Царь и Бог. Петр Великий и его утопия - Яков Аркадьевич Гордин

болворку, и делалиб скоряе. И ныне разделено им всякому по болворку, и кому где определено, тому в сем писме ведомость. А дерновая работа уже гораздо худа, для того что здесь уже снег пал.

Артилерию, что надлежит к наличному, велел готовить.

Гварнизон, по данным Мусину пунктам, чтоб было в 13,000, и о сем говорил я, и господин Стрешнев людей боярских доставил к смотру, и ныне их смотрю, также господин Иванов рекрут, и господин Курбатов посацких. Хотели поставить вскоре, а как их пересмотрю, буду смотрить ланс-армею.

Сын твой Алексей.

Из Преображенского.

Ноября в 8 д. 1707.

К письму Алексей приложил весьма значимый документ, свидетельствующий о реальном положении в этот момент наследника престола.

Ведомость, кому где определено смотрить работы.

У Боровицких ворот, господин Головин.

В Ахотном ряду, господин Мусин.

В том же месте, на ковалерии, господин Бутурлин.

Меж Ахотного и Тележного рядов, господин Стрешнев.

В Тележном ряду, господин Гагарин.

У Илиинских ворот, господин Прозоровской.

От Василиевского саду до Москворецких ворот, господа Салтыков и Хованской.

От Москворецких ворот до Водовзводной башни, господин Лвов.

Иван Алексеевич Мусин-Пушкин – будущий «первый сенатор» и граф, любимец Петра и влиятельнейший вельможа; Тихон Никитич Стрешнев – глава Разрядного приказа, фактический военный министр, один из ближайших к царю людей; Петр Иванович Прозоровский – глава Приказа Большой казны и Оружейной палаты, ведал государственными финансами; князь Матвей Петрович Гагарин – в тот момент комендант Москвы, а впоследствии сибирский генерал-губернатор.

И всех этих «сильных персон», крупнейших сановников государства семнадцатилетний Алексей своей властью обязал надзирать за фортификационными работами. Известно, что, например, Мусин-Пушкин занимался этим весьма активно.

Разумеется, работы по укреплению Москвы начались раньше прибытия туда царевича, но очевидно, что он постарался систематизировать эти усилия и ускорить работы.

Кроме фортификационных работ, в сфере ответственности Алексея оказалось и формирование пополнений для действующей армии и тех воинских частей, которые он в письмах называет «ланс-армеей». Это было своеобразное ополчение, вооруженное и обучаемое, как и прочие войска, но долженствующее нести службу именно в Москве.

Имеются документальные подтверждения того, что Алексей проводил смотры «ланс-армеи» и выбраковывал негодных для службы.

Милостивейший Государь Батюшко,

в гварнизоне было здесь всего 2,500, и я ныне отдал в гварнизон 2,000 из людей боярских, а третею отдам, чаю, вскоре. Также изо всех Приказов и концелярий смотрил салдат и козаков, и велел им ружья роздать и учить. И как выучатся, отдам в гварнизон же; а рекруты еще не бывали: будут вскоре, и я ныне смотрю ланс-армею.

Сын твой Алексей.

Из Преображенского.

Ноября в 22 д. 1707.

Регулярные рекрутские наборы начались еще в 1705 году – после указа от 20 февраля этого года. К моменту приезда Алексея в Москву начался третий рекрутский набор. Этим важнейшим и крайне трудным делом занималось ведомство опытнейшего Тихона Никитича Стрешнева – Разрядный приказ и образованный в результате слияния Иноземного и Рейтарского приказов Приказ военных дел. К концу 1707 года в армию были призваны десятки тысяч людей разного социального положения – как крестьян, так и посадских. К этому времени в России еще имелись так называемые «вольные и гулящие государевы люди», которых старались вербовать в кавалерию.

Роль Алексея в непосредственном сборе рекрутов до поры была невелика, но он явно старался контролировать поступление рекрутов и доносил царю о ходе набора. Он занимался пополнением и формированием московского гарнизона, вооружением и обучением как регулярных частей, так и «ланс-армеи». Но он считал нужным заниматься и делами конкретного управления.

Милостивейший Государь Батюшко,

извествую тебе Государю: по вся недели, три дни, съезжаются министры в концелярию, в верх, и что определят, все подписывают своими руками, и что зделано и подписано, и с того копия послана з господином Адмиралом к тебе Государю, и что будет впред, буду писать. А Василья Корчмина выслал отсюда Генваря в 13 д., и концелярию ево велел взять господину каменданту, а он хотел ее зделать у себя в Приказе столом; также и все припасы велел ему ведать, что к строению фортеции надлежит.

Сын твой Алексей.

Из Преображенского.

Генваря в 16 д. 1708.

Ясно, что Алексей чувствовал доверие отца и не только контролировал исполнение царских повелений, но и принимал самостоятельные решения.

Хотя ситуация с Корчминым неясна. Василий Дмитриевич Корчмин был одной из ключевых фигур в военной деятельности петровского царствования. Получивший инженерно-техническое и математическое образование в Европе, он был талантливым и умелым фортификатором и организатором артиллерийского дела. Он принимал непосредственное участие в боевых действиях, руководя осадными работами.

В мае 1707 года он был направлен Петром в Москву – «велено ему на Москве ведать всю артиллерию и при ней что есть и устроять по его разумению». Известно, что все месяцы пребывания в столице Корчмин занимался и фортификационными работами. Те укрепления, которые Алексей описывает в первом письме Петру, это результат деятельности Корчмина.

И выражение «А Василья Корчмина выслал отсюда» не надо понимать в уничижительном смысле. Отправляя Корчмина из Москвы и поручая его «концелярию» Гагарину, Алексей наверняка выполнял поручение Петра.

Корчмин направлялся в Севск, расположенный западнее Москвы и являвшийся одним из опорных пунктов обороны на подступах к столице. Корчмину предстояло Севск укреплять.

Через некоторое время Петр направит туда и Алексея.

В конце января Алексей получил от Петра приказание непосредственно заняться формированием новых воинских частей. Это было вызвано приближением Карла к российской границе. Наступал решающий период войны, и необходимо было мобилизовать максимум живой силы.

К этому моменту относится любопытный документ, свидетельствующий о постоянных контактах Петра и Алексея.

1. Фортецию Московскую надлежит, где не сомкнута, сомкнуть; буде не успеют совсем, хотя борствером и полисадами: понеже сие время опаснейшее суть ото всего года.

2. Гварнизон исправить, також и конных: понеже настоящее время сего зело требует.

3. Всем здешним жителям сказать, чтоб в нужном случае готовы были все и с людми, как же указ дан, под казнию.

4. Надлежит три дни в неделю съезжаться, хотя и нужных дел нет, в канцелярию в Верх, и все дела, которые определят, подписывать своими руками каждому.

5. Зело б изрядно было, чтоб, кроме гварнизона, несколько полков пехотных сделать и обучать для всякого нужного дела, также из недорослей и которые кроются, сыскать человек 300 или 500, и обучить оных для того, чтобы из оных впредь выбирать в афицеры.

Алексей

Ниже подписи Алексея – почерком Петра: «По сему чинить конечно неотложно. Piter».

«Верх» – покои Кремля, в которых заседали правительствующие персоны.

Скорее всего, это повторенные