Русский пасодобль - Алеся Кузнецова

теперь я никак не могу перестать слышать тот звук топора, что рубит сад в финальной сцене. Стук раздавался на весь театр. Лишь прикрою глаза, как меня охватывает дрожь и все кажется, что рубят наш сад. Говорят, у нас не так много вишневых садов, но в одном из этих немногих садов я выросла. Каждую весну я жду как в мой вишневый сад за старой мельницей прилетят птицы и совьют гнезда. А когда вишня зацветает, мир словно наполняется нежностью и хрупкой красотой. Отец улыбается, подкручивая свой ус и говорит, что я слишком впечатлительная, а мне кажется, что я больше никогда не вернусь в свой сад.

Эстер закончила читать. Эти строки могла написать та девушка с фотографий в музее. Но могла ли ею быть ее Аннушка?

Эстер посмотрела в окно: дождь закончился и немного прояснилось. Открыв ноутбук, ввела в поисковике название постановки, на которую в начале века ходила княжна с семьей. Удивительно, оказывается «Вишневый сад» до сих пор ставят. Эстер решила, что по возвращении в Москву обязательно сходит и увидит то, что так впечатлило Анну. Не откладывая дела, она вернулась к строке поиска и добавила в строку поиска «купить билет в Москве». Но, видимо, программа определила ее местонахождение, потому что в первой же статье было сказано о том, что в знаменитый Волковский театр в Ярославле с гастролями приехала прославленная труппа из МХАТа. Артисты покажут ярославцам постановку по пьесе Антона Павловича Чехова “Вишневый сад”, все билеты проданы. Сердце Эстер застучало сильнее: фраза про солдаут ничего не означает, всегда можно что-то найти. Эстер набрала номер кассы с сайта театра.

– Девушка, ну вы меня слышите?

– Да хоть в последнем ряду или с краю!

– Я же вам русским языком говорю, все билеты проданы.

– Простите, я не все понимаю на русском. Я прилетела из Испании и так впечатлена, что ваш театр был первым театром Российской империи. Это так волнительно, быть в таком месте, я уверена, что вы сможете мне помочь и найдете всего один билетик.

– Подождите минутку, не кладите трубку.

Дальше Эстер слышала как вдалеке женщина пересказывала ее историю какому-то мужчине, добавляя по ходу фразы о том, как иностранка отметила, что их театр абсолютно уникален и они и сами это знают. Вот полетит в свою Испанию домой и станет всем про наш театр рассказывать. А там глядишь и гастроли получатся.

– Так зачем ей билет, если она плохо по-русски понимает?

– Ну что-то же говорит по нашему. Так хоть посмотрит пусть, приобщится к прекрасному, так сказать.

– Ладно, Ильинична, отдавай мою бронь, вряд ли нам еще кто позвонит сегодня из випов. А если и позвонит, у меня еще два места есть на балконе, у Сосновского жена заболела, так что их не будет.

Неизвестная Ильинична взяла трубку и сообщила:

– Нашли мы вам один билетик. Сняли с директорской брони. В боковой ложе. Так что приезжайте. Подойдете к кассе и скажете, что вы из испанской делегации, кассир вам продаст. Только не опаздывайте. Касса до семи работает.

– А спектакль во сколько?

– Тоже в семь.

Эстер взглянула на часы. Если через десять минут выехать, она успеет как раз вовремя. Вот и черное платье пригодится.

На парковке перед гостевым домом стояла только одна машина, Эстер села за руль и выехала на дорогу. Интересно, будет ли где припарковаться возле театра, учитывая, что он в самом центре? Рисковать не хотелось и она оставила машину чуть поодаль. Издалека старинное здание театра, в который любила ездить Аннушка и которым так гордился князь Горчаков, выглядело респектабельно и величественно. Эстер почувствовала легкую дрожь, но взяла себя в руки и тряхнув головой, решительно подошла к высоким дверям.

Она успела практически минута в минуту. В зале уже погасили свет, но контролер провела Эстер к ее месту.

С кресла в боковой ложе хорошо просматривался весь зал и сцена. Спектакль начался. Действие на сцене завораживало, а все это архитектурное великолепие с колоннами и пилястрами, огромными позолоченными люстрами, как символ ушедшей эпохи, лишь подчеркивали случившуюся трагедию. Эстер, как и Анна, не хотела сейчас услышать стук топора и чтобы отвлечь себя от грустных мыслей и наворачивающихся слез, стала решительно обдумывать где можно купить саженцы и как лучше расположить в саду деревья. Она обязательно посадит новый вишневый сад прямо за мельницей, где он и рос. В этот момент она посмотрела на зал. Прямо под ней чуть правее на первом кресле от центрального прохода сидел мужчина. Сосредоточенный умный взгляд, никакой агрессии. Он оперся на подлокотник и легонько потирал висок. Эстер подумала, что могла бы легко представить его в белом мундире, как на фотографиях с бала в музее. Кто же ты такой, Андрей Авакумов? И зачем ты хочешь купить мою усадьбу? Мужчина, который спасает птиц и смотрит в такой задумчивости сейчас на сцену, просто по определению не может оказаться подлецом и злодеем, каким его все представляют. Или ее подруги правы и ошибается в нем она сама?

Глава 12. Мир и Вишневый сад

Эстер не хотела ужинать после спектакля и легла спать на голодный желудок, поэтому утром аппетит разыгрался не на шутку. Но первым делом она нашла телефон местного питомника, заказала пятьдесят молодых вишневых деревьев и только после этого спустилась на ресепшн и попросила приготовить ей хорошо прожаренный стейк с овощами. Мысли о новых вишневых деревьях для усадьбы очень взволновали Эстер и она решила сходить и взглянуть на территорию за мельницей, пока на кухне готовят ее еду. Прогулка туда и обратно заняла минут пятнадцать, и Эстер, вдохнув свежего чуть прохладного воздуха, шла в приподнятом настроении обратно в гостевой дом, где ее уже должен был ждать на столе сочный хорошо прожаренный стейк.

Лишь открыв дверь, она сразу же почувствовала аромат мяса, зажаренного с тимьяном, и в предвкушении вошла в комнату, именуемую здесь домашним рестораном. Ровно на ее месте сидел довольный Авакумов. Красивым ножичком он разрезал ее стейк и аккуратно наколов на вилку, незамедлительно отправлял все это блаженство в рот. У Эстер от запаха начала выделяться слюна, а от возмущения выступили розовые пятна на груди и стала чуть подрагивать верхняя губа. Она шагнула прямо к нему:

– Что ты себе позволяешь?

– В каком смысле? Я просто ем.

– И что ты ешь?

– Стейк. Я ем вкусный сочный стейк. И если твою нежную душу травмирует вид того, как люди едят мясо, я