Полководцы Сталина - Виктор Стефанович Кожемяко

– Могли бы привести конкретные примеры?

– Их много. Вот хотя бы один. Как известно, операция началась 8 апреля 1944 года после продолжавшейся два с половиной часа артиллерийской и авиационной подготовки. А 11 апреля, совершенно неожиданно для немецкого командования, Толбухин с плацдарма южнее Сиваша вводит в прорыв усиленный 19-й танковый корпус, который дает возможность быстро овладеть крупным железнодорожным узлом Джанкой и затем, развивая наступление на Симферополь – Севастополь, рассечь крымскую группировку врага.

Возникает вопрос: а как же это целый корпус мог оказаться к югу от Сиваша неведомо для командования противника? Вся военная техника и вооружение были скрытно переправлены сюда в период с 13 по 25 марта. Переправа танков велась только ночью или при крайне плохой видимости, для них заранее были подготовлены укрытия. Все тщательно маскировалось, даже заметались следы гусениц.

– Незаурядный замысел командующего и воинское искусство в самом деле бесспорны.

– Всего семь дней потребовалось нашим войскам теперь, в 1944-м, чтобы освободить весь Крым. А вот бои за Севастополь приняли затяжной характер. Хотя… Давайте вспомним, что советские войска обороняли этот город русской славы 250 дней, а немцы смогли удерживать его меньше месяца.

Подчеркну опять-таки полководческое мастерство Толбухина. Главный удар при штурме Севастополя решено было наносить с востока и юго-востока, на участке Сапун-гора – берег моря. Вспомогательный – с северо-запада 2-й гвардейской армией. Однако ее действия, чтобы дезориентировать врага, командующий начал на два дня раньше. Вражеский просчет ускорил тот заветный момент, о котором столько мечтал Федор Иванович: 9 мая 1944-го над Севастополем развевалось победное Красное знамя!

Под звездами балканскими

– В книге вашей содержится следующая оценка, данная президентом Академии военных наук, генералом армии М.А. Гареевым: «Операция по освобождению Крыма была одной из выдающихся операций, проведенных под руководством Толбухина». И тут же: «Наиболее яркой страницей его полководческой деятельности была Ясско-Кишиневская наступательная операция, проведенная во взаимодействии с войсками 2-го Украинского фронта и Дунайской военной флотилией. В этой операции Федор Иванович командовал войсками 3-го Украинского фронта».

– Полностью разделяю эти оценки. А командующим 3-м Украинским фронтом он был назначен сразу после освобождения Крыма, и во главе этого фронта ему предстояло пройти огромный путь, как пелось в известной песне, под звездами балканскими, освобождая от фашистов одну за другой такие страны, как Румыния, Болгария, Югославия, Венгрия, Австрия. В каждой из них условия для толбухинских войск складывались по-своему, требуя от командующего подчас, казалось бы, совсем не свойственных военачальнику качеств. Есть основания, например, говорить о нем как о талантливом дипломате, как о человеке, умевшем ценить и беречь культурные достижения других народов. Кстати, в сентябре 1944 года ему будет присвоено высшее воинское звание – Маршал Советского Союза.

– Но сперва ведь была упомянутая Ясско-Кишиневская операция, после которой 3-й Украинский фронт продолжал действовать уже на территориях других стран. Не скажете ли самое главное о ней?

– Самое главное – та военная мудрость командующего, о которой мы уже говорили.

Снова Толбухин перехитрил врага – опытного и коварного генерала Фирснера, возглавлявшего группу немецко-румынских армий «Южная Украина». Тот ждал наступления советских войск на кишиневском направлении, где для этого у них, казалось, были все преимущества. А Федор Иванович после обстоятельных размышлений вместе с начальником штаба Бирюзовым определил для главного удара вроде бы гораздо менее удобный Кицканский плацдарм на тираспольском направлении.

Однако, чтобы ввести противника в заблуждение, имитировалась активнейшая подготовка к наступлению на Кишиневском плацдарме. И когда 20 августа совсем не оттуда, откуда это ожидалось, грянуло решающее сражение, враг понял, что попал в имитационную ловушку, созданную советским полководцем.

Не просто поражение произошло – это была катастрофа. А в Бухаресте 23 августа началось народное антифашистское восстание, на историческую сцену выходил румынский рабочий люд во главе с коммунистом Георге Георгиу-Деж.

– В книге ваших воспоминаний я прочитал, что вы встречались с вождем румынских коммунистов.

– Да, после войны я был в Румынии с делегацией ЦК комсомола, и у нас состоялась большая беседа с руководителями страны. Тогда Георгиу-Деж дал очень высокую оценку не только военным действиям Толбухина, но и его общению с королем Михаем, который вывел Румынию из союзнических отношений с гитлеровской Германией и войны на ее стороне.

– А потом перед Федором Ивановичем была Болгария?

– Находившаяся, между прочим, тоже в союзе с Германией. При подходе к болгарской границе Толбухин и тут проявил недюжинный дар стратега и гибкого дипломата. Учитывая особенности ситуации, он сперва решил прозондировать мнение Верховного Главнокомандующего. Реакция Сталина была мгновенной: «Будет полезнее, если вы, товарищ Толбухин, прилетите ко мне».

Разговор в кабинете Сталина идет один на один, а затем Федора Ивановича ждала еще встреча с Георгием Димитровым, который обстоятельно знакомит его с ситуацией в своей стране. «Надеюсь, скоро встретимся в свободной Софии», – завершил беседу легендарный лидер болгарских коммунистов.

– И Болгария в результате была освобождена без кровопролития?

– Фронт Толбухина вышел на границу с Болгарией 7 сентября 1944 года. Командующий отдал удивительный приказ: «Границу переходить без единого выстрела. Командиров частей срочно предупредить об этом. Артиллерию подготовить к бою, но отвечать только на огонь врага».

Вместо бомб на Болгарию полетели листовки. Работали все радиостанции фронта. «Болгары! – обращался Толбухин к солдатам и к народу. – Красная армия не имеет намерений воевать с болгарским народом и его армией, так как она считает болгарский народ братским народом. У Красной армии – одна задача: разбить немцев и ускорить срок наступления всеобщего мира».

Ночью 9 сентября в Софии произошло вооруженное восстание. Новое правительство объявило Гитлеру войну. А болгары с любовью встречали советских солдат…

Да, проявил себя как гуманист и дипломат

– К сожалению, многое забывается сегодня. Больше того, очерняется и оскверняется, в том числе память наших полководцев. Вот и город Толбухин в Болгарии, названный так в ознаменование его заслуг перед болгарским народом, уже не Толбухин. И памятник ему, установленный в этой стране, из-за плачевного состояния пришлось перевезти в Ярославскую область. Между тем руководимые Толбухиным войска избавили Болгарию не только от Гитлера, но и от разрушительных бомбардировок. А ведь американские «летающие крепости» сбрасывали бомбы на Софию и другие болгарские города. Совершала налеты и английская авиация. Бомбили страну потому, что сюда вступали армии Советского Союза?

– Несомненно. Вспомните разрушение американской авиацией Дрездена да и многие другие подобные трагедии. А вот советский маршал Конев спас исторический город-музей Краков в Польше. Маршал Толбухин сумел сохранить почти непострадавшей красавицу Вену. Способствовала этому установленная им связь с руководством австрийского движения Сопротивления и первым канцлером Австрии Карлом Реннером. А накануне