На задворках империи - Виктор Иванович Носатов

– Не надо! – твердо сказал Джилрой. – В крепости теперь каждый штык на счету. Я пошлю с донесением своего погонщика.

– Вы уверены, что он дойдет?

– Конечно дойдет. Не будут же патаны хватать мальчишку, спешащего с городского базара домой.

– Но они могут обыскать его и найти донесение, – предположил майор.

– Ну что ж, я учел и такую возможность, а потому не собираюсь писать донесение с тем, чтобы спрятать его в складках одежды. Мальчишка все передаст устно.

– А не напутает?

– Я вот уже несколько месяцев готовлю его для «Большой игры», и за это время он уже кое-чему научился. А теперь мне нужны самые последние данные, добытые вашими разведчиками. Завтра утром мой посыльный будет уже далеко от Читрала.

На следующий день Джилрой в сопровождении командира батальона кашмирцев капитана Коллинза осмотрел крепость, которая представляла собой квадрат со стороной в восемьдесят ярдов и располагалась на самом берегу реки Читрал, – так что с водой проблемы не было. Стены, сложенные из массивных каменных блоков, имели двадцать пять футов высоты и восемь футов толщины. По углам высились квадратные башни на двадцать футов выше стен. Пятая башня, предназначенная для защиты водозабора, была выдвинута к реке, так что до обреза воды оставалось не более двадцати шагов.

Джилрой сразу же отметил для себя сильные стороны цитадели, которая и с малым гарнизоном могла продержаться неделю и даже целый месяц, в зависимости от интенсивности артиллерийского и ружейного обстрела. Но он также увидел и серьезные недостатки, мешающие долговременной обороне. Прежде всего его поразил тот факт, что большинство построек внутри крепости были деревянными и при обстреле зажигательными снарядами и пулями могли воспламениться. Большую помеху создавали также и строения, прилепившиеся к крепостным стенам с внешней стороны. Но самая большая неприятность была в том, что внутренняя территория цитадели простреливалась не только с близлежащих скал, но и с высоких деревьев, в изобилии растущих вокруг. Именно поэтому подготовка к обороне потребовала внутри крепости некоторых конструктивных переделок.

О своих наблюдениях и выводах лейтенант доложил майору Якобсону, на что тот недовольно пробурчал:

– Чем советы давать, вы лучше бы разведку у меня наладили. Я до сих пор точно не знаю, какими силами и средствами располагает противник, уже захвативший северную окраину Читрала.

– Так давайте сделаем вылазку, – сразу же загорелся лейтенант. – Дайте мне взвод сикхов, и я проведу разведку боем!

– Идея не новая, – съязвил майор, – но в нынешнем нашем положении и в самом деле ничего другого не придумаешь. Только я поручу это дело капитану Коллинзу. Не хочу отвечать за вас перед полковником О’Нейлом.

Коллинз организовал вылазку небольшим отрядом кашмирцев. Наткнувшись на разрозненные отряды горцев, порознь входящие в город, капитан приказал атаковать противника. Но, как только завязался бой, с гор на подмогу патанам хлынул целый поток вооруженных ружьями и пиками фанатиков, которые сломали плотный строй британских солдат и, вопя и завывая, гнали их до самых ворот крепости. Капитан, потеряв в этом бою больше половины людей, сам был тяжело ранен.

На следующий день воинственные горцы плотным кольцом окружили крепость и начали правильную осаду. Засевшие на скалах стрелки открыли хоть и редкий, но прицельный огонь по передвигающимся внутри цитадели людям. И в первый же день убили с десяток солдат, вдвое больше ранили.

– Если так пойдет и дальше, то мы не сможем продержаться до прибытия подкрепления, – заключил майор, когда вечером ему доложили о потерях. И тут же приказал: – Всем передвигаться по крепости только ночью. Днем остаются лишь наблюдатели и дежурные огневые средства для внезапного отражения атаки противника.

На следующий день потери уменьшились вдвое, но для небольшого отряда защитников крепости и они были ощутимы.

– Когда же прибудет подкрепление? – то и дело повторял Якобсон, наблюдая, как с гор спускаются все новые и новые отряды горцев.

Вот уже который день, внимательно наблюдая за противником, Джилрой с удивлением отметил про себя тот факт, что, несмотря на прибытие новых мятежников, общее их количество вокруг крепости почему-то не увеличивается.

Он поделился этим своим наблюдением с майором, но тот, занятый подбадриванием сипаев, запуганных несметной силой, спускающейся с гор, лишь отмахнулся от него, как от назойливой мухи.

Тогда лейтенант во время своего дежурства начал заносить на бумагу основные признаки, характеризующие каждый отряд читральцев, направляющийся к крепости. Немного, но они отличались друг от друга. Где одеждой, где необычным, зачастую средневековым вооружением, а где и разноцветным и разнокалиберным подобием знамен. К концу следующего дня он был просто ошарашен полученными результатами. Оказывается, некоторые из якобы пришедших с гор новых отрядов он уже видел и день и два назад.

Джилрой был наслышан о военной хитрости горцев, но и предположить не мог, что они додумаются дурачить их, пуская по кругу одни и те же вооруженные формирования, которые под покровом ночи уходили в горы, а утром под видом новых сил открыто выдвигались к цитадели.

Лейтенант не стал докладывать об этом начальнику гарнизона, а решил еще раз проверить результаты своих наблюдений. На следующее утро он пригласил на свой наблюдательный пост двух офицеров, не задействованных на службе, и воочию показал им, как мятежники своими хитрыми маневрами стремятся вызвать в рядах защитников смятение и страх.

– И это им явно удается! – удрученно воскликнул один из офицеров. – В моей роте только и слышны разговоры о несметных силах, окруживших цитадель, о том, что в крепости скоро наступит голод. Все это деморализует солдат и ведет к упадку их боевого духа.

– Вот теперь вы можете откровенно сказать своим подчиненным о том, что их попросту дурачат, раздувая свою силу, как мыльный пузырь, который лопнет от первого же решительного укола британского штыка!

Якобсон не сразу поверил словам Джилроя о ночных маневрах горцев, но, после того как офицеры подтвердили подлинность слов разведчика, майор в порыве искренней благодарности обнял лейтенанта:

– Я знал, что вы профессионал своего дела! Но о таком подарке я и не мечтал. Ведь все эти их маневры говорят прежде всего о том, что сил для окончательного штурма у противника недостаточно. А это значит, что у нас есть шанс продержаться до прибытия подкрепления. Только сколько еще времени придется ждать помощи? Прошло четыре дня, а из Малаканда ни людей, ни вестей, – грустно добавил он, – наверное, и ваш посыльный так и не смог добраться до основных сил…

– А вы, – обратился Якобсон к своим офицерам, – расскажите подчиненным о том, как их дурачат. Для большей убедительности сводите наиболее смышленых солдат на пост наблюдения да покажите им все воочию.