Густав Эмар - Поклонники змей

— Поверьте, я никогда не сомневался на этот счет

— Так я постараюсь объяснить в чем дело.

Шовелен задумался на минутку потом с видом человека, открывшего большую государственную тайну продолжал:

— Знайте, господа, что общественному спокойствию угрожает опасность: открыт важный заговор!

— Заговор! — с удивлением вскричали оба креола.

— Да, господа заговор целью которого являются грабеж и убийства. Воду подняли низший класс населения. К ним присоединились бродяги и честолюбцы. Лозунг заговорщиков: — «Да здравствует Фаустин Сулук!»

— Сулук! — вскричали собеседники агента полиции с изумлением, смешанным со страхом.

— Он служит им ширмой для осуществления их замыслов. Они хотят утвердить в Сан-Доминго религию Воду уничтожить христианство, законы, нравственность, заменить все это культом священной змеи!

— Но это ужасно!

— Да, это действительно ужасно. Вот почему правительство обращается ко всем честным людям с просьбой помочь ему предотвратить угрожающую опасность и истребить гнездо этих ехидн.

— Но известны ли главные заговорщики?

— Да, господа, и если наши меры будут приняты, то ни один из них не избежит руки правосудия.

— Кто же стоит во главе заговорщиков?

— Главных вождей заговора десять человек: полковник Бразье, генерал Вонваган, злой дух Фаустина Сулука, затем идут люди низшего класса: Конго Пеле, Герье Франсуа и Жульен Николя и, наконец, Флореаль-Аполлон — убийца и поджигатель, король Воду.

— Флореаль-Аполлон! — вскричали оба плантатора. — Он только что пробежал мимо нас!

— Да, он два дня назад убежал из тюрьмы.

— И Марселен сопровождал его!

— Мне это хорошо известно! — сказал агент полиции тоном, не допускающим возражения.

Молодой человек понял неосновательность своих подозрений и перевел разговор на другую тему.

— Когда же они должны начать свой заговор?

— Сегодня ровно в полночь. Но президенту удалось раскрыть планы заговорщиков и если все люди честно исполнят свои обязанности, тигры будут заблаговременно захвачены в своем убежище.

— Но разве вы сомневаетесь в этом?

— Нисколько, поэтому-то я и посвятил вас в тайну. Теперь настало время действовать. Воду собрались в громадном числе в обыкновенном месте своих собраний на равнине у подножия пика Куридас. Надо окружить их и разом покончить с ними.

— Сомневаюсь, что мы достигнем успеха в этом с такими силами! — сказал Бираг.

Шовелен улыбнулся.

— Вы думаете?

— Убежден в этом. Эти фанатичные Воду будут отчаянно защищаться. Борьба будет ужасная. Впрочем, что бы ни произошло, я готов повиноваться вам.

— Предлагаю вам самому судить о наших силах, — проговорил агент полиции, слегка ухмыляясь, — три тысячи преданных людей с самим генералом Жефраром расположились вон в том лесу, двести человек скрыты в горах, чтобы встретить бунтовщиков с тыла и разорить их убежище, забравшись на пик Куридас.

— Но пик неприступен!

— Дювошель займет его, — возразил Шовелен, — другой отряд в 350 человек занимает в настоящее время пещеру, последнее убежище Воду. Наконец, наш отряд в I50 человек должен произвести диверсию, чтобы завлечь бунтовщиков на ложный след. Далее, в Леогане, в Порт-о-Пренсе все заговорщики, ожидавшие только сигнала с гор, чтобы подняться, были сегодня арестованы в своих квартирах. Все было проделано так, что не возбудило у заговорщиков подозрений. Да и пик уже оцеплен нами со всех сторон Что вы скажете на это?

— Все задуманное исполнено прекрасно!

— И гуманно, так как благодаря Богу мы надеемся захватить этих презренных, не пролив ни капли крови.

— Ну, это зависит от Провидения Впрочем, что бы ни случилось, мы исполним свой долг.

— Благодаря вам, господа!

С этими словами Шовелен подал сигнал — и все солдаты и слуги заняли свои места.

— Господа, — сказал агент полиции, — помните, на кого мы идем охотиться Поэтому нам нужно вооружиться не только мужеством, а и хитростью Пусть ни один сучок не треснет у вас под ногами и ни один лист не шелохнется, скользите неслышно, как змеи, чтобы захватить врага врасплох. Поняли меня? А теперь рассыпьтесь по кустам и ждите моего сигнала. Вперед, да поможет нам Бог!

Среди людей произошло легкое движение, их ряды рассеялись, — и вскоре поляна опустела.

23

Бегство Флореаля-Аполлона

Прошло уже два дня, как Флореаля-Аполлона привели в Порт-о-Пренс и здесь по приказанию генерала Жефрара, заключили в тюрьму.

Было около восьми часов вечера. Флореаль-Аполлон сидел в темной камере на связке соломы. На его ногах были тяжелые колодки, руки скованы короткой цепью. Вторая цепь, прикрепленная к стене, охватывала его за пояс.

Устремив глаза на окно, он, пытаясь увидеть хоть клочок неба, предавался размышлениям. Последние события, очевидно, не оказали на него большого воздействия: его лицо было так же сурово и решительно а взгляд мрачен

— Два дня, — бормотал он, — и ни одной новости из гор. Неужели они меня забыли? Нет, они должны меня спасти! Что они сделают без меня? Но почему они медлят?

В это время в коридоре послышались шаги.

— Что нужно тюремщику здесь в это время? — с изумлением спросил он себя.

Шаги остановились перед дверью в его камеру. Послышался разговор двух людей. Флореаль-Аполлон приподнялся на локте и прислушался.

— Видно, у вас большая протекция, раз вам разрешили видеть узника? Разве вы его родственник?

— Нет, я его друг! — насмешливо ответил второй голос, поразивший Флореаля-Аполлона.

— Марселен? Живой? Что это значит? — спросил он сам себя.

— Вы знаете, что тюрьму закрывают в 10 часов, — сказал тюремщик.

— Вы придете сказать мне, когда нужно будет

— Вы знаете, что я должен запереть вас вместе с ним — такое условие.

— Мне все равно, только оставьте мне свой фонарь,

— Не знаю, могу ли я на это согласиться.

— Покорно благодарю, я тогда пойду спрошу разрешения.

— Ну, хорошо, держите фонарь, а я открою дверь.

— Давайте.

Флореаль-Аполлон услышал, как ключ поворачивается в замке. Послышался звук отпираемой двери. Он лег на солому и закрыл глаза.

Дверь отворилась.

— Я думаю, он спит, — сказал тюремщик.

— Не беспокойтесь, я разбужу его.

Тюремщик с ворчанием повесил свой фонарь и, сказав «Всего хорошего!», вышел из камеры.

— Смотрите же, не забудьте меня здесь, — сказал Марселен, — местечко-то не веселое.

— За вами придут!

С этими словами тюремщик запер дверь и удалился.

Марселен некоторое время прислушивался к его удаляющимся шагам. Когда они стихли, он облегченно вздохнул и повернулся к узнику.