Огневой вал. Артиллерия в прошлом, настоящем и будущем - Фредерик Жорж Эр

но этот новый удар не имел уже такой силы, как прежде, на р. Эн. К утру выяснилась не удача на обоих флангах. В центре, напротив, атака быстро увенчалась успехом; к 11 час. вторая позиция была прорвана на фронте в 12 км, между Мери и Марей-ла-Мотт.

Днем 10-го противник в центре продвинулся еще глубже, достигнув долины Аронды, всего лишь в 7 км от Компьена; на левом фланге он овладел всем лесным массивом между Дивет и Мац; на правом – он приблизился к железной дороге Париж – Мондидье в районе Трико.

11-го, в 11 час., в тот момент, когда противник готовился расширить брешь на юг к Мондидье, его правый фланг подвергся контратаке, предпринятой значительными силами (4 дивизии, 12 танковых дивизионов и 2 полка возимой артиллерии). Благодаря туману эта контратака явилась для германцев полной неожиданностью; их правый фланг стал в беспорядке отступать, увлекая за собой центр, который вынужден был очистить долину Аронды.

На следующий день, 12-го, германское командование, видя отход своих атакующих войск на правом фланге и не имея возможности утвердиться к югу от Маца, прекратило атаки и отдало приказ закрепиться на захваченных позициях.

Сражение в Шампани (15–18 июля). После этих упорных боев главному французскому командованию стало ясно, что противнику нужно некоторое довольно продолжительное время для восстановления своих резервов и для подготовки нового удара и что он не будет нас атаковать ранее 14 июля.

Начиная с 1 июля, стало несомненно, что противник подготавливает большую операцию в Шампани, что он, наверное, предпримет наступление к востоку от Реймса, между Сюипом и Аргонами, наконец, что он попытается переправиться через Марну в районе Дорманс. Фронт наступления на этот раз должен был достигнуть 100 км, дабы англо-французское командование не могло одновременно нанести сколько-нибудь значительного удара па другом участке фронта.

К 6 июля имелись уже точные сведения и были приняты все меры к предстоящему сражению. Указанные в директиве № 4 принципы ведения обороны из глубины были тщательно проведены в жизнь 4-й армией; местность в Шампани, подготовленная уже в течение нескольких лет, превосходно соответствовала этому плану. Между тем, в 5-й армии, только что с трудом закрепившейся, позиции были еще слишком слабы; непрерывной второй позиции не было, и применение новых принципов являлось более затруднительным.

Начиная с 6 июля, артиллерия 4-й армии каждую ночь открывала контр-подготовительный и запретительный огонь по сообщениям противника. 14 июля, в 22 часа, была произведена удачная вылазка, доставившая 27 пленных. Их опрос выяснил, что германская атака произойдет этой ночью и что артиллерийская подготовка начнется в 24 ч. 10 м. и продлится три или четыре часа. Эти сведения были немедленно переданы командованию, и между 23 часами и 23 ч. 40 м. на всем фронте группы армий центра французская артиллерия открыла огонь, поражая батареи противника и разрушая первые линии, где скопилась германская пехота.

Противник, опереженный в открытии огня, был изумлен числом наших батарей, большая часть которых обнаружила себя лишь в момент открытия огня, и не мог больше сомневаться в том, что его намерения стали известны. Тем не менее, в назначенное время, в 24 ч. 10 м., германская артиллерия, в свою очередь, открыла ожесточенный огонь и в 4 ч. 45 м. на громадном фронте протяжением более 90 км, забросанном снарядами, неприятельская пехота ринулась на штурм.

На фронте 4-й армии противник с самого начала натолкнулся на серьезные затруднения. Выполняя тщательно разработанный план применения, французская артиллерия беспрерывно сопровождала своим огнем продвижение германской пехоты, которая вследствие разрушения или отравления закрытий была вынуждена действовать в открытом поле, подвергаясь нашему контр-подготовительному огню.

Между 8 и 9 часами атака замерла перед позицией сопротивления, и с этого момента сражение было германцами проиграно.

На фронте 5-й армии, к западу от Реймса, противник продвигался гораздо быстрее; сила его удара показывала, что он не был так дезорганизован во время сближения и движения по нашей передовой зоне, как на фронте 4-й армии. В полдень он атаковал нашу вторую позицию, частью которой ему удалось завладеть; на следующий день, 16-го, он все еще продолжал продвигаться, в частности в долине Марны, где мы к вечеру отошли на 2–3 км. 17-го противник еще несколько продвинулся вперед.

На фронте 6-й армии противнику удалось переправиться через Марну; к 10 часам на южном берегу он овладел пространством шириной 14 км и глубиной 5–6 км, создав, таким образом, тет-де-пон, достаточный для продолжения наступления. Но наша артиллерия, первоначально дезорганизованная быстрым продвижением противника, в этот момент открыла сильный и действительный огонь по переправам, которые указали наши самолеты. Наша бомбардировочная авиация, в свою очередь, вступила в бой, и на долину Марны обрушилась лавина снарядов. «На мостах через Марну творится ад», говорилось в донесении, отправленном германцами с почтовым голубем, который был захвачен в наших линиях.

Ни в этот день, ни в последующий противнику не удалось переправить на южный берег реки ни одного орудия, за исключением нескольких горных пушек непосредственного сопровождения. Снабжение продовольствием и боеприпасами переправившихся германских войск было чрезвычайно затруднительно; подкрепления противника могли переходить реку лишь ценою кровавых потерь; его переправившиеся части были блокированы. 17-го он, по-видимому, перешел к обороне.

Начиная с 18-го, французское контрнаступление между Шато-Тьери и Суассоном дало себя почувствовать; 20-го и 21-го противник, очистив южный берег Марны и оставив пространство, выигранное им при атаках в Шампани, начал отходить к северу.

Боевое счастье, весною как будто перешедшее в лагерь противника, теперь решительно перешло на нашу сторону и больше нас не покидало.

Уроки

Подтверждение ранее установленных принципов применения артиллерии в наступлении. Начиная с июля 1916 г. и до конца марта 1918 г., т. е. более 18 месяцев, германцы не предпринимали на Западном фронте никаких крупных наступательных операций, сосредоточив свои усилия па Восточном фронте, против Румынии и России, и на итальянском фронте. Их наступления на этих фронтах, в частности наступление под Ригой, ознакомили нас с новыми тенденциями их тактических взглядов. Таким образом, германские наступления весной 1918 г. не были для нас неожиданностью ни в каком отношении. Все эти операции велись по одному неизменному образцу. Этот метод может быть охарактеризован следующим образом:

– внезапность достигается краткостью артиллерийской подготовки и развертыванием частей, предназначенных для атаки, только в последний момент, причем их подход совершается лишь ночью и по обыкновенным путям. Атака всегда начинается на рассвете. Пехоте предшествует огневой вал, в значительной мере состоящий из дымовых снарядов, так что наши войска, пехота и даже артиллерия замечают противника, лишь когда он приблизится на несколько метров;

– ожесточенность, достигаемая интенсивностью бомбардировки; все калибры и все виды снарядов применяются одновременно на глубину до