Симагуни. Атлас мифов и чудес японских островов - Кадзухиса Урагами

проходя мимо молчаливых домов: атмосферу теперь оживляет лишь присутствие кошек и привлеченных этим зрелищем немногочисленных туристов, а человеческое прошлое острова кажется блеклым и обреченным исчезнуть.

Белый кот провожает тебя до ступенек, где вы встретились, берет с протянутой ладони вознаграждение, которое ты ему предлагаешь. Возможно, он поступает так больше ради тебя: говорят, если покормить кошек на острове, это принесет богатство и удачу. «Ня-а-а, ня-а-а», – тихонько мяукает он… Кот не дает себя погладить, но перед тем, как уйти, описывает восьмерку вокруг твоих лодыжек – число, которое в этой стране считается хорошим предзнаменованием.

Окусири

奥尻島

42°8 57" с. ш. 139°28 2" в. д.

ПРИРОДА

префектура

Хоккайдо

регион

Хоккайдо

площадь

142,97 км2

Ты сейчас в самой южной точке острова, стоишь на блестящем, почти зеркальном тротуаре: шагаешь одновременно по небу и по земле. Лицом к горизонту, к морю. Взгляд скользит по темным контурам, острым краям большого эллиптического сооружения, чей силуэт вырисовывается впереди. Гладкий черный камень с выемкой посередине. Если бы сейчас было 12 июля, в этом голубом провале покоилось бы заходящее солнце. А все потому, что в тот летний день 1993 года почти 200 жителей Окусири погибли в результате сильного землетрясения, эпицентр которого располагался к юго-западу от Хоккайдо, и последовавшего за ним цунами.

Остров, где ты сейчас находишься, сильнее всего пострадал от стихии, затронувшей северную часть Хонсю и тихоокеанское побережье России: монумент перед тобой – Дзикусё – воздвигнут в память о ее жертвах. Мы наблюдали за тем, как Окусири залечивает раны после этого бедствия. Остров сумел восстановиться: стоя перед кенотафом[4] и глядя на эпицентр землетрясения, не только испытываешь уважение к погибшим и печаль о потерянных жизнях, но ощущаешь еще и пульс будущего всех ныне живущих обитателей острова.

Мы знаем, что тебе интересна история названий и их значения, поэтому, покидая самую южную часть острова, откроем один секрет: кажется, слово «окусири» происходит от i-kus-un-sir, что на языке айнов, коренного населения Северной Японии, Курильских островов и острова Сахалин означает «остров на другой стороне». Происхождение этого народа остается неясным, но наиболее правдоподобной выглядит гипотеза, что айны пришли сюда из Сибири еще в глубокой древности.

Ты добралась до восточного побережья острова и теперь прогуливаешься вдоль береговой линии. Море здесь чрезвычайно насыщенного цвета, уникальный оттенок, его называют «окусирским синим». Внизу ленивые волны накатываются на песчаный пляж: то, что сейчас приковывает взгляд нерукотворно, но это тоже память. Из вод Японского моря возносится загадочная скала – арка высотой почти 20 метров. Набэцуру – ее так называют, потому что она напоминает ручку набэ. Геологическая история этой скалы началась в глубокой древности и связана с вулканической активностью, лавой, которая сначала была жидкой и горячей, а затем остыла и затвердела. Ветер и волны размыли ее, вылепили, придав ту форму, которую ты видишь. И правда, кажется, будто, ухватившись за эту скалу, можно достать из моря упавший туда гигантский горшок, а еще она напоминает ожерелье или звено цепи, которой можно изловить и приковать к земле облака. Однако лучше всего здесь подходит ассоциация не с каким-то упавшим в воду предметом, а образ большого живого организма: скала похожа на ухо мудрого существа, обитающего в глубинах океана, оно слышит все, что происходит на суше, а после пересказывает жителям подводного мира.

Набэцуру – не единственное скальное образование необычной формы, которое можно встретить у берегов Окусири: здесь есть и Хоя, напоминающая морской ананас – хою, и Моттатэ, чья слегка фаллическая форма породила легенду, не предназначенную для детских ушей, и Кабуто, похожая на шлем самурая, безусловно, самая поразительная с виду скала, к сожалению, пострадавшая от землетрясения.

На краю арки Набэцуру вырос кустарник. Ты спрашиваешь себя, каково это – жить там, в полном одиночестве, в компании одних лишь волн: то ласковых и спокойных, то стремительных и бурных. Это Berberis amurensis, растение, весной усыпанное нежными желтыми цветами, которые осенью сменяются ярко-красными плодами; его ветви усажены острыми колючками. По-японски название этого кустарника означает: «по широким листьям змея не взбирается»; возможно, причина как раз в колючках. Видимо, это растение распространилось в Японии еще до периода Мэйдзи.

И может быть, несмотря на свою колючую внешность, именно этот кустик нашептывает на ухо гигантскому обитателю океана о том, что происходит на поверхности. И мы уверены, что он вовсе не чувствует себя одиноким.

Мацусима

松島

ПРИРОДА

38°22 0" с. ш. 141°4 16" в. д.

префектура

Мияги

регион

Хонсю

площадь

архипелаг

Очарование природы, красота окружающего мира и попытки человека воспроизвести это, запечатлеть, воспеть. На протяжении веков множество японских поэтов и художников пытались увековечить чудо архипелага Мацусима, чтобы поделиться с теми, кто никогда не сможет увидеть его собственными глазами. Возможно, некоторым это даже удалось, но лицезреть воочию – незабываемо.

Маленькими островками, которых в заливе больше 250, можно любоваться с любой из смотровых площадок, которых тут множество, но лучшими из них мы считаем четыре: Сокан – «великолепный вид», Рэйкан – «очаровательный вид», Икан – «впечатляющий вид» и Юкан – «таинственный вид». Может, эти названия и не в силах описать все детали открывающейся с них панорамы, но они хотя бы дают общее представление о том, что тебя ждет. Не раздумывай, доверься интуиции.

Ты выбрала Сокан, и мы рады вернуться туда вместе с тобой. На вершину холма Отакамори ты поднимаешься пешком. Тропинка, бегущая меж деревьев, то и дело прерывается неровными деревянными и каменными ступенями и наконец приводит к смотровой площадке. Идти недолго, но нам кажется, этого вполне хватит, чтобы разжечь твое любопытство.

Ты читала об этой бухте у Басё, знаменитого поэта и мастера хайку, жившего в период Эдо; видела ее на картинах Хиросигэ, мастера живописи и гравюры укиё-э, и если этот образ уже успел тронуть душу, то теперь, когда ты увидела его собственными глазами, у тебя наверняка перехватит дыхание. Словно дух твой не ограничен рамками тела или грудной клетки, а бесконечен, будто горизонт. Это ощущение абсолютной и в то же время смиренной ничтожности человека перед поэтической силой самой природы. Острова, увенчанные соснами, – такой смысл несет в себе название Мацусима, – разных размеров и форм,