Пантеон и царский культ в Коммагене. Эпоха Митридата I Каллиника и Антиоха I Теоса. Историко-археологическое исследование - Сергей Владимирович Обухов

можно наблюдать и в Древней Армении, где царь Тигран II Великий (I в. до н. э.), как показал Г.Х. Саркисян, обожествлялся и отождествлялся с божеством Вахагном-Гераклом[664] и в Кушанском царстве, владыкам которого Геракл также передавал силу и мощь, как об этом свидетельствует изображение чаганианского правителя и данного божества на терракотовом медальоне из Халчаяна. Г.А. Пугаченкова, опубликовавшая этот медальон, интерпретировала фигуру справа от правителя как наследника престола[665]. Однако это сомнительно и, скорее всего, это Геракл-Веретрагна.

Несколько слов о символическом значении венков, состоящих из лучей, на голове фигуры Артагна-Геракла-Ареса на барельефах. Как пишет Л.А. Кемпбелл, они являются символом силы и царской победы, а также власти[666]. Такие же точно венки получают сасанидские цари Шапур I и Бахрам от Оромазда[667]. Венок у Артагна-Геракла-Ареса является еще одним аргументом в пользу его принадлежности к древнеиранской религиозной традиции.

О культовой практике почитания Артагна-Геракла-Ареса в Коммагенском царстве почти ничего неизвестно. Можно лишь высказать некоторые предположения. В царском святилище Арсамеи-на-Нимфее на цокольной площадке III, на юго-западной стороне святилища, где был установлен один из упомянутых барельефов со сценой рукопожатия царя и Артагна-Геракла-Ареса, расположен вход в большой тоннель с полукруглым сводом, вырубленный в скале. Длина тоннеля 158 м, в конце он расширяется, а в некоторых местах его ширина доходит до 3,2 м. Выхода тоннель не имеет[668]. Подобный тоннель, о котором мы уже говорили, был вырублен в скале около цокольной площадки I, также находящейся на юго-западной стороне святилища. Его общая длина 15 м. Он разделен на галерею, переходящую в прямоугольную платформу и квадратную комнату со сторонами длиной 5 м каждая[669]. Некоторые исследователи, например, Ф.К. Дёрнер, считают, что оба помещения связаны с почитанием Митры[670]. Мы согласны с этой точкой зрения, но только в отношении тоннеля у цокольной площадки I. Помещение у цокольной площадки III могло использоваться иначе. Можно предположить, что там проводились какие-то священнодействия, в ходе которых царю даровалась сила и победоносность, и барельеф с Артагном-Гераклом-Аресом у этой цокольной площадки разъяснял суть этих церемоний[671]. Подробностей обрядов мы не знаем, поскольку они были скрыты от глаз непосвященных. Кроме того, соседство двух помещений, в одном из которых почитался Аполлон-Митра-Гелиос-Гермес и царь становился его воплощением, а в другом проводились церемонии, в ходе которых царь приобретал черты победоносного владыки, отражает тесную связь в древнеиранской религии Митры и Веретрагны. В нашем же случае такая связь просматривается между Аполлоном-Митрой-Гелиосом-Гермесом и Артагном-Гераклом-Аресом. Надо отметить, что и в позднейшем митраизме Веретрагна-Геракл играл одну из ключевых ролей в мистериях Митры и часто изображался в образе свирепого вепря[672].

Кроме разобранных выше барельефов, на Восточной и Западной сторонах Нимруд-Дага при Антиохе I, наряду с прочими статуями богов, были воздвигнуты изваяния Артагна-Геракла-Ареса. Обе статуи находятся у правого края пантеона коммагенских богов. Статуя божества выполнена в персидском одеянии – в сараписе, персидских штанах и сапогах, как и у других богов мужского пола. Единственный атрибут греческого Геракла на статуях – суковатая палица. У его головы, которая была обнаружена отдельно от туловища, лицо позднегреческого типа, усталого, нуждающегося в отдыхе героя. Узкий лоб с угловатыми бровями, глубоко сидящие глаза, широкие скулы, полуоткрытый бесформенный рот, суммарно показанная борода – все это создает впечатление грубой работы. В правой руке Артагн-Геракл-Арес, как и другие боги, держит барсом[673]. Голова божества увенчивается остроконечной тиарой, аналогичной головному убору Зевса-Оромазда[674]. Иконография статуй Артагна-Геракла-Ареса резко отличается от иконографии этого божества на барельефах царских святилищ, поэтому прав Х. Дерри, утверждающий, что нельзя на основе иконографии этого божества на барельефах говорить о чисто греческом характере его культа[675]. Оно – синкретическое, впрочем, как и остальные божества коммагенского пантеона.

