Равенна: забытая столица эпохи «темных веков» - Евгений Викторович Старшов

любовь римлянки к готу! «Старанием Адаульфа и увещаниями Кандидиана бракосочетание Адаульфа с Плакидиею совершено в январе месяце в Нарвоне, в доме Ингения, одного из первых жителей этого города (414 г. по Р.Х., 12 Инд, 20 Гонория). В чертоге, убранном в римском вкусе, с царским великолепием, сидела Плакидия на первом месте. Адаульф сидел вместе с нею, в плаще и остальной римской одежде. Сверх других брачных даров Адаульф подарил Плакидии 50 красивых юношей, в шелковых одеждах. Каждый из них держал в руках по 2 больших подноса. Одни из подносов наполнены были золотом, другие драгоценными, или лучше сказать, бесценными камнями, награбленными в Риме готфами (такая форма в тексте, она до сих пор имеется в церковно-славянском языке. – Е.С.) во время взятия ими этого города. Потом пропеты были эпиталамии (свадебные песни). Аттал пел их первый, за ним Рустикий и Фивадий. Брак совершился среди игр и веселия варваров и бывших с ними римлян».

В Галлии Атаульф быстро навел порядок – отсеченные головы узурпаторов Иовина и Себастьяна были отосланы Гонорию в Равенну, и до самой своего конца Атаульф был другом римлян, что историк и богослов Орозий (ок. 385—420 гг.) объясняет так: «Атаульф не стал воевать с римлянами, а предпочел мир, поддавшись уговорам и советам своей жены Галлы Плацидии, женщины очень умной и достаточно религиозной, которая побуждала его к добрым делам». Как видим, новоиспеченная «королева готов» не затаила обиды против своих соотечественников, и в том числе брата, но помогала им. Царствовать ей, однако, довелось недолго: воинственные интересы Атаульфа привели его в Испанию; он обосновался в Барцелоне (совр. Барселона, ниже приводятся и иные варианты), где вначале скончался и был погребен Феодосий – сын-младенец Галлы и Атаульфа, а потом и сам Атаульф обрел свой конец, как повествует все тот же Олимпиодор: «Когда от Плакидии родился у Адаульфа сын, которого он назвал Феодосием, то он еще более оказывал дружбы римлянам; но так как Константий вместе с приверженцами своими противился миру, то расположение Адаульфа и Плакидии к римлянам не принесло плодов. По смерти дитяти, Адаульф и Плакидия сильно о нем скорбели (415 г. по Р.Х., Инд. 13, Гонория 20). Они положили тело в серебряный гроб и похоронили в одном храме, перед Варкеллоном (такая форма в тексте. – Е.С.). Затем убит и Адаульф, когда, по своему обыкновению, находился в конюшне, для осмотра собственных лошадей. Убийство совершил один из домашних готфов его, по имени Дувий, нашед удобное время к удовлетворению старой вражды; ибо прежний господин его, начальник части готфского народа, был умерщвлен Адаульфом. После того Адаульф принял в свой дом Дувия, который, мстя за первого господина, умертвил второго. Адаульф, умирая, велел своим возвратить Плакидию брату ее и, если можно, приобресть себе дружбу римлян».

Иордан приводит иную версию событий: «Укрепив свою власть в Галлиях, гот начал сокрушаться о положении в Испаниях, помышляя освободить их от набегов вандалов; он оставил свои сокровища с некоторыми верными людьми и с небоеспособным народом в Барцилоне, затем проник во внутренние Испании, где сражался непрестанно с вандалами; на третий же год, после того как покорил и Галлии и Испании, он пал, пронзенный мечом Эвервульфа в живот, – того самого [Эвервульфа], над ростом которого он имел обыкновение насмехаться. После его смерти королем был поставлен Сегерих, но и он, умерщвленный из-за коварства своих же людей, еще скорее покинул как власть, так и жизнь».

Возвращаемся к Олимпиодору за подробностями унижения, которому новый вождь готов подверг Галлу Плацидию: «Преемником Адаульфа был Сингерих, брат Сара; он достиг этого более происками и насилием, нежели по праву наследства и закону. Он убил (шестерых. – Е.С.) детей, рожденных от первой жены Адаульфа, вырвав их насильно из объятий епископа Сигисара, а царицу Плакидию, в поругание Адаульфу, заставил идти пешком перед своею лошадью вместе с другими пленниками. Это шествие продолжалось от города до двенадцатого столба (т.е. 12 миль. – Е.С.). Сингерих царствовал 7 дней и был убит. Повелителем готфов избран Валия».

