Ольга Крючкова - Небесный Сион

В дверь постучали.

– Войдите! – раздражённо произнёс граф.

Дверь отворилась, вошёл Альбано.

– А, это вы… – небрежно заметил Шарль. – Прошу садитесь… – он жестом указал на стул. Альбано поклонился и сел. – Я нахожусь в затруднительном положении, сударь… – начал граф без излишних предисловий. – Мой сын похищен. И потому мне сложно заниматься делами ордена, ибо я в ближайшее время отправлюсь на его поиски… Как только его мать… Словом, как только вернётся из Лиона Исидора Монтехо… Я безмерно доверяю ей…

Граф заметно волновался, и это не ускользнуло от внимания молодого иезуита.

– Мне очень жаль, монсеньор, поверьте мне… Если вы покинете Аржиньи, то я по долгу службы обязан следовать за вами, ибо теперь я – ваш секретарь. И поверьте, за время моей службы покойному генералу Сконци, я немало преуспел в делах ордена и, несомненно, могу быть полезен вам.

Шарль внимательно воззрился на молодого итальянца, его открытый прямой взор располагал к доверию.

– Благодарю… Признаться честно, я даже не предполагал, что мой давний друг Сконци отдаст Богу душу именно в моём замке. И, что я стану его приемником… Я вообще мало, что знаю о деятельности ордена. Могу лишь предположить, что его власть и влияние простирается на всю католическую Европу.

Альбано загадочно улыбнулся.

– О, монсеньор, и не только на Европу, поверьте мне…

Шарль искренне удивился:

– Неужели и на мусульманские государства?

Альбано прикрыл глаза в знак согласия.

– Да, монсеньор. В частности – Египет. Ныне покойный генерал получил от некоего Марко де Пуэстро весьма ценные сведения. В том числе нам стало известно имя египетского осведомителя валломброзанцев. Это некто Игнацио Агирэс. Очень интересная личность… В Александрии он известен как Исим Эль-Кеф, сын богатого и влиятельного купца. Сведения, добытые в Египте, он аккуратно переправляет Марко де Пуэстро.

– Эти валломброзанцы буквально заполонили Францию и Прованс! – с негодованием воскликнул граф.

– Да, монсеньор, и надо заметить: не без нашей помощи. Валломброзанцы верой и правдой служат Святому престолу и помогают иезуитам. Сам Марко де Пуэстро ищет нашей поддержки. Валломброзанец достиг высокого положения и ныне является советником архиепископа Ледесмы и магистром ордена «Второе пришествие», учреждённого вопреки желанию понтифика. Но надо сказать орден сей – чистая формальность. Он объединяет лишь высшее духовенство Кастилии и частично – Арагона. Марко де Пуэстро слишком умён, дабы не понимать этого. Он же жаждет реальной власти и метит на место архиепископа.

Граф окончательно запутался в сложных отношениях орденов.

– Умоляю, Альбано! Я никогда не постигну эти премудрости. В молодости я командовал бригандом, или проще говоря, наёмниками. У меня и прозвище было вполне подходящее: Капитан мародёров! Я привык сражаться на поле брани с мечом в руках. А в интригах я ровным счётом ничего не смыслю.

Секретарь сочувственно посмотрел на новоявленного генерала.

– Я всё понимаю, монсеньор, но, увы… Капитул состоится лишь осенью. А до того времени вам предстоит решать первостепенные задачи ордена.

Граф тяжело вздохнул.

– Я постараюсь, но боюсь, что не слишком преуспею в этом.

– Я помогу вам, монсеньор, поэтому-то я здесь, – заверил Альбано.

Шарль немного успокоился. «Да, Сконци умел подбирать себе людей… – подумал он. – Этому иезуиту от силы лет двадцать пять… А как уверенно держит себя… Не удивлюсь, если он посвящён в сокровенные тайны ордена…»

– Итак, монсеньор, вернёмся к Египту… – холодно произнёс Альбано, и тем самым отвлёк графа от его размышлений. – Исим Эль-Кеф приобрёл некий старинный свиток, в котором упоминается Ковчег Завета. Если желаете ознакомиться с отчётом Эль-Кефа, я предусмотрительно захватил его с собой.

Граф насторожился.

– Я бы хотел узнать его краткое содержание…

Альбано понимающе кивнул.

– Если тщательно изучить его, то возможно предположить: где и поныне хранится библейская реликвия, считавшаяся утраченной. Вы только представьте: насколько станет могущественным орден иезуитов, если завладеет Ковчегом! Мало того, ваше имя будет связано со столь бесценной находкой!

Шарль тяжело вздохнул. Попытка задеть его самолюбие и тщеславие ни к чему не привела.

– Альбано, у меня похищен сын… И мне безразличен этот Агирэс или как его там – Эль-Кеф, а также Ковчег. Решите сами, что лучше для ордена. Я же поддержу любую вашу инициативу и скреплю соответствующие бумаги печатью Сконци, – пообещал граф.

Альбано удовлетворённо кивнул. Казалось, его вполне устроило предложение графа.

– Я помогу вам в поисках сына, монсеньор… Тем более, что я знаю: речь идёт о Бернаре. Покойный генерал проявлял к мальчику повышенный интерес.

Шарль замер от удивления.

– Вы… вы, несомненно, прекрасно осведомлены, Альбано… – с придыханием произнёс он.

Секретарь слегка улыбнулся.

Глава 8

Судьба Игнацио Агирэса была к нему более, чем благосклонна. Сын кастилианки и египтянина добился не малых успехов в жизни. Отец Игнацио, богатый купец Мактар Эль-Кеф, поставлял из Египта в Испанию хлопок, пряности, серебро, эфиопские изумруды и золото.

Часто почтенный купец и сам проделывал не лёгкий путь по морю от берегов северной Африки до порта Валенсия, расположенного на границе Кастильского и Арагонского королевств. Мать Игнацио, молодая вдова Мадлен Агирэс, содержала в порту таверну, в которой можно было не только отдохнуть после долгого путешествия, утолить голод, но и насладиться прелестями юных красавиц.

Однажды Мактар Эль-Кеф решил остановиться в этой таверне, и попал прямо в объятия её страстной хозяйки. Проведя ночь с кастилианкой, египтянин забыл о своих жёнах. Купец щедро заплатил женщине и, покидая Валенсию, решил как можно чаще посещать гостеприимный портовый город.

Время шло. Египтянин разбогател, теперь он владел тремя отменными галерами. В Александрии и Каире он возвёл просторные дома, его гарем насчитывал пять жён. Что ещё желать смертному?

Купец был доволен жизнью… Или почти доволен. Единственное обстоятельство, которое расстраивало его: донна Агирэс, которую он так любил, была католичкой. Он не раз предлагал возлюбленной принять мусульманство и покинуть Валенсию, дабы поселиться в одном из его домов в Александрии или Каире.

Но Мадлен упорно отказывалась покинуть родной город.

Купец недоумевал:

– Что тебя держит здесь? Твоя таверна? Я помогу выгодно продать её… Или тот образ жизни, который ты ведёшь?..

Кастилианка рассмеялась и повела обнажённым загорелым плечом.