Рис. 26. Статуя Артагна-Геракла-Ареса с Восточной террасы Нимруд-Дага (фото автора)

Интересной аналогией статуям Артагна-Геракла-Ареса из Нимруд-Дага может служить изображение на терракотовой плитке из Барратепе (Древняя Бактрия), датирующееся кушанской эпохой. По мнению К. Абдуллаева, на ней представлена фигура Геракла-Веретрагны с явным преобладанием черт первого, так как божество в иранском костюме, сапогах, его голова перехвачена начельной лентой, на плечи накинута звериная шкура, правая рука держит занесенную над головой сучковатую палицу. Более или менее аналогичная терракотовая плитка из Кара-Пичок позднекушанского времени изображает царя в образе Геракла-Веретрагны. Поэтому К. Абдуллаев заключает, что в коропластике образ Геракла приобретает синтезированные черты греческого и иранского влияния[676]. Веретрагна (без палицы) представлен и на некоторых монетах кушанского царя Канишки. По своей иконографии его фигура на монетах более или менее соответствует изображению этого божества на указанных плитках[677].

Рис. 27. Голова статуи Артагна-Геракла-Ареса с Восточной террасы Нимруд-Дага

(фото автора)

Рис. 28. Голова статуи Артагна-Геракла-Ареса с Западной террасы Ннмруд-Дага

(фото автора)

Подводя итог, можно сказать, что Артагн-Геракл-Арес и его культ являются одной из важнейших составляющих коммагенского пантеона и царского культа. Главная функция этого божества состояла в наделении царя мощью и победоносностью, поэтому Веретрагна представляется центральным элементом культа с несомненным иранским оттенком, несмотря на его греческую иконографию на барельефах Арсамеи-на-Нимфее и Нимруд-Дага. Присутствие же Ареса в культе, видимо, связано с местным малоазийским влиянием. Артагн-Геракл-Арес входил в круг синкретических божеств, пользующихся широким распространением в период позднего эллинизма на Ближнем Востоке и в Малой Азии.

§ 5. Некоторые общие замечания о коммагенском царском пантеоне и официальной религии Коммагенского царства

Завершая анализ коммагенского царского пантеона и его связи с царской идеологией и культом, нельзя не остановиться на вопросе о характеристике сущности официальной религии Коммагены.

Прежде всего стоит поставить вопрос о наличии в Коммагене зерванистских верований. Зерванизм – одно из течений зороастризма. Оно называется так по имени главного божества – Зервана, то есть беспредельного вечного времени, которое является отцом и матерью двух духов-антагонистов – Ахура-Мазды и Ангро-Манью (Ахримана). С точки зрения зерванизма Ахура-Мазда считался покровителем духовной светлой стороны бытия, Ахриман – темной, материальной[678]. Вся проблема заключается в том, насколько рано появилась эта доктрина, насколько рано Зерван стал считаться отцом и матерью (он – двуполое существо) двух близнецов-врагов: доброго и злого духов. Не исключено, что божество Зерван относится к дозороастрийскому пласту иранских верований и связано с почитанием такой аморфной и мало определенной категории, как время. В так называемых «табличках крепостной стены» – хозяйственных документах из архива персепольского дворца ахеменидских царей Дария I и его сына Ксеркса, относящихся в основном к концу VI – началу V в. до н. э. фигурирует теофорное имя Izrudukma[679], переводящееся с эламского на древнеперсидский язык как *Zru[va]taukhma, т. е. «из семени Зервана»[680].

Доктрина об отцовстве и материнстве