Вильям Энсворт - Борьба за трон

— Что он явится сюда — это я предвижу по многим признакам, — продолжал священник. — Явится с ним и Лент. Он ведь знает все тайники дома. Когда он приехал сюда в первый раз, я вообразил, что он вполне надежный человек и, к несчастью, вверился ему. Я жестоко браню теперь себя за эту неосторожность. Но если он явится сюда с приказом об аресте, то не найдет уже здесь ни денег, ни ценностей, ни серебра.

— Он не должен найти ничего, — воскликнул полковник, — надо заранее увезти.

— Не должен он захватить и оружие, а также лошадей.

— Совершенно верно.

— Кроме того, нужно, чтобы он не мог найти вас, полковник, иначе вы скоро очутитесь в Ланкастерской крепости.

— Я не могу бросить дом.

— Может быть, это и не нужно, — возразил отец Джонсон, — хотя в Сен-Жермене вы были бы в большей безопасности. Но меры предосторожности нужно принять немедленно. Спрячьте серебро и драгоценные вещи и прикажите увести куда-нибудь лошадей.

— Я сделаю, как вы советуете, — отвечал полковник.

Посоветовавшись затем с верным Горнби, он решил изменить свои планы. Дворецкий считал, что лучше всего не трогать ни серебра, ни ценных вещей.

— Последуйте, сударь, моему совету и оставьте все так, как есть, — начал он. — Если вы начнете вывозить все отсюда, то вы только навлечете на себя новые опасности. Если обыск будет, то, я не сомневаюсь, мы успеем к нему приготовиться. Наконец мы во всяком случае не позволим грабителям увезти отсюда их добычу. По тем же соображениям я советую вам не отводить ваших лошадей. Пусть стоят в конюшне. Они могут понадобиться вам, и тогда вам придется пожалеть о том, что их нет.

— Ты прав, Горнби, — сказал полковник. — Твой план совпадает с моим. Серебро и ценные вещи могут пригодиться при случае, ибо я знаю по опыту, что при обыске можно и подкупить. Что касается лошадей, то, конечно, они будут побыстрее драгунских и помогут мне скрыться от них.

— Я так и думаю, господин полковник, — сказал дворецкий. — С вашего позволения я сделаю все приготовления и приму меры на случай ожидаемого визита. Посетители встретят здесь горячий прием, а если с ними явится и мистер Лент, то мы окажем ему особую честь.

На этом разговор окончился, и дворецкий удалился.

Но поднявшаяся тревога не соответствовала, по-видимому, опасности.

Все было спокойно, и в этой местности не было ни одного ареста. Полковник Тильдеслей стал было уже надеяться, что буря пронеслась мимо.

VII. Приключения Вальтера в Лондоне

Тем временем Беатриса поправилась настолько, что могла уже выходить из своей комнаты. Ее появление вызвало общую радость обывателей Майерскофа. Она все еще была слаба, но румянец уже вернулся к ней. Нечего, однако, было думать ехать в Ньюгавен.

— Мне нужно поделиться с вами кое-чем, — сказал ей как-то Вальтер, когда они остались вдвоем. — У меня есть план, исполнение которого я отложил до тех пор, пока не переговорю с вами. Я хочу ехать в Лондон и добиться там в Уайтхолле свидания с министром внутренних дел сэром Джоном Тренчардом. Я предполагаю также повидаться с главным прокурором мистером Аароном Смитом.

— Да ведь это же наши смертельные враги! — воскликнула молодая девушка.

— Потому-то я и хочу их видеть, — возразил он. — Я уверен, что от них я мог бы получить очень ценные указания.

— Вас там арестуют.

— Напротив, я думаю, что меня примут с распростертыми объятиями. Оба они сильно поощряют доносчиков, а я именно и хочу явиться под видом одного из них. Я постараюсь уверить их, что у меня есть важные государственные тайны, которые я хочу им открыть. Они знают о моих связях с партией якобитов и, конечно, поверят мне.

— Такой способ действий может быть и удастся, но я не могу его одобрить: он не достоин вас.

— Против врага хорош всякий способ действий. Кроме того это значит бороться с ним его же оружием. Этот негодяй и изменник Лент, очевидно, нанят Аароном Смитом, чтобы погубить жизнь наших друзей, а я хочу их спасти и поэтому-то и решаюсь рискнуть. Отец Джонсон и я последнее время только и ждем, что полковник Тильдеслей будет арестован по доносу Лента.

— В самом деле? — воскликнула она. — Я ничего не слыхала об этом.

— От вас нарочно все скрывали. Но я боюсь, что опасность еще не прошла.

— Это очень тревожное известие. Вы окажете огромную услугу друзьям, если расстроите замыслы этих негодяев. Вы уже говорили о вашем плане с полковником?

— Говорил. Он находит его слишком рискованным и старается убедить меня отказаться от этой попытки.

— Я тоже хотела отговаривать вас, Вальтер. Но, выслушав вас, я не могу не согласиться с вами. Поезжайте, я буду горячо молиться о вашем успехе.

— Вы меня подбодрили, — сказал он, целуя ее руку.

— Когда вы предполагаете отправиться? — спросила она.

— В самом непродолжительном времени. Мне нужно быть в Лондоне именно теперь, и долго ждать здесь не приходится.

— Вы едете один?

Он отвечал утвердительно.

— Мне очень хотелось бы ехать с вами, — продолжала она. — Но, к сожалению, это невозможно.

— Я понимаю, — промолвил он со вздохом. — Вы не можете оказать мне какую-нибудь помощь. Я должен сделать все один. Все приготовления я уже сделал, остается только приказать подать себе лошадь.

— Стало быть, нам нужно проститься сейчас.

— Так будет лучше. Передайте мой привет полковнику и отцу Джонсону.

С этими словами Вальтер прижал ее к своей груди. От охватившего их сильного волнения они не могли промолвить ни слова и расстались молча.

Минут через десять Вальтер шел уже к конюшням. Он был одет в дорожный костюм и нес с собой небольшой чемодан. По дороге ему попался полковник Тильдеслей, которому волею-неволею пришлось рассказать о задуманной поездке в Лондон.

— Должен вам откровенно сознаться, дорогой полковник, что мне не хотелось прощаться с вами, — сказал Вальтер. — Вы, конечно, легко поймете меня, почему и не осудите меня, надеюсь. Я сообщил свой план Беатрисе, которая передаст вам все подробности. Я надеюсь скоро вернуться и привезти вам хорошие известия.

— Если вы ничего не имеете против, — воскликнул полковник, — то я провожу вас до Престона.

— Напротив, я буду чрезвычайно рад, — отвечал Вальтер. — Это придаст мне бодрости.

В конюшне они нашли Горнби, который распорядился уже оседлать для Вальтера сильного коня. Сбоку седла были прикреплены пистолеты, а спереди плащ. Чемодан привязали сзади.

— Надеюсь, вы не сердитесь на меня, полковник, — почтительно сказал Горнби. — Но я не мог не помочь капитану Кросби в осуществлении плана, который, — одобрите вы его или нет, — имеет в виду вашу же пользу.