Месть Богов - Сергей Анатольевич Шаповалов

Недоверие промелькнуло в узких глазах Одноухого Кабана:

– Подкупить меня хочешь? Воины Хайасы не продаются, – гордо ответил разбойник, но меч так и притягивал взор. Ножны сияли на солнце. Каменья переливались яркими разноцветными искорками. Он не смог побороть столь великое искушение и согласился:

– Сделаю все, что захочешь.

– Уговори Хитасу жениться на сестре Суппилулиумы.

– Ну, нет! – наотрез отказался Одноухий Кабан и нахмурил брови. – Он должен взять в жены сестру. Таково решение старейшин. Против воли старейшин я не буду его настраивать.

– Тогда прощайся с мечом. – Хемиша отцепил оружие от пояса. – Ни мне – ни тебе. Я выкину его в реку.

–Эй, эй, постой, – ужаснулся разбойник. – Не надо, не бросай. Давай так…

– Как?

Толстяк не знал, что придумать, чтобы без особого труда выманить меч у Хемиши.

– Давай побоимся, – наконец предложил он. – Если я тебя уложу – меч мой, если ты меня – я буду уговаривать Отважного Оленя.

Хемиша прикинул: Безухий кабан, несмотря на полноту, был силен, но не поворотлив, к тому же, выпил много вина и будет еще медлительнее. Он решил рискнуть.

– Согласен!

– Вина мне! – радостно проревел Одноухий Кабан.

После перевала перед глазами путников открылась, продуваемая всеми ветрами, горная долина, поросшая низенькими и корявыми деревцами. Куда не кинешь взгляд, везде вырастали зубчатые хребты синих гор. Хемиша, хоть и вырос в горах, но на такой высоте, все же, чувствовал себя чужаком.

Караван остановился на привал. Уставших, от долгого подъема, осликов развьючили и отпустили пощипать скудную травку. Тюки с подарками сложили в кучу и выставили охрану. Все расселись кругом и приготовились к интересному зрелищу.

В центр круга вышел Хемиша и Одноухий Кабан, обнаженные по пояс. У Одноухого Кабана свисал огромный живот, волосатая грудь ходила ходуном, на боках колыхались складки сала, руки большие и пухлые. На против стоял Хемишу сухой, жилистый и широкоплечий.

– Значит так, – предупредил Одноухий Кабан, – не кусаться, не щипаться, коленями между ног не бить.

– Согласен! – ответил Хемиша. – Начнем.

Они сошлись. Большие руки Одноухого Кабана обхватили твердое тело Хемиши. Жилистые руки горца, стиснули мягкие телеса разбойника. Они качались из стороны в сторону, топтались на месте, старались согнуть противника. Одноухий Кабан считал себя сильным и думал, что одолеет Хемишу в мановение ока, однако вскоре почувствовал, что того не так просто сломить. Толпа начала их подзадоривать. Все хлопали в ладоши и кричали.

– Меч мой, меч мой! – хрипел Одноухий Кабан, наваливаясь всей тушей на Хемишу.

– Сначала одолей, – огрызался тот.

Так они долго раскачивались, обливаясь липким потом. Суставы хрустели от перенапряжения. Затем противники резко расцепились и отпрянули в разные стороны.

– Сдавайся! Меч мой! – чуть отдышавшись, потребовал Одноухий Кабан.

Хемиша постарался унять частое дыхание и ответил:

– Когда положишь меня на землю, тогда и ори о победе, – сам же прикидывал, как такую тушу удержать. Надо как-то хитрее действовать, противопоставить силе ловкость.

– Вина мне! – Заорал толстяк. Опрокинул поднесенную чашу в рот, кинул ее, не глядя, через голову и ринулся на Хемишу.

Но когда кольцо его больших рук начало смыкаться, Хемиша изловчился, вывернулся и оказался у противника за спиной. Он ухватил Одноухого Кабана за пояс, тяжело приподнял и швырнул на землю.

– Победа! – Крикнул он.

