Поль Феваль - Странствия Лагардера

– Там! Там! – вдруг вскрикнула она. – Я вижу их! Они бегут за нами, они уже близко! Их шпаги в крови! Кровь Анри! Они убьют и нас! Гонзага! Гонзага! Убийца Невера!

Донья Крус подумала с содроганием, что Аврора сошла с ума. Баск стоял, беспомощно опустив руки и не зная, как по­ступить.

Наконец он решился подступить к ней, чтобы унести с это­го места даже против ее воли, но она пронзительно закричала, отбиваясь так, словно в нее вселился дьявол. В исступлении она не замечала даже, что бьется головой о скалы…

Было видно, что трогать ее нельзя, – в подобном состоя­нии это было бы для нее губительным.

Факел в руках цыганки уже стал дымиться и чадить. По­ложение становилось безвыходным.

Напрасно Флор пыталась заговорить с ней, чтобы успоко­ить. Аврора либо не слышала ее, либо воспринимала ее слова как угрозу, исходившую от ненавистных врагов.

Внезапно донью Крус осенило вдохновение.

Она подняла факел, осветив лицо Авроры, и пошла прямо на нее, пристально глядя ей в глаза.

На мгновение обе застыли неподвижно. Мадемуазель де Невер, белая, как привидение, стояла на цыпочках, вытянув­шись во весь рост и раскинув в стороны сведенные судорогой руки. Она была в этот момент еще прекраснее, чем всегда, и ее фигура, четко выделявшаяся на влажной черной стене, выража­ла состояние религиозного экстаза.

Однако взор ее терял свою пронзительную остроту: она опустила руки и сделала шаг вперед, по-прежнему смотря на Флор.

– Иди! Я так хочу! – властно произнесла донья Флор.

Аврора подчинилась. В ее движениях было что-то неестест­венное, словно бы ею руководила какая-то неведомая сила. В пустых глазах не было никаких мыслей, и она, казалось, ничего не видела перед собой, хотя шла ровно, не сбиваясь с шага. Баск в ужасе перекрестился.

– Не прикасайтесь к ней, – сказала цыганка. – Но главное, молчите. Ни одного слова!

Поскольку крестное знамение не произвело никаких перемен в поведении Авроры, Антонио приободрился, уверившись, что адские силы здесь ни при чем. Он взял факел из рук Флор: пламя едва теплилось, и они оба прекрасно понимали, что в лю­бую минуту огонь может погаснуть.

При других обстоятельствах это нисколько не встревожило бы проводника. Цель была близка, и он так хорошо знал доро­гу, что мог бы найти выход с закрытыми глазами.

Но таинственная сила, толкавшая вперед Аврору помимо ее воли, пугала его своей непонятностью. Он был суеверен, как и все люди его племени. Что произойдет, если внезапно наступит темнота? Кто спасет несчастную девушку, если запрещено при­касаться к ней и даже говорить? Она неизбежно разобьет себе голову о скалы.

Антонио Лаго почувствовал, как лоб у него покрывается холодным потом. Никогда еще мужество его не подвергалось такому испытанию… Никогда еще он не ощущал себя таким беспомощным.

Летучая мышь, сорвавшись с потолка, задела крылом сла­бый язычок пламени. Факел погас. Баск вздрогнул…

Чья-то рука с силой сжала ему плечо, мягкие волосы скользнули по его щеке, и кто-то, почти коснувшись губами уха, прошептал:

– Молчите! Она видит!

Он упал бы на колени, если бы донья Крус не поддержала его.

Теперь оба они продвигались вперед на ощупь. А вела их Аврора, – вела, не испытывая ни малейших колебаний!

Вскоре они почувствовали дуновение ветерка, освежившего разгоряченные лица, а затем, примерно через двадцать шагов, показался луч света – сначала смутный и еле заметный, а потом все более яркий. Вот он уже целиком осветил мадемуазель де Невер, уверенно шедшую ему навстречу.

– Спасены! – воскликнул баск.

Цыганка поспешно прикрыла ему рот ладонью, но было поздно. Аврора пошатнулась, замерла на месте, а затем тяжко рухнула на землю. Флор устремилась к ней…

– Что вы наделали! – укоризненно бросила она. – Только я должна была разбудить ее. Ей теперь будет очень плохо, и она долго не придет в себя…

Но, увидев расстроенное лицо бедного юноши, Флор сжа­лилась над ним и заговорила о другом.

– Есть ли здесь какое-нибудь жилье поблизости? – спросила она. – Идите туда скорей и принесите вина, на ху­дой конец просто воды. И постарайтесь раздобыть для нее ло­шадь. Идти она не сможет…

Антонио Лаго безнадежно махнул рукой.

– Если мы не можем сразу двинуться в путь, – сказал он, – то лучше переждать здесь до вечера… Уже рассвело, и в долине невозможно спрятаться от преследователей. Нас обязательно заметят. Оставайтесь пока здесь, а я пойду за водой и принесу чего-нибудь поесть…

– Только возвращайтесь быстрее! Это надежное место?

– Да, если, конечно, никто не пошел следом за нами по подземному ходу. Но это невозможно… Никто не видел, как мы вошли туда.

– В таком случае, мы останемся здесь… Когда вы приде­те?

– Самое большое через полчаса… Придется переждать, хотя я предпочел бы поскорее уйти отсюда… Но ничего не по­делаешь!

С этими словами баск исчез, и Флор, слишком занятая подругой, даже не обратила внимания, каким образом это про­изошло.

IX. ПОВТОРНОЕ ПЛЕНЕНИЕ

Глаза мадемуазель де Невер были по-прежнему широко от­крыты. Однако она лежала без движения, словно заледенев. Если бы грудь ее не вздымалась, она походила бы на мертвую.

Цыганка встала перед ней на колени и вновь устремила свой взор в ее глаза, как сделала это в подземелье, усыпляя ее.

Нашептывая какие-то странные слова, она стала легко во­дить пальцами по лбу и вискам подруги, на несколько секунд задерживаясь на ее веках, а затем положила руки на грудь. Некогда ей уже доводилось – при других обстоятельствах – помогать старой колдунье с горы Баладрон, и она знала, каки­ми словами нужно вызывать, а какими прогонять сон.

Теперь ее задача осложнялась из-за неловкого вмешательст­ва баска. Глубокая складка прорезала лоб доньи Крус.

– Проснись! – сказала она вдруг. – Я так хочу!

Веки на мраморном лице вздрогнули, Аврора, зевнув, села и с изумлением осмотрелась. Было видно, что она не вполне понимает, как оказалась здесь.

– Где мы? – недоуменно спросила она. Флор бросилась ей на шею.

– Спасены! – воскликнула она. – Мы спасены, дорогая Аврора! Это надежное место, и мы здесь в безопасности! Ни­кто нас не потревожит…

– Я чувствую большую слабость, – прошептала девуш­ка. – Кто же привел нас сюда?

– Антонио Лаго, брат Хасинты…

– Да, да… Теперь я припоминаю…

Она провела рукой по лбу, будто желая отогнать какую-то неприятную мысль.

– А где же он теперь? – спросила она.

– Недалеко отсюда. Пошел за водой и за едой для нас. Тебе особенно нужно подкрепиться… Мужайся, дорогая сест­ренка! Гонзага не найдет нас здесь!