Валии не была нужны ни Плацидия, ни конфликт с римлянами. «Эвплутий магистриан был послан к князю готфов Валии для заключения мира и для получения Плакидии. Валия принял охотно предложение Эвплутия, и по отсылке к нему 600 000 (мер) пшеницы (меры здесь – догадка переводчика С. Дестуниса; в греческом тексте – 60 мириад пшеницы, без уточнения конкретной меры веса; встречается информация, что по современному счету это могло быть 19 000 тонн. – Е.С.), Плакидия была выдана Эвплутию и отпущена к брату своему Онорию».

В Равенне ее ждал, как можно догадаться, новый брак с исстрадавшимся по ней Констанцием. У Галлы было иное мнение по этому поводу, но ее никто, разумеется, и не спрашивал: «В 11-е консульство царя Онория, когда Константий был консулом вместе с ним, во второй раз, совершено бракосочетание Плакидии с Константием (417 г. от Р.Х., 15 Инд, 23 Гонория). Она долго отказывалась от брака, и это заставило Константия гневаться на ее прислужников. Наконец в самый день вступления его в консульство царь и брат ее Онорий, взяв ее за руку, против воли предал в руки Константию. Брак был празднован блистательнейшим образом (1 января 417 г. – Е.С.). Плакидия родила от Константия дочь, которая названа Онориею (417 г. – Е.С.), потом и сына, нареченного Валентинианом (2 июля 419 г. – Е.С.), который еще при жизни Онория был пожалован в новелиссимы. Плакидия вынудила это у брата. По смерти царя и по низложении Иоанна, похитителя верховной власти (об этом см. ниже. – Е.С.), Валентиниан возведен на римский престол».

Видимо, рождение Валентиниана (419—455 гг., правил с 425 г.), упрочившее династию Феодосия I, привело бездетного Гонория к мысли сделать Констанция соправителем, что он и осуществил 6 февраля 421 г., причем в пику своей державной константинопольской родне, вероятно, имевшей виды на аннексию Гонориевой державы. Олимпиодор повествует: «Константий правил царством вместе с Онорием, который сам возвел его на престол, но почти против воли. Плакидия объявлена августою братом и мужем. Возведение Константия на престол объявлено царствовавшему на Востоке племяннику Онория, Феодосию, но оно не было принято. Константий занемог; он жалел о том, что принял царское достоинство, потому что не имел по-прежнему свободы выезжать и ходить как и куда вздумается, и ему как царю не было уже позволено забавляться играми, как он имел привычку (421 по Р.Х., инд. 4, Гонория 27). Он царствовал 7 месяцев, как это и во сне было ему предсказано: «6 уже кончились, настает седьмой». Он умер колотьями в боку (2 сентября 421 г. – Е.С.). Вместе с ним замерли и гнев царя и желание вести войну против Востока за то, что там не хотели признать возведение Константия на престол. (Выше уже была приведена цитата о том, что, женившись на Плацидии, Констанций «пристрастился к деньгам»; поэтому) …по смерти его, жалобы людей, обиженных им деньгами, стекались в Равенну со всех сторон; но легкомыслие Онория… и тесная связь с ним Плакидии делали все просьбы ничтожными и ослабляли силу закона».

Это, конечно, не к чести Феодосиевых детей. Более того, Олимпиодор показывает нам Галлу как кровожадную фанатичку. Византийский патриарх Фотий, великий просветитель и книжный муж (ок. 820—896 гг., на кафедре в 858—867 и 877—886 гг.), в выписках которого, кстати, и дошла до нас львиная доля фрагментов из утраченного труда Олимпиодора, цитирует его так: «Историк пишет диковинки о каком-то Ливании, который был родом из Азии и прибыл в Равенну в царствование Онория и Константия (421 по Р.Х., 4 Инд, 27 Гонория). Он был весьма сведущ в таинствах. Он обещал действовать против варваров