Мятежники Звёздного острова - Дмитрий Овсянников

— Подготовимся, — кивнул Гомес.

— Еще одно дело, командор, — приблизился Вальехо. — Нашему войску нужен боевой клич. Не схожий с королевским. Мы перепутаем своих и чужих, если с обеих сторон начнут призывать святого Георгия.

— А как же «Де пута мадре»? — усмехнулся дон Карлос. Мысль о собственном боевом кличе посещала и его, но до сих пор терялась в заботах о насущном.

— Тогда придется изобразить пута мадре на знамени. — Вальехо не был расположен шутить, но все, кто оказались рядом, разразились хохотом — не удержался даже суровый Гомес.

— Что ж, ты прав, — согласился идальго. — Клич должен воодушевлять. А святых мы поминаем слишком часто. Каталонские наемники на Материке, бросаясь в бой, кричат: «Пробудись, железо!» Что скажете?

— Пробудись, железо! — повторил Вальехо. — ПРОБУДИСЬ, ЖЕЛЕЗО! — рявкнул он так громко, что конь под ним испуганно заржал.

— Годится, — улыбнулся дон Карлос. — Звучит грозно, произнести легко.

Офицеры закивали в знак согласия.

* * *

Поздним вечером старейшины и офицеры собрались в ратуше — они завершили дневные дела и уже закончили обсуждать работы, предстоящие назавтра. По рукам пошли стаканы подогретого на огне вина со специями — осень выстудила стены ратуши, мог ли тягаться с ее промозглым дыханием крохотный камин в углу? На белых стенах и сводчатом потолке караульной комнаты дрожал неровный свет масляных ламп, в деревянные ставни на маленьких окошках колотил, набрасываясь раз за разом, холодный ветер, домчавшийся от самого моря, — октябрь близился к концу.

Дон Карлос в одиночестве прохаживался взад-вперед по полутемному коридору. Здесь не было людей — они заняли лишь комнаты и залы, пригодные для жизни, от подвалов до чердака. В коридоре же гулял сквозняк, и идальго сердито мял плечо — на холоде заныла рана, оставленная мавританской стрелой семь лет назад.

Командор гнал прочь нахлынувшие к ночи мрачные мысли — те упорствовали и прочь не уходили. Дон Карлос не мог понять, где их источник. Отсутствие вестей? К концу шла третья неделя от провозглашения дона Карлоса командором, а неприятельское войско еще не показалось на границах удела. Где-то сейчас встали на ночлег солдаты короля? Сколько их? Какие приказы получили начальники королевских терций? Не случилось ли чего с дозорными? Нет, их проверили всего пару дней назад. К лучшему, промедление врагов в пути добавляет времени восставшим.

Тогда в чем же дело? Он поднял оружие, как подобает рыцарю, поднял во имя… Во имя чего? Не все ли равно! Наперекор врагу — и этого довольно! В кои-то веки дон Карлос де Альварадо воюет по собственному почину.

Его терции продолжают осваивать военное дело и уже достигли некоторых успехов. Каждый воин теперь имеет достаточно оружия, чтобы сражаться в строю. Дон Карлос не сомневался ни на миг, что король примет вызов Эль Мадеро — невыплата податей сподвигнет монарха обрушить гнев на строптивый город. Когда из столицы прибудет войско, командор даст ему бой у горы Торо Браво — на ее вершину уже подвозят припасы, готовясь к обороне.

Сейчас дон Карлос силен и свободен и нет в нем сходства с безумцем, что в одиночку на всем скаку пытается поразить пикой целую башню. Даже если он сложит голову… Черта с два! Идальго обнажил меч ради победы. Пусть сложат головы те, кто встанет на его пути. Королевские отряды будут разбиты, и дальше… А что дальше?

— Дальше будет видно, — сказал себе дон Карлос. — У государя много терций. Для начала разгромим ближайшие из них.

* * *

Утром к дону Карлосу явился начальник дозора, стоявшего на окраине города — теперь выжженном пустыре с парой уцелевших домов.

— Ваша милость, у нас гость, — доложил он.

— Кто?

— Какой-то благородный господин. Просит принять, — ответил дозорный. — Я провел его сюда. С ним вооруженный отряд, но мы не позволили им войти в город.

— Он назвался?

— Дон Родриго Хуан Суарес, граф де Агилар.

— Придется оставить на улице, — проворчал Гомес. — Здесь тесновато для стольких благородных сеньоров!

Дозорные, расставленные по королевскому тракту, не сообщили о подходе военного отряда; прийти по другой дороге войска из столицы не могли. Дон Карлос понял, что граф не явился в удел извне.

Принять графа решили в караульной комнате, где привыкли ночевать офицеры, — в торжественных залах ратуши, где прежде алькальд собирал старейшин города, сейчас расположились женщины и дети погорельцев.

Вошедший смело, даже весело переступил порог, словно шел званым гостем на праздничный пир. Он широко расставил ноги в высоких сапогах — длинные рыцарские шпоры приветственно звенели при каждом шаге. Шлем работы генуэзских мастеров, украшенный перьями, с радостью примерил бы Ахилл или Гектор. Лучи утреннего солнца, скользнувшие в окна, заблестели на чеканных латах и эфесе дорогого меча, но даже они тускнели в сравнении с улыбкой, игравшей на гладко выбритом лице графа. За ее сиянием почти не заметен был снисходительно-высокомерный взгляд, которым рыцарь окинул собравшихся с высоты своего шестифутового роста. Граф подбоченился, небрежно бросив свой роскошный шлем в руки слуги, и только тут заметил в стороне от входа дона Карлоса. Идальго ровно сидел в высоком резном кресле, опираясь на длинный меч. Взгляд графа упал на черный берет командора с длинным алым пером — знак родовитых воинов, отличившихся в битвах на Материке. Изумление стерло с лица гостя его лучезарную улыбку.

Дон Карлос поднялся навстречу рыцарю.

— Мы рады приветствовать вас в нашем городе, граф! — учтиво произнес идальго. — Я кабальеро дон Карлос Диего де Альварадо-и-Вальдес, военный командор вольного города Эль Мадеро. Что привело благородного дворянина в наш славный город?

Граф ответил галантным поклоном.

— Доброго дня вам… сеньоры. — Наконец опомнившись, рыцарь снова засиял улыбкой. — Я прибыл в Эль Мадеро не из праздного любопытства и желал бы беседовать с господином военным командором с глазу на глаз.

— Здесь собрались исключительно верные и отважные люди, — отвечал дон Карлос. — Я не держу секретов от своих офицеров. Поэтому прошу вас, сеньор, не скрывать своих намерений. Ибо я уверен, что граф де Агилар не предложит вольному городу что-либо недостойное.

— Что ж, я уступаю вашему благородству, командор, — согласился граф. — Полагаю, господам офицерам известно, что владения Агилара лежат на расстоянии пяти миль от границ Эль Мадеро. От своих людей я узнал о плачевном положении города…

— Плакали мы прежде, — перебил его грубоватый Эрнандес. — Впредь не придется!

Граф смерил альгвазила взглядом.

— Не стоит удивляться дурным манерам человека, всю жизнь воевавшего с пьяными бродягами, — небрежно бросил он.

Глухо кашлянув, Эрнандес начал медленно подниматься с сундука, на котором сидел. Дон Карлос жестом приказал ему сесть, капитан