– Это не честно, – запротестовал Одноухий Кабан, поднимаясь из пыли. Он обвел всех зрителей свирепым взглядом и прорычал: – Кто скажет, что честно – откручу башку.

–Хорошо. Продолжим, – согласился Хемиша. Придется наказать этого упрямца.

Они вновь сошлись. Но Одноухий Кабан опять обнял пустоту. Хемиша присел, обхватил соперника под колени, с неимоверными усилиями оторвал от земли и уронил на спину. Лысый череп стукнулся о камни, а вокруг поднялось целое облако пыли. Одноухий Кабан взвыл от боли – видать, здорово шарахнулся.

– Теперь честно? – спросил Хемиша, становясь одной ногой на волосатую грудь поверженного.

– Честно, – нехотя пробурчал тот.

– Уговор помнишь?

– Помню.

– Не выполнишь – отрежу второе ухо и язык заодно.

***

Впереди, среди узких расщелин и высоких отвесных скал показались мрачные неровные стены городской крепости. Внутри теснилось множество маленьких домиков. Они поднимались уступами, как лестница. Крыши нижних домов упирались в фундамент верхних.

На вершине этой беспорядочной лестницы находилась еще одна маленькая крепость, внутри которой и располагалась халентува правителя Хитасы.

Залаяли собаки, почуяв чужаков. Смуглые жители, одетые в куртки из козьих и овечьих шкур, в мохнатых шапках высыпали на крыши домиков, поглазеть на караван. Одноухий Кабан ехал впереди на буром коне с нечесаной гривой. У него был такой важный вид, словно это он захватил караван с бесчисленными сокровищами. Его воины расчищали дорогу от любопытных плетками и орали, что есть мочи: «Посланник от лабарны Хатти Суппилулиумы к великому и непобедимому Хитасе, Отважному Оленю, правителю Хайасы».

Караван разместился в просторном дворе халентувы. Здесь все было просто и уныло: ни цветников, ни садика с фонтанчиком, только голая вытоптанная желтая земля с узкими каменными дорожками. Кое-где, в уголках пыталась прорасти чахлая трава. Сам дворец в один этаж примыкал тыльной стороной к скале. Стены халентувы, из грубо сложенных камней на глине, напоминали собой продолжение скалы. Окон не было. Дверной проем закрывала циновка. Хлев – да и только.

Посла встречала толпа вельмож, разодетых как попало, но во все дорогое и пестрое. Даже раззолоченная андули Хемиши казалась бледной медью, по сравнению с роскошными нарядами местной знати. По их дорогим одеяниям можно было судить, из какой страны шли караваны, которые они грабили. Вся эта пестрая толпа разбойников смотрела на посланника Хатти с недоверием и враждебностью. Хемиша сразу понял, что с ними договориться о чем-то будет нелегко. Тем более, со многими здесь присутствующими он лично скрещивал оружие в стычках. Даже, вдруг, на мгновение пожалел, что согласился ехать в это осиное гнездо. Но отступать поздно.

Наконец, появился и сам Хитаса. Ему недавно исполнилось девятнадцать. Невысокого роста, с большой головой неправильной формы, широкими плечами и маленькими кривыми ногами, он больше напоминал подростка. Некрасивое скуластое лицо с большим горбатым носом поросло мягкой юношеской щетиной. Слуги принесли подобие трона – деревянный стул с высокой спинкой, на котором местами еще осталась позолота. Он уселся на него, надменно смерил Хемишу грозным взглядом, холодно поприветствовал и соизволил осмотреть подарки.

Хемиша подал знак слугам, и перед правителем Хайасы расстелили толстые ковры с замысловатым ярким орнаментом. На ковры выставили золотую и серебряную посуду. Взгляд Хитасы потеплел. Прямо в чаши и подносы посыпались красивые браслеты, серьги с драгоценными каменьями, ожерелья тонкой работы. Отважный Олень расплылся в довольной улыбке. Он заерзал на троне, когда