листом, а личные поместья Исмаила-паши передали лондонскому банкиру Ротшильду под гарантию нового займа. Главными членами этой комиссии во главе с Фердинандом де Лессепсом являлись сэр Чарльз Риверс Вильсон (де-факто он и руководил этой комиссией), майор Эвелин Бэринг (впоследствии лорд Кромер), М. Кремер-Баравелли, месье де Блиньер, а также один египтянин – Рийад-паша.

Создание Кассы мало изменило бедственное положение страны. И 28 августа 1878 г. хедив по требованию упомянутой выше специальной следственной комиссии передал управление страной «европейскому кабинету», как он фигурирует в анналах истории Египта, поскольку, наряду с египетскими министрами, должности в нем получили и министры-иностранцы (англичанин и француз). Во главе кабинета встал Нубар-паша, христианин армянского происхождения. Будучи тесно связанным с банкирами Англии и Франции, он также возглавил – с их подачи – внешнеполитическое ведомство страны и министерство юстиции. Кабинет этот, подлинным руководителем которого хронисты называют Риверса Вильсона, фактического главу специальной следственной комиссии, возглавившего Министерство финансов, имел право накладывать вето на любое решение вице-короля. Долговой комиссар, француз де Блиньер, был назначен министром общественных работ. Представители Австро-Венгрии и Италии получили посты генерального контролера и товарища министра финансов, а Рийад-паша – портфель министра внутренних дел.

Исмаил-паша, узрев, что Нубар-паша Нубарян (1825–1899), находясь под влиянием европейцев, делами, как должно, не руководит, и что Египет де-факто переходит под их управление, кабинет министров распустил. Его решительно поддержали египетские националисты, костяк которых представляли офицеры. В это время, на волне подъема национального движения в патриотических слоях общества, возникла и выступила на его стороне первая египетская политическая партия «Ватан» («Отечество»), выдвинувшая лозунг «Египет для египтян».

Реакция их на все происшедшее в Египте последовала незамедлительно. Вследствие протеста, высказанного турецкому султану Англией и Францией (поддержала их и Германия), Исмаил-паша под давлением Порты престол утратил (26.06.1879). Новым хедивом Египта стал его сын Тауфик-паша (правил 1879–1892).

Сам хедив Исмаил вместе со своим гаремом и двумя сыновьями Египет покинул. 30 июня его яхта пришла в Неаполь, где он и доживал свой век.

Возвращаясь к рассказу о годах 1876–1877-ом в деятельности И. М. Лекса в Египте, предшествовавших начавшейся в апреле 1877 г. новой русско-турецкой войне, следует сказать, что немалое внимание в своих донесениях, наряду с описанием внутреннего положения в стране, он уделял обзору состояния отношений Египта с Россией, Турцией и Англией.

Хедив, как можно понять из частных