Пугачёвщина. Что это было? К 250‑летию пугачевского бунта - Андрей Валентинович Болдырев

потерпел поражение, и это поражение вынудило его снова сменить стратегию и вместо Кунгура идти на Осу, на Каму.

По всей видимости, бой под Ачитом стал главным событием в жизни А. Ф. Голубцова. Ближе к 1780-м годам он выкупил земли, на которых происходило сражение, и основал тем село Александровское. А горы с тех пор называются Александровские. Но неприятно удручила ситуация с памятью об Александре Голубцове, Папава и том знаменательном сражении. Никакого памятного знака под Александровским, никакого упоминания в экспозиции музея. Голубцов упоминается в экспозиции красноуфимского музея как один из известной династии благотворителей, но не как победитель Пугачёва!

Наверное, настала пора устранить перекос в меморизации событий 1773-75-го годов и в отношении воеводы Голубцова.

§ 3.6. Верхние Киги: развенчание мифа о героических пугачёвцах

Следуя по пути движения Пугачёва по Южному Уралу, мы обратили внимание на оперативность, с какой двигались Пугачёв и его союзники. Сотни верст по горному Уралу они преодолевали за дни. 29 мая он сжег Чебаркульскую крепость. 31 мая – сжигает завод в Златоусте. 2 июня та же участь постигает Саткинский завод. И это, в принципе, объяснимо. В начале июня 1774-го войско Пугачёва практически полностью состояло из местных конных башкир. Они и их кони были привычны к местным условиям. Они явно не были отягощены обозом – рассчитывали на местное снабжение, поскольку находились в родных местах.

Но больше поразила не объяснимая оперативность Пугачёва, а оперативность его преследователя – Михельсона. После действительно исторического разгрома Пугачёва при Лягушино 22 мая, когда радикальным образом поменялись участники событий со стороны Пугачёва и, соответственно, характер событий, Михельсон зашел в Чебаркуль, приведя его к присяге, и после этого убыл в Челябинск, опасаясь многочисленных войск башкир, что находились чуть севернее, в районе Аргазей. Однако уже 31 мая Михельсон, согласовав в Челябинске свои действия с Деколонгом, и, по-видимому, получив дополнительные войска, бьёт Пугачёва в Сатке. При этом Михельсон отягощен артиллерией и пехотой, которые быстротой перемещения и маневренностью не отличаются. Это можно объяснить тем, что пока пугачёвцы (читай, башкиры) были заняты поджогами и грабежами, Михельсон же делал то, что должен делать военный – преследовал противника.

Но что мы не могли объяснить, так это боевое столкновение Пугачёва и Михельсона при Кигах.

Начнем с того, что столкновение при Кигах произошло после боя у Пристани 1 июня. Поясним: Пристань – посёлок-порт на берегу реки Ай – транспортные ворота Сатки во времена, когда железные дороги только-только появлялись, а сухопутные дороги, скорее, представляли собой направления, превращавшиеся в период распутицы в грязевые реки.

Михельсон у Пристани был остановлен. Мы прошли это место и видели всё его своими глазами: пологий открытый берег со стороны Михельсона и практически отвесный, покрытый лесом со стороны Пугачёва. Единственная дорога представляет собой горный перевал. Не обойти. Справа и слева либо покрытые тайгой горы, где пешему-то идти трудно, а артиллерия не пройдет в принципе. Либо заболоченные междугорья, где и пешему не пройти. Михельсону просто не дали переправиться. Пугачёв уходит.

Однако уже 3 июня происходит бой при Кигах. Как отягощенный обозом, пехотой, артиллерией Михельсон смог нагнать конных пугачёвцев? Обойти просто не мог. Причины мы указали выше.

Ясность вносит рапорт Михельсона генерал-поручику Щербатову от 3 июня 1773-го.

Из рапорта следует, что 2 июня Михельсон вообще стоял лагерем, а утром 3-го двинулся в путь. Однако обнаружил противника и вступил в бой.

Фото 11. Документ из музейной экспозиции

Если перевести с делового русского языка XVIII века, картина боя выглядит следующим образом.

Утром 3-го Михельсон выступил и обнаружил противника во главе с «Салаваткою». Те попытались было атаковать, но были встречены успевшей развернуться артиллерией и ретировались. Михельсон начал преследование имеющейся у него конницей. Однако получил сообщение от арьергарда о нападении на него трех групп противника численностью порядка тысячи человек. Ситуация осложнялась тем, что обоз и пехоту разделяли около 1,5 верст (в условиях пешего сражения расстояние колоссальное). Михельсон был вынужден вернуться и отогнать нападавших, которые убежали. После чего часть отряда осталась с обозом и пехотой, а другая часть – отправилась преследовать противника, включая самого Пугачёва. Пугачёв бой не принял, бежал в леса.

Вырисовывается интересная картина: пугачёвцы просто прозевали приближение Михельсона. Тогда как Михельсон вел активную разведку и то, что принято называть боевым охранением, о чём свидетельствуют упоминания в рапорте докладов офицеров. Именно поэтому ему удалось вовремя обнаружить Юлаева, а позже своевременно отреагировать на удар с тыла.

Тактику же пугачёвцев можно свести к простому: наскок – встречный удар – бегство. И это при подавляющем численном превосходстве.

Возможно, многие обстоятельства тех событий ещё нуждаются в изучении, но вызывает недоумение: почему Пугачёв не сделал очевидного – не выставил заслон у Пристани? Ружейным огнем по пристрелянным ориентирам не давать противнику переправиться через реку. День, два, три – и оторванный от снабжения Михельсон будет вынужден уйти.

Объяснение действий пугачёвцев просматривается следующее: несмотря на то, что в массе своей, каждый по отдельности, они были подготовленными и неплохо вооруженными воинами, в целом они представляли собой, как принято говорить литературно, «полевое вооруженное формирование». Такие пренебрегают рутинными военными правилами, зато очень хорошо грабят, жгут, расправляются со слабым противником. А при столкновении с регулярными войсками, которые обучены и умеют воевать, просто бегут. Что, собственно, и происходило.

Так, может быть, настала пора называть пугачёвцев тем, кем они на самом деле и являлись?

Рейд же Михельсона по недружественной территории, в отрыве от баз снабжения, при этом с нанесением противнику урона, на порядок превосходящего собственные потери, давно просится в учебники, а сам Михельсон должен занять своё место в ряду выдающихся полководцев суворовской школы.

§ 3.7. Спецназ Михельсона

Исторические исследования – крайне интересное явление. В ходе их развенчиваются те, кто ещё недавно стоял на пьедесталах. Но одновременно с этим открываются новые герои, чьи деяния встают в один ряд с лучшими примерами мужества и героизма нашей истории.

Войска спецназа в современном русскоязычном пространстве, как правило, обозначает диверсантов. Советская, а вслед за ней российская традиция избегает использования не очень положительного слова «диверсант» в отношении своих военных. Тем не менее факт есть факт. Диверсанты, те, кто осуществляют диверсии в тылу противника – специфический род войск. Действуя в окружении противника, в отрыве от тыловых баз, в отсутствии устойчивой связи и координации с командованием, они решают задачи, которые в конечном итоге влияют на весь ход сражения, а то и