История гарема - Джеймс Клуг

завладела безраздельной симпатией не кого иного, как самого Сулеймана Великолепного, правившего империей с 1520 по 1566 г. Этот грозный монарх, наводивший ужас на всю Европу, сделал ее своей первой женой, после чего она перестала быть невольницей и могла дать волю своему буйному, ревнивому темпераменту.

Родив Сулейману четырех сыновей и нескольких дочерей, она стала не только абсолютной хозяйкой его гарема, но и подсказывала мужу многие решения если не во внешней, то во внутренней политике. Ее первой успешной интригой, предпринятой в первые годы царствования ее мужа, стала провокация в отношении сына Сулеймана Мустафы, рожденного грузинской наложницей. Роксолана убедила юношу поднять восстание против отца. У султана не осталось иного выхода, кроме как поступать согласно традициям османской династии, то есть удавить наследника. Затея Роксоланы, таким образом, увенчалась успехом. Она расчистила путь к трону для своих сыновей.

Невероятно искушенная в перипетиях дворцовых интриг венецианка Баффа, которую турки прозвали Чистой, попала в плен к турецким пиратам еще девочкой, когда она находилась на корабле, шедшем из Венеции на Корсику, губернатором которой был ее отец. Вскоре она стала любимой женой Мурада III (1574–1595) и помыкала им в течение пятнадцати лет. Мать султана постоянно отправляла в его гарем девственниц, которых отбирала лично, дабы отвратить мысли сына от горячей, «чистой» и прелестной венецианки, которая переписывалась с самой Екатериной Медичи и фактически командовала как армией, так и флотом Османской империи. И даже после смерти Мурада, последовавшей в 1595 г., Баффа продолжала торжествовать над всеми своими соперницами. Она была причастна к убийству девятнадцати братьев Мехмеда III[62], ее сына, который унаследовал трон от Мурада III. Однако возмездие хоть и не скоро, но все же настигло Баффу. Однажды утром ее обнаружили задушенной в собственной постели.

Преемник Мехмеда III, Ахмед I, был чрезвычайно набожным человеком. Однако его смиренность и религиозность с лихвой компенсировала своей неугомонностью его жена Кёсем Султан (Луноподобная), боснийка с примесью греческой крови. Поступив в гарем в возрасте четырнадцати лет, она довольно быстро приобрела значительное влияние и стала одной из наиболее драматических фигур в истории Османской империи. Ахмед I скончался, не дожив и до тридцати лет. Кёсем же, обладавшая необычайно развитым интеллектом и умевшая мыслить по-государственному широко, отличалась от остальных обитательниц гарема дворца Топкапы, которые могли составить ей конкуренцию жизнерадостным оптимизмом и щедростью, и все эти качества помогали ей сохранять ведущее положение при шести последующих султанах. Существовал период, когда она, являясь регентшей[63] при несовершеннолетнем султане, открыто правила империей. В качестве матери и бабушки правителей она оказывала еще более значительное влияние на государственные дела, чем в качестве жены. Однако конец ее жизни стал таким же страшным, как и у Баффы.

Однажды ночью сторонники Хадидже Турхан, матери юного Мехмеда IV, которая сама желала стать регентшей, возглавляемые начальником черных евнухов Сулейманом-агой, ворвались в покои старой леди. Кёсем, сохранившая следы былой красоты и по-прежнему обладавшая величавой статью, не раз в прошлом усмиряла бунтовщиков одним лишь даром своего красноречия так, что те превращались в покорных овечек. Однако на этот раз ее горячий и страстный язык не спас ее. Заговорщики, которым уже нечего было терять, набросились на Луноподобную и задушили ее шнурами от полога ее собственной кровати[64]. За все то время, пока Кёсем прямо и косвенно находилась у власти, она потратила немалые средства на благотворительную деятельность. Она финансировала строительство нескольких мечетей, больниц и других филантропических заведений. По ее инициативе были начаты ирригационные работы на берегах Нила. Кроме того, она неизменно проявляла доброту и милосердие в обращении со своими невольницами, что было нехарактерно для гаремных отношений того времени. После смерти Кёсем немало людей поминали ее добрым словом.

В 1784 г. Айме Дюбукде Ривери – французская креолка – отправилась из Нанта на свой родной остров Мартинику в Вест-Индии, однако родители тщетно ждали свою дочь. Корабль, на борту которого находилась Айме, был захвачен алжирскими пиратами. В то время девушке исполнился двадцать один год. Алжирский дей[65], пораженный ее «розовой, белой и золотой» красотой, отослал Айме нетронутой в качестве подарка своему сюзерену, турецкому султану. Креолка с Мартиники покорила сердце повелителя Османской империи, которым тогда оказался Абдул-Гамид I, утонченный сластолюбец в летах. Сначала такая резкая перемена в ее жизни не вызвала особого восторга у Айме. И все же обладавшая типично галльской проницательностью и практичностью, она довольно быстро сообразила, какие выгоды сулила ей эта ситуация.

Айме начала реализовывать свои честолюбивые замыслы с того, что подчинила своему влиянию племянника старого султана – Селима, мечтательного и образованного юношу, ровесника креолки, который являлся официальным престолонаследником. Айме буквально заставила его пойти на беспрецедентный шаг. В самый год Великой французской революции, то есть в 1789 г., Селим предпринял попытку завязать дружеские отношения с королем Франции Людовиком XVI. В перспективе Айме и Селим преследовали грандиозную цель перестройки Турции на западный манер, что дало бы возможность честолюбивой молодой француженке, быстро приобретавшей все большее и большее влияние в гареме, жить такой же активной жизнью, какой она жила бы, останься она во Франции.

Вмешательство в эти маневры событий, круто изменивших ход истории не только Франции, но и всей Европы, не разрушило блистательной карьеры Айме. Вступив на престол, Селим всецело остался под ее влиянием и приступил к либеральным реформам турецких институтов[66]. Это оказалось совершенно новым явлением в политической жизни Османской империи и вызвало яростное сопротивление консерваторов. В результате заговора Селим был вскоре свергнут и убит.

Однако после краткого междуцарствия к власти пришел сын Айме от старого султана (Абдул-Гамида) Махмуд II[67]. Последний обладал куда более сильным характером, чем его кузен, и оказался гораздо более последовательным реформатором, ведь не зря же он, в конце концов, был сыном проницательной и страстной француженки.

Он был первым турецким султаном, который оказал определенное воздействие на современную историю Европы, и все шаги, которые он предпринимал в этом направлении, можно, безусловно, приписать влиянию его матери.

Жена Наполеона Жозефина была подружкой Айме на Мартинике в то время, когда обе они были голенастыми подростками. Повзрослев, они продолжали поддерживать дружеские отношения путем переписки. Когда в 1809 г. французский император развелся с Жозефиной, Айме пришла в ярость. Махмуд II, который до тех пор придерживался профранцузской ориентации, сменил ее на проанглийскую. В мае 1812 г. Турция заключила мир с Россией, своим заклятым врагом. Как теперь известно всем, осенью того же года русские оказались настолько сильны, что смогли нанести доселе непобедимому тирану Европы первое серьезное поражение, прямым